Ся Цзюньянь сходил в супермаркет, купил снеки и пиво, а затем собирался зайти в круглосуточный магазин за завтраком. Видимо, из-за цветочной выставки сегодня на улице было необычайно много людей. Ся Цзюньянь приподнял воротник рубашки с длинными рукавами, чтобы спрятать отметины на боковой стороне шеи.
Он замедлил шаг всего на мгновение, как вдруг какая-то резвящаяся маленькая девочка со всего маху врезалась ему в пояс, а затем безо всяких причин горько заплакала.
...Серьезно? Неужели у меня такой твердый живот?
Не будь она ребенком, Ся Цзюньянь решил бы, что она пытается разыграть из себя жертву ради вымогательства.
— Малышка... — Он присел на корточки и ласковым, мягким голосом спросил девочку, которая терла глаза и заливалась слезами: — Где ты ушиблась? Хочешь, я посмотрю?
Нежный голос Ся Цзюньяня пробудил воспоминания девочки. Она убрала руки, смоченные слезами, тяжело шмыгнула носом и с удивлением посмотрела на мужчину перед собой:
— Вы тот самый доктор...
Без преград в виде ее рук Ся Цзюньянь наконец разглядел лицо ребенка.
Это была Тэн Юньжань.
Он помнил каждого своего пациента.
На улице сновали прохожие, и стоять разговаривать посреди толпы было крайне неудобно. Ся Цзюньянь взял Тэн Юньжань за руку, отвел к обочине и, наклонившись, спросил: — Ты одна? А где твои родные?
— Я... я вышла с братом, я попросила его взять меня с собой на выставку цветов. — Тэн Юньжань еще не до конца пришла в себя: от каждого слова она всхлипывала, уголки ее глаз покраснели, и вид у нее был такой жалобный. — Но я ненавижу брата, я больше не хотела с ним сидеть, вот и убежала одна!
Поссорились, значит...
Ся Цзюньянь вспомнил, как эта парочка брата и сестры вела себя в смотровом кабинете в тот день, и примерно понял, что их отношения нельзя назвать близкими — скорее, они были чужими друг другу. Брат чуть старше двадцати и пятилетняя сестренка — нетрудно догадаться, какая пропасть между ними лежит. За последние годы Ся Цзюньянь наработался в педиатрии, и ему часто доводилось видеть подобные ситуации.
Ся Цзюньянь продолжил расспросы: — А ты помнишь, откуда прибежала?
Тэн Юньжань надула губки и задумалась: — Не знаю, здесь так много людей, я видела только кучу больших ног.
И то верно: такой крошечный ребенок, окруженный множеством высоких взрослых, с ее ростом и правда ничего не могла разглядеть.
— А у тебя с собой есть телефон или что-нибудь в этом роде? Часы-телефон? — спросил Ся Цзюньянь. — Можешь позвонить брату, чтобы он тебя забрал.
— Не хочу...! Я не хочу видеть брата! — Тэн Юньжань говорила очень возбужденно и снова принялась реветь.
Ся Цзюньянь подумал: похоже, она плачет не потому, что врезалась в меня, а потому, что брат довел ее до слез.
— Тогда... — Ся Цзюньянь немного помялся, прежде чем осторожно предложить: — Не хочешь зайти ко мне в гости?
Через десять минут Ся Цзюньянь вместе с Тэн Юньжань и большим пакетом снеков стоял у порога своего дома.
Тан Инсюань остолбенел: он перевел взгляд с Ся Цзюньяня на ребенка, которого тот держал за руку, зрачки его затрепетали, и сам он словно весь рассыпался на части.
— С-супруга... — Его голос слегка дрожал. — Т-ты, ты, ты...
Когда это ты успел родить ребенка?!
Нашелся тут один дурачок, не буду показывать пальцем.
Глава 8. Ребенок (Часть 2)
Полный абсурд.
На лице Ся Цзюньяня читалось: «Какую чушь ты несешь?»
— Я мужчина, мужчины не рожают, — повторил Ся Цзюньянь очевидный факт и сунул пакет со снеками в руки Тан Инсюаню. — Убери на место и не забудь позавтракать.
Руки Тан Инсюаня сработали быстрее головы, и он машинально принял пакет, но его мозг всё еще застрял на теме деторождения.
— Кто сказал, что мужчины не рожают, — обиженно протянул Тан Инсюань. — В моих снах ты еще как рожаешь...
— Запрещаю тебе снить такие странные сны!
Ся Цзюньянь торопливо протянул руку и закрыл ребенку уши, а его щеки покрылись легким румянцем стыда и досады: — Иди ешь!
Тан Инсюань с миской одэна в руках недовольно поплелся в комнату.
Тэн Юньжань подняла личико, посмотрела на раскрасневшегося Ся Цзюньяня и с чистой детской наивностью спросила: — Тот брат — твой хороший друг?
Ся Цзюньянь отнял руку, смущенно потер кончик носа и ответил: — Сосед по квартире.
— А кто такой сосед по квартире?
— Тот, кто временно живет со мной под одной крышей.
— О-о-о!
Ребенок еще ничего не понимает, так что, должно быть, всё в порядке.
Ся Цзюньянь тихо выдохнул и, взяв Тэн Юньжань за руку, вошел в кабинет.
Инь Люйсяо работал в кабинете, неотрывно глядя в экран ноутбука. Услышав, что кто-то открыл дверь и вошел, он, даже не поднимая головы, небрежно бросил: — Чего это Тан Инсюань снаружи голосил?
— Ничего, просто испугался, — ответил Ся Цзюньянь и повернулся к девочке: — Юньжань, умница, поприветствуй дядю Иня.
Маленькая девочка звонко произнесла: — Здравствуйте, дядя Инь!
Пальцы Инь Люйсяо, стучавшие по клавиатуре, резко замерли, и он тоже порядком удивился.
С чего вдруг тут взялся ребенок?..
Инь Люйсяо постарался сделать невозмутимый вид и поднял голову, глядя на стоящих перед ним взрослого и малышку.
Он же просто ходил за завтраком, откуда у него ребенок... Разве это логично?
В голове Инь Люйсяо мгновенно пронеслись самые разные догадки. Например, что на самом деле они с Тан Инсюанем оба были обмануты Ся Цзюньянем, и этот человек неведомо где и неведомо с какой женщиной завел бастарда, а теперь привел его прописывать... и всё в таком духе.
Короче говоря, чувство безопасности было на нуле.
— Это ребенок, которого я лечил на днях, — пояснил Ся Цзюньянь. — Столкнулись на улице, ну я и привел ее заодно.
— М-м... Понятно. — Инь Люйсяо вздохнул с облегчением.
Заметив у него на лице ошеломленное выражение, Ся Цзюньянь нахмурился: — Ты ведь не думаешь, как тот дурачок Тан Инсюань, будто я способен рожать... А, впрочем, забудь.
Узнав, что Тан Инсюань оказался еще большим чудаком, чем он думал, Инь Люйсяо почувствовал некоторое душевное равновесие.
http://bllate.org/book/37297/4648137
Сказали спасибо 0 читателей