Сюй Юаньцин достал из пространственного хранилища флакон с мазью и сказал: Это мазь от покраснений и синяков. Нанеси на больное место, и скоро всё пройдет.
Он поставил лекарство с краю кровати, в пределах досягаемости Юнь Жуншэна, и тут же отстранился.
Юнь Жуншэн произнес: Спасибо.
Се Шу сказал, что твои внутренние повреждения очень серьезны, и Пилюля Исцеления Духа лишь временно облегчает состояние. Каждые два часа я буду приходить, чтобы помогать тебе упорядочить хаотичные потоки энергии в твоем теле.
Сюй Юаньцин пояснил и, заметив, что Юнь Жуншэн всё еще смотрит на него, продолжил: Се Шу — это тот человек, который только что стоял у двери. Его семья — потомственные Культиваторы-целители.
Отдыхай, а через два часа я приду снова.
Юнь Жуншэн проводил Сюй Юаньцина взглядом.
Когда тот дошел до середины двора, Юнь Жуншэн окликнул его: Дао-друг Сюй, ты собираешься вернуться в ту Персиковую рощу?
Можно мне пойти туда вместе с тобой?
Хорошо.
Ответив, Сюй Юаньцин обернулся и как раз увидел, что Юнь Жуншэн опустил голову, словно разглядывая край собственного халата.
Услышав звук закрывающейся двери, Юнь Жуншэн перевел взгляд.
Сквозь щель в окне и свет, заливающий двор, он мог разглядеть удаляющуюся фигуру — смутный силуэт, прямой, как сосна.
Всё, что произошло сегодня, было похоже на сон.
Прекрасный сон, от которого не хочется просыпаться.
Прислонившись к краю кровати, он снова заснул.
Во сне была непроглядная тьма и тусклая, едва различимая луна.
Когда к нему вернулось сознание, он открыл глаза и увидел лишь бесконечную тьму, а в ушах завывал ледяной ветер.
Духовные меридианы во всем теле невыносимо болели — это была боль, пропитанная кровью.
Он подумал, что знает, что это за сон.
Это была первая ночь, когда он обрел сознание в этом мире.
Кто-то в ту ночь погиб, а кто-то родился.
Ирония заключалась в том, что эти двое были одним и тем же человеком, но в то же время — разными.
В этом бесконечном сне очень долгое время его сопровождали лишь тьма и ледяной ветер.
Сюй Юаньцин.
Я нашел тебя.
Юнь Жуншэн резко открыл глаза. Казалось, смертельная боль из сна последовала за ним и всё еще терзала его мысли.
Долгое время он приходил в себя, а затем закатал рукав, чтобы взглянуть на покрасневшие линии Духовных меридианов на руке.
Значит, боль была настоящей.
Покраснение на меридианах вскоре начало бледнеть и исчезло.
Когда Юнь Жуншэн поднялся, во двор вошел Сюй Юаньцин и вскоре оказался у порога.
Услышав стук в дверь, Юнь Жуншэн подумал: это ведь его собственная комната, но, входя, он всё равно постучал.
Юнь Жуншэн открыл дверь, его взгляд упал на одежду в руках Сюй Юаньцина, и он спросил: Это...
Новая одежда, — пояснил Сюй Юаньцин. — У нас с тобой примерно одинаковое телосложение, думаю, она должна подойти.
Когда Юнь Жуншэн принимал вещи, его взгляд опустился на белоснежный подол одежд Сюй Юаньцина.
То маленькое бледное пятнышко крови, что было там раньше, исчезло. Сюй Юаньцин всё же заметил пятна на своем халате и переоделся.
Одежда, которую принес Сюй Юаньцин, тоже была снежно-белой, но с небольшим отличием.
На ткани, словно дымчатые облака, проступал глубокий синий оттенок, переливающийся на свету, который становился заметен только под лучами зари.
Юнь Жуншэн знал, что Сюй Юаньцин всегда носит только белое или черное, самое простое. В его пространственном хранилище просто не могло быть такой одежды.
Тот комплект, что он протянул ему сейчас, Сюй Юаньцин купил только что.
От этой мысли Юнь Жуншэн почувствовал радость. Он слегка улыбнулся и сказал Сюй Юаньцину: Спасибо тебе.
Он взял вещи и повернулся, направляясь вглубь комнаты.
Сюй Юаньцин остался стоять за дверью, ожидая четверть часа.
Вскоре из комнаты послышались легкие шорохи, и он повернул голову.
Юноша, который прежде носил вызывающе-алый наряд, теперь выглядел совсем иначе. Сдержанность и благородство придали ему невыразимый шарм — словно прекрасный цветок, покрытый инеем: холодный, но не скрывающий своей красоты.
Спустя мгновение Сюй Юаньцин вспомнил слова Се Шу и поспешил подавить странные, не поддающиеся описанию чувства в сердце.
Юнь Жуншэн уступил место и сел за стол. Сюй Юаньцин протянул руку, чтобы помочь ему наладить потоки внутренней энергии.
Когда духовная сила одного практика проникает в меридианы другого, даже при самой идеальной совместимости, оба обычно ощущают дискомфорт.
Но они ведь были одним целым, одним телом, одним и тем же человеком, принадлежащим разным временам и пространствам.
Когда духовная сила Сюй Юаньцина вошла в тело Юнь Жуншэна, она не встретила никаких преград.
Более того... можно сказать, что путь был совершенно свободным.
Пока Сюй Юаньцин занимался лечением, во двор вошел Се Шу. Не постучав, он вошел внутрь и сразу увидел человека, сменившего одежду.
Се Шу не сдержался и втянул воздух сквозь зубы.
За всю свою жизнь он никогда не видел, чтобы два человека были настолько похожи.
Конечно, если не считать близнецов.
Но Сюй Юаньцин и этот болезненный юноша, которого он подобрал, не были близнецами.
Се Шу дождался окончания процедуры и только тогда подошел, воскликнув: Я действительно никогда не видел ничего подобного...
Как два отражения в зеркале, один в один. Молодой господин Сюй, ты выяснил наверняка — может, он твой давно потерянный брат?
Се Шу подошел к Сюй Юаньцину и похлопал его по плечу, задавая вопрос.
Юнь Жуншэн слегка поднял глаза, невозмутимо скользнув взглядом по руке Се Шу. Его зрачки были темными, как тушь, но глубокими и спокойными.
Он слегка поджал губы, словно в вежливой улыбке.
Сюй Юаньцин представил: Се Шу.
Юнь Жуншэн.
Юнь Жуншэн?
Се Шу обдумывал это имя и тихо пробормотал: Фамилия Юнь... неужели это правда...
Он не успел договорить, как строгий взгляд Сюй Юаньцина заставил его умолкнуть.
Се Шу сменил тон: Я Культиватор-целитель. По просьбе Сюй Юаньцина я пришел осмотреть твои раны, Дао-друг Юнь.
http://bllate.org/book/37148/4626233
Сказали спасибо 0 читателей