Готовый перевод Succubus Takes the Lead Against the Cold Sword Master / Суккуб и ледяной меч: Искушение неприступного мастера: Глава 9

— Как вы всё ещё можете двигаться!

Услышав слова Фан Юньчуаня, Лин Сюэчэнь наконец заговорил:

— Ты об этих грубо сделанных талисманах?

С этими словами он прямо расстегнул плащ и продемонстрировал Фан Юньчуаню ровные разрезы:

— Тот, кто создавал эти руны, явно лишен должного мастерства.

Услышав это, оставшиеся заклинатели переглянулись, обмениваясь растерянными взглядами.

Один из них вышел вперед, обнажил меч и направил острие прямо в лицо Лин Сюэчэню. Подавив охвативший его сердце беспричинный страх перед этим юношей в белых одеждах, он повернулся и крикнул Фан Юньчуаню:

— Старший брат, давайте свяжем его вместе, а ты займешься кровопусканием!

Взгляд Лин Сюэчэня помрачнел. Достав из дорожного меча длинный меч, он прижал его к груди. Оружие выглядело совершенно заурядно и просто — в точности как самый обычный меч, продающийся в любой придорожной кузне.

Те заклинатели, разумеется, тоже разбирались в толк, а потому, увидев такое, невольно расхохотались.

— Ты, простой смертный без единой капли духовной силы, неужели всерьез надеешься сражаться с нами этой грудой металлолома?

— По-моему, лучше бы тебе послушно покориться, так, глядишь, и умрешь быстрее и легче.

— Именно, именно! Разве не проще было послушаться? Раз уж ты осмелился заявиться на эту Гору Юнцзи в одиночку, то, надо полагать, был полностью готов к смерти, верно?

Лин Сюэчэнь слушал их насмешки, но в нем не было ни малейшего намека на панику. Его холодный взгляд окончательно разъярил эту толпу заклинателей.

— Всего лишь смертный, а туда же — задираешь нос! Я уже давно смотрю на тебя с презрением!

С этими словами тот заклинатель бросился на Лин Сюэчэня с мечом наперевес. Однако в этот самый момент его ноги вдруг стали тяжелыми, словно налитыми свинцом, а взмахнуть собственным кровным духовным мечом оказалось далеко не так легко и привычно, как прежде.

— Что ты со мной сделал?!

Охваченный паникой заклинатель бросил молящий о помощи взгляд на сотоварищей, но разве он один чувствовал, как духовная сила в его теле замерла и оцепенела?

Даже Фан Юньчуань, обладавший высочайшим уровнем культивации среди всех членов Секты Разрушающая Волны, сейчас нахмурился. Он уставился на Лин Сюэчэня, и в его глазах читалось абсолютное неверие:

— Ты отравил нас?

— Я всего лишь рассыпал немного порошка, подавляющего духовную энергию, по вашему оружию, — тон Лин Сюэчэня оставался холодным и бесстрастным. — Впрочем, я никак не ожидал, что, лишившись духовной силы, вы окажетесь совершенно бесполезными калеками.

Услышав скрытое в словах Лин Сюэчэня презрение, Фан Юньчуань воспылал яростью и бросился прямо к нему, сжимая рукоять меча.

— Даже если я лишился духовной силы, я все равно с легкостью убью тебя, ничтожного смертного, а твоей кровью напитаю этот Кровавый Лотос!

Держа меч обеими руками, он нацелился прямо в горло Лин Сюэчэню.

— Цзинь!

Лезвие замерло в воздухе: Лин Сюэчэнь двумя пальцами накрепко зажал острие. Зрачки Фан Юньчуаня сузились до размеров точек.

— Вы... — лицо Лин Сюэчэня было холодно, как лед. Он чуть свернул пальцы, и раздался хруст. — Тресь!

Силой одних лишь пальцев он переломил духовный меч Фан Юньчуаня пополам.

— Неужели вам кажется, что смертные, лишённые боевого опыта и духовной силы, только и созданы для того, чтобы вы их топтали и унижали?

В следующее мгновение обломок короткого меча из-под его пальцев вонзился в горло одному из людей из Секты Разрушающая Волны.

Увидев, что товарищ задохнулся, зажав руками окровавленную шею, остальные разъярились еще сильнее. Переглянувшись, они разом вскинули мечи и бросились на Лин Сюэчэня все вместе.

Очевидно, они обладали прекрасной командной слаженностью. Наблюдавший за этой сценой Мо Вэньюань испытывал легкое удивление, однако твердо намеревался следовать принципу невмешательства до самого конца.

В сложившихся обстоятельствах то, что он не подставил Лин Сюэчэню подножку исподтишка, было уже проявлением его величайшего милосердия.

Тем не менее, в этой пещере Лин Сюэчэнь, окруженный толпой заклинателей из Секты Разрушающая Волны, ни капли не уступал противникам.

— Подумать только, лишившись духовной силы, вы оказались даже хуже какого-то калеки.

Эти слова окончательно взбесили молодых, неопытных заклинателей. Размахивая оружием, они неслись на Лин Сюэчэня, пытаясь взять числом.

Сам же Лин Сюэчэнь сохранял абсолютное хладнокровие. Теперь в его распоряжении не было ни роскошных магических артефактов, ни бушующей духовной силы — лишь первозданное, чистое искусство владения мечом.

Его фигура, подобно зловещему призраку, скользила сквозь сияние клинков. Его техника была лишена всякой показухи, и каждый удар меча приходился прямо по уязвимым точкам.

Столкнувшись с ударом наотмашь сверху, Лин Сюэчэнь уклонился вбок, контратакой вонзил меч в запястье противника и резким движением клинка перерезал тому сухожилия.

Фан Юньчуань тем временем улучил момент. Ухватившись за другой духовный меч, он обрушил его сверху вниз.

Лин Сюэчэнь не отступил, а подался вперед, плечом врезавшись в противника. В тот самый момент, когда равновесие Фан Юньчуаня нарушилось, клинок уже пронзил его плечо.

Мгновенно одежда на плече Фан Юньчуаня пропиталась кровью, а правая рука безвольно повисла.

Издав искаженный от боли дикий крик, он зажал плечо руками и рухнул на землю — очевидно, у него больше не осталось сил продолжать бой с Лин Сюэчэнем.

Увидев, что даже Фан Юньчуань тяжело ранен, оставшиеся трое потеряли рассудок от гнева и одновременно атаковали Лин Сюэчэня с трех сторон.

Лин Сюэчэнь резко взмахнул запястьем, пригнулся, уходя от удара, и одновременно с этим дернул за рукава противников так, что те насквозь проткнули друг друга своими же клинками.

Видя, как его соратников одного за другим рубят на куски, Фан Юньчуань забыл о собственных ранах. Он сверлил Лин Сюэчэня исполненным жгучей ненависти взглядом, казалось, готовый сожрать его заживо.

— Ты не обычный смертный... Ты тоже заклинатель.

Выдавив эти слова сквозь стиснутые зубы и оглядывая усеянный трупами товарищей пол, Фан Юньчуань впервые почувствовал укол раскаяния.

— Зачем ты с самого начала скрывал свою истинную сущность? Чего ты добиваешься?

Довольно бросив эту фразу, он вдруг о чем-то вспомнил и перевел взгляд на ослепительно-белый, чистый как снег бутон в глубине водного источника.

— Ты тоже хочешь заполучить этот Кровавый Лотос?

— Нет, — покачал головой Лин Сюэчэнь.

Он неторопливо вытирал кровь с лечила, даже не взглянув на Фан Юньчуаня, а его тон оставался безразличным:

— Это вы первыми полезли ко мне.

Фан Юньчуань посмотрел на безупречно белый, незапятнанный цветок лотоса, и его рассудок снова помутился:

— Я не могу умереть... А-Цянь все еще ждет, когда я вернусь.

В его глазах вспыхнул крошечный огонек жажды жизни, и он забормотал себе под нос:

— Верно, я не могу умереть! Я должен выжить, я должен принести...

Не успел он договорить, как Лин Сюэчэнь затолкал ему в рот ножны меча, слегка нахмурив брови от раздражения:

— Ты слишком шумишь.

Ярость в глазах Фан Юньчуаня вспыхнула с новой силой. Забыв про безвольно висящую правую руку и превратившееся в месиво плечо, он левой рукой нашарил духовный меч и попытался ударить Лин Сюэчэня.

Раздался глухой стук — Фан Юньчуаня вырубили ударом прямо на месте.

Держа в руке длинный меч, Лин Сюэчэнь приставил острие к самому лбу Фан Юньчуаня, собираясь покончить с ним одним ударом, но периферийным зрением заметил Кровавый Лотос.

Словно о чем-то вспомнив, он убрал клинок, подхватил Фан Юньчуаня одной рукой и зашагал к воде.

А наблюдавсший за всем происходящим из тени Мо Вэньюань слегка изменил свое мнение о Лин Сюэчэне: похоже, этот упрямец был не совсем лишен мозгов.

Правда, он никак не ожидал, что лишенный культивации Лин Сюэчэнь сумеет в одиночку перебить целую толпу заклинателей, и это полностью разрушило его злобный план заставить Лин Сюэчэня нахлебаться лиха.

Суккуб, молча строивший в мыслях коварные планы насчет того, как бы другим способом проучить Лин Сюэчэня, совершенно упустил из виду, что тот уже отошел далеко.

Лишь когда на его тень брызнула капля теплой крови, Мо Вэньюань поспешно заплевался, с отвращением выплевывая эту до крайности противную жидкость.

Только тогда он заметил, что Лин Сюэчэнь хладнокровно и безжалостно рассек конечности Фан Юньчуаня, начав процедуру кровопускания.

По мере того как кровь окрашивала небольшое озеро в багряный цвет, изначально белые лепестки цветка начали постепенно приобретать нежно-розовый оттенок.

Неужели Лин Сюэчэнь пытается заставить снежный лотос распуститься? И эта штука полезна для него?

Судя по словам Фан Юньчуаня, этот снежный лотос должен быть сокровищем, спасающим жизнь. Неужели Лин Сюэчэнь явился на эту Гору Юнцзи ради него? Хотя нет, он же говорил, что до подъема на гору ничего не знал о лотосе.

Поразмыслив добрую половину дня и так и не поняв, какую именно пользу Снежный Лотос Сердца Духа может принести Лин Сюэчэню, Мо Вэньюань бросил это дело и принялся с любопытством разглядывать этого безжалостного заклинателя меча.

От непрерывной потери крови потерявший сознание Фан Юньчуань пришел в себя от жгучей боли. Но не успел он сообразить, в чем дело, как Лин Сюэчэнь снова ударил ребром ладони ему по затылку, вновь погружая в беспамятство.

Наблюдая за этой сценой, крошечный черный комочек в тени невольно потрогал собственный затылок...

Стоп, о чем это он переживает! Он же могущественный наследный принц суккубов, с чего бы ему бояться какого-то ничтожного контрактора?

Пока Мо Вэньюань вел внутреннюю борьбу с самим собой, снежный лотос впитывал все больше крови, и бледно-розовые лепестки становились всё ярче и багрянее.

К тому моменту, когда Фан Юньчуань испустил последний дух, этот Снежный Лотос Сердца Духа окончательно превратился в Кровавый Лотос Духовного Сердца и теперь медленно раскрывался.

Каждый его лепесток покраснел настолько, что казалось, с них вот-вот закапает кровь, а плавающие на поверхности воды листья лотоса отливали киноварью.

Обостренные чувства Мо Вэньюаня в его нынешнем облике улавливали малейшие нюансы: кончик его носа едва не утопал в густом, удушливом запахе крови.

Тьфу, он с отвращением посмотрел на кроваво-красный лотос. Красивый-то красивый, но на вкус, должно быть, ужасная гадость.

Вспомнив ту омерзительную на вкус кровь, избалованный с малых лет суккуб решил, что ни за что не сможет проглотить эту дрянь напрямую.

Однако у Лин Сюэчэня, судя по всему, подобных терзаний не было. Он молча ждал неподалеку, и едва прошло около четверти часа, как все лепестки облетели, оставив лишь одинокую семенную коробочку.

Мо Вэньюань увидел, как Лин Сюэчэнь протянул руку, сорвал эту коробочку и, не утруждая себя никакими очищениями, небрежно сунул ее за пазуху и развернулся, собираясь уходить.

Зачем уходить? Если этот Кровавый Лотос так полезен для исцеления ран Лин Сюэчэня, почему он не употребил его прямо здесь, в пещере?

Мо Вэньюань впервые подумал, что способный читать человеческие мысли демон снов не такая уж бесполезная вещь — по крайней мере, сейчас ему до безумия хотелось вскрыть череп Лин Сюэчэню и посмотреть, что вообще творится у того в голове.

Сам же Лин Сюэчэнь не замечал ничего из этого и сейчас мысленно прикидывал свой дальнейший маршрут.

Его Духовный Корень был разрушен и мертвым грузом залег на самом дне его даньтяня.

Если он хотел возобновить культивацию, ему непременно требовалось пересоздать Духовный Корень, а первым шагом к этому было полное извлечение старого, испорченного духовного корня из его нынешнего тела.

Кровавый Лотос Духовного Сердца обладал способностью возвращать мертвых к жизни и восстанавливать плоть и кости — он подходил для исцеления даньтяня после удаления дефектного духовного корня просто идеально.

Вот только... ему требовалось кое-что еще. Именно ради этого он и поднялся на Гору Юнцзи. Имя этому сокровищу — Истинная Вода Тай Инь.

http://bllate.org/book/37365/4656789