Готовый перевод The Beloved Junior Sister / Немая принцесса: Любимица всей академии: Глава 13

Спина внезапно стала горячей — Цзян Фэнминь обняла её сзади.

— Ты тоже моё сокровище.

Ректор брезгливо обернулась:

— Какая отвратительная болтовня.

— А так? — Цзян Фэнминь ничуть не рассердилась, склонилась и запечатлела на её губах долгий, нежный поцелуй.

Лотосы в пруду цвели вовсю, а ночной дождь как раз разогнал летнюю духоту. Ранним утром небо всё ещё оставалось пасмурным. Чэнь Сюй попыталась встать, но Цзин Ханьйоу удержала её:

— Ещё не рассвело, куда ты спешишь?

Чэнь Сюй оттолкнула лежащую поперек неё руку и тихонько поднялась с кровати, но не успела сделать и двух шагов, как тащивший её за собой человек снова рывком утянул её обратно:

— Старшая соученица, куда это ты собралась?

— Не балуйся. — Чэнь Сюй изо всех сил попыталась разжать руки цепкой Цзин Ханьйоу, но та улучила момент и поцеловала её в губы, отпустив лишь спустя долгое время.

— Сегодня идёт дождь, мне нужно сходить проверить утренние занятия. — Чэнь Сюй смахнула шальные руки Цзин Ханьйоу и направилась за ширму переодеваться.

Цзин Ханьйоу тоже окончательно проснулась и встала с кровати:

— Утренними занятиями всегда ведает Наставница Цзян, о чём ты переживаешь?

— Вчера старшая соученица Ху-эр передала весть, и ночью Наставник Вэнь вместе с наставником Инь спустились с гор. Проснувшись поутру, я почувствовала, как у меня дергается веко — к добру это или к худу, но явно что-то должно произойти.

Когда обе привели себя в порядок и собрались выходить, к ним подошел ученик с донесением:

— Старшая соученица, ректор оставила для вас письмо.

Чэнь Сюй взяла конверт, вскрыла его и увидела внутри всего четыре иероглифа: Спускаемся, не беспокойтесь.

Цзин Ханьйоу покачала головой:

— Неудивительно, что у тебя дергалось веко.

Раз ректор спустилась с гор, то можно было даже не спрашивать — Цзян Фэнминь наверняка последовала за ней. Теперь проблема заключалась в другом: как быть с утренними занятиями?

Чэнь Сюй посмотрела на Цзин Ханьйоу, и та отступила на шаг назад:

— Чего тебе?

— Ступай найди Сяо Ли, пусть подменит.

В Академии из-за нехватки четырёх человек предстояло провести немалые перестановки, но сейчас речь не о них — Вен Линсяо вслед за Гунъе Сытун прибыла в Государство Лю. Не говоря ни слова, Гунъе Сытун нашла постоялый двор и сняла две комнаты.

— Сиди здесь и никуда не уходи, я пойду за лекарством. — Лицо Гунъе Сытун оставалось суровым; посторонний мог бы подумать, будто это она получила ранение.

Слёзы на лице Вен Линсяо уже высохли, и её сморил сон. Едва Гунъе Сытун вышла, как она легла на кровать и заснула.

Во сне её обнимала какая-то красивая женщина. Кто же это? Девушка изо всех сил таращила глаза, пытаясь разглядеть её лицо, но оно неизменно оставалось расплывчатым. Движения женщины были бесконечно нежными, словно... Вен Линсяо даже не смогла подобрать подходящих слов, чтобы описать это чувство.

— Вставай, пей лекарство! — Она всё ещё блаженствовала в сновидении, убаюканная нежностью, как вдруг её окрикнул леденящий душу голос.

Гунъе Сытун с мрачным лицом стояла у изголовья с пиалой, от которой поднимался густой пар.

Седьмая глава. Противоположные натуры

— Что это за лекарство? — вставая, Вен Линсяо случайно задела травмированную руку, и слёзы вновь брызнули из глаз.

— Яд! — огрызнулась Гунъе Сытун.

Вен Линсяо надула губы:

— Не хочешь говорить — и не надо, пить не стану, наверняка горькое до ужаса! У каждого ведь есть гордость, в конце концов?

Гунъе Сытун с громким стуком опустила пиалу на стол:

— Разве чьё-то лекарство бывает сладким? Лекарство всегда горькое, ты этого не понимаешь?

— То лекарство, что пью я, всегда сладкое! Только у таких коновалов, как ты, снадобья горькие! — не осталась в долгу Вен Линсяо и огрызнулась в ответ.

Гунъе Сытун даже растерялась от такого ответа и лишь спустя мгновение выдавила:

— Врёшь! Лекарство всегда горькое!

— Сладкое! То, что ем я, всегда сладкое! — с пеной у рта доказывала своё Вен Линсяо.

Гунъе Сытун пришла в ярость:

— Ты в конце концов собираешься пить или нет?

Вен Линсяо отвернулась:

— Не буду. Кто же в здравом уме станет пить яд? По-твоему, я дура?

— Это обезболивающее! Выпьешь, и рана перестанет болеть. — Гунъе Сытун взбеленилась ещё сильнее: ей ещё не доводилось встречать столь непослушных людей.

Вен Линсяо недоверчиво повернула голову обратно:

— Обезболивающее? Ты умеешь составлять обезболивающие? Небось обманываешь меня?

— Я это лекарство с детства пила, чего мне тут не уметь? — гордо вздернула подбородок Гунъе Сытун.

— А? Сколько же тебе тогда пришлось пережить ранений! — Вен Линсяо от удивления широко раскрыла рот.

Гунъе Сытун решила, что с этой девчонкой лучше не связываться. Она схватила поврежденную руку Вен Линсяо и слегка сжала её, в тот же миг огласившую комнату воплем резаной свиньи.

— Злюка! — Вен Линсяо изо всех сил врезала ей ладонью, а Гунъе Сытун почему-то даже не увернулась и приняла удар на себя, чем изрядно испугала саму обидчицу.

— Ты что творишь? Даже увернуться не догадалась? — Вен Линсяо утирала слёзы, заливавшие лицо — как же адски у неё всё болело!

Гунъе Сытун знатно досталось от этого удара, она кашлянула и произнесла:

— В тебе немало внутренней энергии. — Затем она подобрала со стола пиалу: — Пей лекарство.

Вен Линсяо и впрямь терпела невыносимую боль, поэтому взяла пиалу и осушила её залпом.

— Чего же раньше ломалась и мучилась? — Гунъе Сытун приняла победотдельную позу.

Однако не успело затихнуть эхо её слов, как Вен Линсяо тут же вырвала всё, что только что выпила.

— Эй, эй, эй! Ты чего удумала? — рассвирепела Гунъе Сытун. Столько времени ушло на варку этого отвара, а она вот так всё перевела!

Вен Линсяо стошнило так, что перед глазами поплыло, а личико сделалось совершенно белым. Долгое время она не могла отдышаться, после чего хрипло проговорила:

— У тебя... даже гущу от лекарства не удосужились... отцедить...

— Какую ещё гущу? — Гунъе Сытун почесала затылок. Разве эту дрянь надо процеживать? Выпил разом — и дело с концом.

Она не ведала об одном: в те времена, когда ректор и Цзян Фэнминь привели Вен Линсяо в Академию, та страдала от сильнейшего истощения и была крайне слабельна здоровьем, и Сюэ Цань потребовалось немало времени, чтобы поставить её на ноги.

Хотя тогда Вен Линсяо и жила при Вэнь Сяньгэ, другие наставники неизменно заглядывали навестить бедняжку, да и такие смышленые ученицы, как Лэн Вэйчжи и Чэнь Сюй, тоже охотно помогали ухаживать за ней. Желудок и кишечник у Вен Линсяо были слабыми, и долгое время она питалась исключительно жидкими кашками и прочей полужидкой пищей, а лекарства принимала с величайшей осторожностью. Поскольку говорить она не умела, каждый кормивший её человек заглядывал в её лицо, следя за малейшей сменой выражений, и при малейшем подозрении немедленно останавливался — это было куда опаснее, чем сражаться с врагом лицом к лицу.

http://bllate.org/book/37286/4645955