Готовый перевод She in the Mist Orange Tabby Cat / Она в тумане: Виноградная сладость надежды: Глава 13

Хэ Си на мгновение засомневалась, оказавшись перед трудным выбором.

— Не хочешь? — Нин Сяодо закинула ноги на парту с видом человека, который с удовольствием наблюдает за чужим спектаклем. — Тогда потом не пеняй на меня, что я не дала тебе шанса. Эх, ну и ну...

Не успела она договорить, как с глухим стуком Хэ Си опустилась на колени.

На ее лице застыло равнодушие, а в глазах плескались неведомые эмоции:

— Я прошу тебя, оставь Мин Мэй в покое и больше не донимай ее.

Нин Сяодо прикрыла рот рукой и рассмеялась. Смеясь, она скомандовала:

— Дин Сяньтин, живо принеси мой телефон, я сделаю фото.

— Хорошо. — Дин Сяньтин тут же сунула руку в парту, вытащила телефон Нин Сяодо и протянула ей.

Нин Сяодо наставила камеру на Хэ Си и принялась выстраивать кадр:

— Так, подними голову.

Та послушно подняла голову.

— Смотри в объектив, а не в пол.

Та перевела взгляд.

— Не горбись так сильно, в кадр не помещаешься.

Та слегка согнула ноги.

— Отлично, три, два, один, сыр!

Нин Сяодо сделала несколько кадров подряд, после чего открыла галерею и принялась любоваться произведением искусства собственного изготовления.

Кажется, она осталась очень довольна: на ее правой щеке едва заметно проступила ямочка.

— Дин Сяньтин, иди взгляни, какая фотография лучше?

Дин Сяньтин подошла к телефону, внимательно вгляделась в экран и с равной долей серьезности и лести ответила:

— Фотографические навыки Нин-цзе не подлежат сомнению, кадр в целом вышел просто потрясающим. Единственным изъяном тут смотрится Хэ Си, хотя, пожалуй, ей еще повезло, раз сама Нин-цзе удостоила ее чести сделать снимок.

Эти слова пришлись Нин Сяодо по душе. Она довольно поджала губы, искоса глядя на стоявшую на коленях и хранящую молчание Хэ Си, и нарочито озабоченным тоном произнесла:

— Дин Сяньтин, как думаешь, если я поставлю это на фон в соцсетях, нормально будет?

— Да лучше не надо, Нин-цзе, это слишком вызывающе, испортит вам репутацию. К тому же она просто недостойна, только страницу вам испачкает.

— И то верно.

Вскоре в класс вошел какой-то парень. Увидев эту сцену, он невольно испугался, и сердце его заколотилось.

— Нин-цзе... я зашел в класс за... забрать вещь. — Голос парня дрожал от напряжения.

Нин Сяодо беспечно повела плечом:

— Ничего страшного, занимайся своими делами.

Парень торопливо подошел к своей парте, схватил термос и, даже не смея лишний раз поднять глаза, бегом выскочил из класса.

Только тогда Нин Сяодо неторопливо убрала ноги с парты и, наигранно зевая, протянула:

— Хоть вы уже и порвали отношения, нет никакой гарантии, что вы потом не помиритесь. Давай так: пока ты не поклянешься, что между вами все кончено раз и навсегда, я ее пальцем не трону.

— Клянусь, мы больше никогда не помиримся.

Нин Сяодо вдруг покачала головой:

— Не пойдет. Простое обещание не имеет никакого веса. Может, произнесешь проклятие?

У Хэ Си дернулось веко, и три секунды спустя она медленно подняла правую руку.

— Клянусь, что мы больше никогда не помиримся. Если...

— Подожди! — Нин Сяодо прервала ее клятву. — Слишком расплывчато. Ты должна уточнить, кто и с кем.

Хэ Си на мгновение замялась, но в конце концов снова подняла руку:

— С тех пор как Хэ Си и Мин Мэй разорвали отношения, между ними не будет примирения. Если я нарушу это слово, пусть я умру страшной смертью.

Нин Сяодо улыбнулась:

— Другой разговор! Как такой человек, как ты, вообще может заслуживать друзей? Ладно, раз уж ты встала на колени и умоляла меня, я сдержу слово и не стану к ней приставать. Можешь быть спокойна на все сто.

Ее ноги свободно болтались в воздухе, а кеды на ногах особенно бросались в глаза: сразу было видно, что вещь чертовски дорогая. На мыске красовалась небрежная английская подпись. Хэ Си попыталась разобрать буквы и неожиданно для себя выронила:

— Спасибо.

Как странно. Бывает человек, который бьет тебя каждый день, и ты люто ненавидишь его. Но в один прекрасный день он не бьет тебя, а протягивает сладкую конфету — и ты вдруг начинаешь испытывать к нему благодарность.

Разве это разумно?

Конечно, неразумно.

Хэ Си вовсе не забыла ту боль, которую причинила ей Нин Сяодо, но в тот момент она думала лишь об одном: теперь-то Мин Мэй точно оставят в покое?

Подпись на кедах была слишком неразборчивой, и Хэ Си не успела до конца разобрать буквы, как Нин Сяодо резко спрыгнула с парты и махнула рукой Дин Сяньтин:

— Что-то я проголодалась, пошли в столовую.

Лишь когда они окончательно скрылись за окном, Хэ Си неторопливо поднялась на ноги и с бесстрастным лицом отряхнула пыль с брюк.

Выйдя из учебного корпуса, Дин Сяньтин с любопытством спросила:

— Нин-цзе, зачем тебе понадобилось заставлять ее произносить проклятие?

— Хэ Си перешла мне дорогу, и поделом ей, что она теперь изгоя из себя строит. К тому же у нее упрямый характер, раз поклялась — точно сдержит слово. Да и к тому же, мой брат ведь положил глаз на Мин Мэй, мне нужно их свести. А если Мин Мэй и правда станет моей невесткой и продолжит дружить с Хэ Си, мне же тогда совсем скучно станет, верно?

— Ли Буфань и правда любит Мин Мэй?

— Я прощупывала почву со всех сторон, и судя по моей интуиции и тому, как я его знаю, тут к гадалке не ходи! — с уверенностью заявила Нин Сяодо.

На лице Дин Сяньтин на миг промелькнула тень разочарования, но тут же исчезла. На ее губах вновь появилась беззаботная улыбка, и она продолжила поддакивать подруге.

Вскоре трехдневные осенние спортивные состязания подошли к концу, и учебный процесс вошел в привычное русло.

На уроке биологии по какой-то причине Мин Мэй и Хэ Си оказались за одним столом.

Обе замерли у лабораторного стола, атмосфера стояла натянутая.

Мин Мэй протянула Хэ Си одноразовые перчатки. Та взяла их, но, вспомнив условия Нин Сяодо, так и не смогла выдавить из себя простое спасибо.

Обстановка была неловкой и молчаливой.

Надевая перчатки, Мин Мэй исподтишка бросила на соседку взгляд и негромко произнесла, стараясь казаться безразличной:

— Ты не могла бы объяснить, почему так вышло?

— Не почему. В письме уже все предельно ясно сказано.

— Ох. — Мин Мэй понимающе кивнула, не зная, как поддержать разговор, и в конце концов умолкла.

С тех пор как Хэ Си передала ей записку о разрыве отношений, она постоянно избегала ее. Каждый раз, когда Мин Мэй пыталась заговорить с ней, та молча отворачивалась и уходила, наотрез отказываясь от любого общения.

http://bllate.org/book/37327/4651677