Готовый перевод The Little Sweetheart and the Movie King Secretly Fell in Love / Секретный роман с кинозвездой: Любимец публики: Глава 10

Неужели этот человек всерьез вздумал сеять раздор? Какой же он мерзавец!

Остальные четыре участника тоже чувствовали себя неловко, собираясь насладиться роскошным обедом, и Цзян Юньтин с Гу Юйань попытались уговорить режиссера, спросив, нельзя ли им присоединиться и поесть вместе.

Хун Дао немного помолчал, а видя, что атмосфера царит такая тяжелая, не удержался и рассмеялся.

— Да я шучу с вами, сегодня же только первый день съемок, неужели я мог бы так сурово к вам относиться?

Улыбка Хун Сэня выглядела весьма странно, в душе он подумал, что у него припасено еще масса способов поиздеваться над гостями, и их стоит приберечь на потом, нельзя же сразу пугать людей до смерти.

Атмосфера мгновенно разрядилась.

— Я же говорил, что режиссер не будет таким бессердечным, — произнес Гу Юйань.

Хань Цзинчу поддержал его:

— Это я во всем виноват, принял все слишком близко к сердцу. Разве может такой замечательный режиссер заставить гостей страдать?

— Точно, Хун Дао в нашей индустрии славится своим добрым сердцем, нет никого добрее него, — подлил масла в огонь и Цзян Юньтин.

Выслушивая столь щедрые похвалы, Хун Сэнь лишь усмехался, ничего не отвечая.

Каких только лестных слов ему не доводилось слышать, так что от пары таких фраз его уши не размягчились бы.

— Давайте-ка все скорее садитесь за стол, — вернула всех к насущным делам Ци Мэнмэн. — Я уже почти с голоду умираю.

Цзи Сюньчжоу отодвинул стул и уже собирался сесть, как вдруг кое о чем вспомнил.

Он быстро вышел из отдельной кабинки, разыскал своего закрепленного оператора и забрал у него рюкзак.

Перед отъездом мама специально положила в рюкзак Цзи Сюньчжоу приготовленную ею вяленую говядину, наказав угостить остальных гостей.

В конце концов, он здесь хозяин, и если никак себя не проявит, это будет выглядеть слишком невоспитанно.

Перед тем как войти, Цзи Сюньчжоу немного волновался: он знал, что эти большие звезды привыкли питаться деликатесами, а какая-то жалкая порция вяленой говядины — такаящая сущая мелочь.

Но, подумав еще немного, он решил, что раз это приготовлено мамой собственноручно, то одно лишь это внимание уже заслуживает огромной ценности.

Поборов внутренние сомнения, Цзи Сюньчжоу толкнул дверь и вошел, собираясь раздать вяленое мясо всем присутствующим.

Каждый кусочек был в индивидуальной упаковке — стоило только разорвать пакет, и можно есть.

Цзи Сюньчжоу стал обходить всех по очереди, и гости охотно принимали угощение, но когда он дошел до Ци Мэнмэн, она отмахнулась:

— У меня в последнее время десны воспалились, ничего слишком твердого есть не могу.

— Ничего страшного, — Цзи Сюньчжоу вернулся на свое место.

Шэн Юй и Хань Цзинчу уже разорвали упаковки и принялись за еду. Он поинтересовался у них, каково на вкус, и Хань Цзинчу утвердительно кивнул:

— У нашей мамы поистине золотые руки.

Цзи Сюньчжоу замер.

Он никак не ожидал, что звезда такого масштаба, как Хань Цзинчу, окажется настолько простым в общении человеком и вот так запросто начнет брататься с ним.

Среди парней называть родителей друг друга подобным образом было вполне нормальным делом, особенно на севере. Один из соседей по комнате Цзи Сюньчжоу в институте вечно так выражался, исключительно ради того, чтобы сократить дистанцию.

— Хань Цзинчу такой классный! Ни капли звездной болезни, наверняка же понимает, что Цзи Сюньчжоу как новичок сильно нервничает, вот и старается все время оживить атмосферу.

— С чего это мне вдруг стало казаться, что в их переглядываниях проскальзывает химия? Хань Цзинчу, смотри не накаркай, а то в конце концов парень действительно станет твоей матушкой.

— Обожаю их болтовню! Никогда бы раньше не подумал, что Хань Цзинчу может быть таким болтуном! К Цзи Сюньчжоу он явно неравнодушен.

— Братья и сестры, я первой заприметила эту парочку, а вы как хотите.

— Учитель Шэн, а вам как? — Цзи Сюньчжоу перевел взгляд на Шэн Юя.

Не зря его называют отстраненным и холодным королем экранов — пока к нему не обратишься, сам ни за что слова не вымолвит.

Шэн Юй действительно с видимым удовольствием смаковал ту вяленую говядину. Другие съедали по палочке и останавливались, а он, закончив одну, тут же вскрыл вторую.

Услышав вопрос Цзи Сюньчжоу, он изогнул губы в загадочной улыбке:

— Я уже с нетерпением жду возможности попробовать стряпню тетушки.

Это была очень высокая оценка. На лице Цзи Сюньчжоу вспыхнула радость, смешанная с непередаваемым чувством счастья.

Он-то думал, что на сближение со всеми уйдет несколько дней, но оказалось, что ладить с ними донельзя легко.

— Моя мама просто обожает ваши фильмы. Услышав такую похвалу от вас, она будет невероятно счастлива.

— Правда? — Шэн Юй налил себе воды и ничего больше не ответил.

А Хань Цзинчу вдруг поднял голову и возмущенно бросил:

— Ты же только что даже не спросил, нравятся ли тетушке мои фильмы.

— Ты снимаешься исключительно в дорамах, а мама такое почти не смотрит.

— Тц, не оправдывайся, у тебя просто двойные стандарты.

Шэн Юй задумчиво всматривался в чай на дне стакана, лицо его было серьезным. Услышав фразу про двойные стандарты, он подумал, что это определение попало в самую точку.

С ним-то парень ведет себя так вежливо и учтиво, обмениваясь дежурными любезностями — разве это не двойные стандарты?

После обеда все тщательно экипировались и отправились в пустыню Чихун. Каждый щедро намазался толстым слоем солнцезащитного крема, нацепил панамы, надел рубашки с длинными рукавами и длинные брюки.

Цзи Сюньчжоу панически боялся солнечных ожогов, поэтому запасся особой солнцезащитной шляпой — по краю тульи у нее шла полоска белой вуали, открывавшая взгляду лишь глаза.

Стоило ему натянуть ее, как Ци Мэнмэн расхохоталась:

— Ты от солнца прячешься пуще любой девчонки!

— У меня очень чувствительная кожа, легко обгорает, — воспользовался ее репликой для объяснения Цзи Сюньчжоу.

Ци Мэнмэн протянула — о-о-у, а мгновением позже добавила:

— Но шляпа эта у тебя и правда отменная, внеси-ка ее в мой личный список желаний. Знала бы, тоже себе такую прикупила.

— У меня есть еще, хочешь?

— А? — Ци Мэнмэн опешила. — Ты что, специально взял с собой больше одной? Надо же какая предусмотрительность!

— Когда покупал, подумал, что кому-то еще может приглянуться фасончик, вот и прихватил парочку лишних.

Цзи Сюньчжоу вернулся к своему фургону и принес целую охапку головных уборов:

— Кому еще нужны?

В его руках пестрели красный, оранжевый, желтый, зеленый, синий, индиго и фиолетовый цвета — судя по всему, он приготовил их на каждого участника.

http://bllate.org/book/37125/4623151