Готовый перевод Angel Born in Lima / Ангелы рождаются в Лиме: Глава 12

Его тон был крайне резким, но Николас лишь покачал головой:

— Прошу прощения, я не могу этого сделать. У меня действительно есть кое-какие особые способности к восприятию, например, я могу почувствовать, хочет ли стоящий передо мной человек мне навредить или убить меня, но это работает только в процессе общения. Я не в силах определить чью-либо сексуальную ориентацию, просто глядя, как человек отвечает на вопросы, сидя на свидетельской трибуне. На самом деле, люди зачастую сами до конца не понимают своих истинных склонностей. Бывает и так, что лишь после женитьбы и появления детей в человеке просыпается влечение к своему полу. Думаю, в сердце каждого из нас есть скрытые тайны, просто многие так и не узнают о них до конца своих дней.

Он был прав. Миша украдкой подумал: гомосексуалы тоже женятся на прекрасных женщинах ради приличия, может быть, даже спят с ними, заводят детей, но…

Он перевел взгляд в угол, где стоял человек, но Миша знал, что тот не существует на самом деле. Уилл открыл рот, не издав ни звука, но Миша понял, что он говорит: убийца.

Неважно, кем был этот загадочный друг-убийца, он преуспел в своем деле. После того как внутри коллегии присяжных прошел день жарких споров, лагерь обвинителей начал распадаться. В итоге они решили еще раз просмотреть материалы дела, обсуждая каждое доказательство и каждое показание отдельно. Когда остальные перелистывали фотографии, сделанные скрытой камерой и предоставленные адвокатом защиты, Миша, обладавший острым зрением, заметил в углу знакомый оранжевый оттенок.

Он принадлежал автомобилю, припаркованному у обочины. Хотя видна была лишь половина передней части, Миша с одного взгляда узнал её — это была Сэнди, его Додж. Он знал её слишком хорошо, каждый нюанс был ему знаком до боли, даже следы от монтировки на водительской двери… Стоп, следы от монтировки?

Миша перепроверил еще раз, чтобы убедиться, что ему не показалось.

Как там описывал эту фотографию адвокат защиты, когда приобщал её к делу? Частный детектив передал этот снимок, затем Элизабет пригласила стрелка на встречу, и свидетель видел, как они были вместе…

Теперь Миша знал: сторона защиты лжет.

Следы от монтировки на Сэнди появились, когда суд уже начал отбор присяжных, поэтому фотография никак не могла быть сделана до совершения убийства.

Простейшая логика, от которой у Миши по спине пробежал холодок. Зачем защите фальсифицировать доказательства? Если время на снимке поддельное, не поддельное ли и всё остальное? Действительно ли отношения между мистером Элгином и стрелком были такими, как они описывали? И правда ли Элизабет Элгин так чиста и невинна, как утверждает её адвокат?

Миша не мог закрыть глаза на столь огромную брешь в деле и продолжать свой план по оправданию подсудимого. Но если он расскажет правду остальным, то рискует раскрыть свою личность. Лжесвидетельство в суде — тяжкое преступление, к тому же прошлое Миши было таким, что не выдержало бы никакой проверки…

Как бы Миша ни разрывался между двух огней, всё больше присяжных в ходе обсуждений начинали верить, что в этом деле существуют неустранимые сомнения. Тед, казалось, был уязвлен тем, что его авторитет поставили под сомнение, поэтому говорил необычайно грубо, а его поведение, в свою очередь, раздражало других присяжных — даже те, кто разделял его мнение, начинали качать головами.

Дискуссия постепенно превратилась в перепалку, и в самом конце Тед закричал во весь голос:

— Вы все одурманены этой стервой!

Дебби посмотрела на него с недоверием:

— Боже, Тед, ты что, пьян?

— Я трезвее любого из вас, идиоты. Только я разглядел истинное лицо этой стервы. Она просто излучает свое обаяние, а вы послушно попадаетесь на крючок и позволяете ей собой манипулировать!

Последнее заявление Теда настроило против него всех — и мужчин, и женщин, и он не собирался извиняться. Как бы остальные ни пытались его вразумить, он стоял на своем. В конце концов он просто ушел курить в коридор, и по правилам суда остальным присяжным пришлось прекратить любые обсуждения, касающиеся дела. Три дня подряд присяжные не могли прийти к единому мнению.

Мишу изматывало не только судебное разбирательство, но и необходимость постоянно опасаться неизвестного убийцу. Он чувствовал себя как лосось, жарящийся на огне: как ни бейся, лишь подставляешь под жар другой бок. И вот, в одну из ночей, когда ни глубокий вдох, ни холодная вода из-под крана не помогли унять раздражение, Миша вышел в коридор и с силой застучал в дверь напротив.

Николас открыл лишь спустя некоторое время, облаченный в халат, с волос стекала вода.

— Ты правда колдун? — спросил Миша.

Николас опустил голову, избегая зрительного контакта:

— А ты говорил, что не войдешь в комнату к мужчине.

Его отношение разозлило Мишу еще сильнее.

— Не неси чушь, твою мать. — Миша с силой втолкнулся внутрь. Николас был вынужден отступить, пока не уперся в стену. Миша склонился, прижавшись к его щеке, и коснулся мочки уха Николаса, отчего тот вздрогнул и в изумлении поднял на него глаза.

Если бы в этот момент Миша посмотрел в его глаза, то увидел бы поразительное зрелище — левый глаз Николаса внезапно стал необычного голубого цвета. Но Миша был занят тем, что нервно теребил ухо Николаса:

— Парень, ты зачем ухо проколол? Это как-то по-бабски.

Физическое превосходство Миши не позволяло Николасу ничего сделать с этим домогательством. Он лишь съежился и отвел голову, пытаясь уклониться от дыхания Миши, но безуспешно.

Наконец Миша выдернул то, что искал, и, торжествующе описывая этим предметом круги в воздухе, заявил:

— Если не начнешь помогать, я доложу судье, что ты всё это время носишь Bluetooth-гарнитуру!

Когда предмет вытащили из уха, Николас поморщился от дискомфорта, но Миша не обратил на это внимания и продолжал болтать:

— Ты записываешь наши обсуждения, чтобы продать записи СМИ за деньги? Или тебя кто-то нанял отчитываться о прогрессе присяжных?

— Слуховой аппарат.

— Что?

— Это не Bluetooth-гарнитура, это слуховой аппарат. Так что, будь добр, верни его? У меня потеря слуха 90 децибел на левое ухо, я вообще тебя не слышу, когда ты так близко стоишь, — сказал Николас, прикрывая ухо рукой. Он по-прежнему отворачивался, не глядя на Мишу. Капля воды сорвалась с кончика мелированной пряди, скользнула вниз по его тяжело вздымающейся груди. Если бы не оттенок кожи, возможно, можно было бы заметить, как сильно покраснели его уши.

Только теперь Миша осознал, насколько двусмысленным было расстояние между ними. Если бы перед ним была девушка, они бы уже давно целовались.

http://bllate.org/book/37174/4629569