Готовый перевод Woke Up With a Crazy Beautiful Wife / Проснулась с безумной красавицей: Моя новая жизнь в мире новеллы: Глава 15

Так подумав, она даже почувствовала, как в носу защемило от обиды, а в глубине души зародилось чувство, имя которому — зависть.

Даже понимая, что все эти десять лет в этом теле находилась она сама, она всё равно испытывала зависть. Зависть к тому, что воспоминания о совместной жизни с ней принадлежали не нынешней ей.

Янь Цинъе смотрела на неё холодным взглядом, даже не думая предлагать помощь. Но по мере того, как Шэнь Чжаньсы сбрасывала рубашку, в её взгляде мелькнуло едва заметное колебание.

В одном этот человек всё же преуспел: по крайней мере, прежняя фигура Шэнь Чжаньсы поддерживалась в отличной форме.

Когда в будущем Шэнь Чжаньсы вернётся и увидит это, она, наверное, очень обрадуется?

Боль в груди расползалась, беззвучно разрывая сердце изнутри. Туда затапливающей волной хлынула горечь, порождая ненасытную жажду — жажду заполнить эту пустоту.

Но тот, кто мог бы заполнить её, исчез.

Пальцы, опущенные вдоль тела, судорожно согнулись, желая сжаться в кулаки, но она не хотела выказывать перед Шэнь Чжаньсы слишком много эмоций.

Шэнь Чжаньсы, держа снятую одежду, огляделась по сторонам в ванной. Не найдя корзину для грязного белья, она просто бросила вещи на раковину, а затем наклонилась, чтобы снять штаны.

— Кхм…

Шэнь Чжаньсы глухо застонала, перед глазами снова потемнело, накатили головокружение и тошнота. Едва она почувствовав, что теряет равновесие, как две руки подхватили её, надёжно удерживая, и помогли прислониться к стене.

Прислонившись к стене, Шэнь Чжаньсы тяжело дышала — темнота перед глазами ещё не рассеялась.

В то мгновение, когда она качнулась, сердце Янь Цинъе словно пережило землетрясение — она до смерти испугалась, что та упадет и еще сильнее усугубит травмы этого тела.

Поставив её спиной к стене и больше не пытаясь оставаться сторонней наблюдательницей, Янь Цинъе наклонилась, собираясь помочь ей снять штаны.

Как только её пальцы коснулись пуговицы на поясе, другая рука протянулась и крепко перехватила её запястье, не позволяя сделать ни движения.

Янь Цинъе выпрямилась и посмотрела на покрасневшее лицо Шэнь Чжаньсы, в чьих глазах блестели слёзы стыда.

Они молча противостояли друг другу, но постепенно, под безразличным взглядом Янь Цинъе, Шэнь Чжаньсы сдалась. Её пальцы медленно разжались, отпуская пояс, и она, залившись краской, отвернулась, словно ей было слишком стыдно смотреть.

Янь Цинъе быстро наклонилась, стянула штаны и присела на корточки, помогая ей по очереди освободить ноги.

Шэнь Чжаньсы закрыла глаза и послушно поднимала ноги одну за другой, пока ощущение ткани окончательно не исчезгло с её тела, а грудь внезапно не освободилась от стеснения.

Шэнь Чжаньсы вздрогнула всем телом, инстинктивно желая открыть глаза, но в следующую секунду осознала, что Янь Цинъе расстегнула её нижнее белье.

Волна жгучего стыда накатила с головой: даже мысленно подготовившись заранее, сейчас она всё равно была готова провалиться сквозь землю.

— Заходи.

Голос Янь Цинъе звучал напряженно.

Она не стала намеренно отводить взгляд от тела Шэнь Чжаньсы, и даже при прямой встрече её охватило легкое помутнение, а в душе неизбежно поднялось чувство горькой несправедливости.

Если бы не этот человек неизвестно откуда, мог ли у них с Шэнь Чжаньсы быть какой-то другой исход?

Стала ли бы эта лицемерная особа на словах говорить о необходимости держаться на расстоянии, но при этом гордо тянуться к ней? Они бы открыли друг другу сердца, обнимались, целовались, представили бы друг друга семьям, поженились в том возрасте, когда уже можно зарегистрировать брак, и сплелись бы в неразрывных объятиях.

Но всё это было разрушено. Разрушено тем знойным летом семнадцатого года.

И пока в её душе неизбежно зрели разрушительная обида и злость, раздался робкий, запинающийся голос Шэнь Чжаньсы:

— Я… я хочу вымыть голову.

Голос Янь Цинъе оставался спокойным:

— У тебя травма головы, как ты собралась её мыть?

Лицо Шэнь Чжаньсы скривилось от муки. Перед лицом Янь Цинъе она казалась такой слабой, что даже говорить боялась в полную силу.

— Но не мыть голову — это просто невыносимо.

Янь Цинъе молча потащила её к краю ванны, заставляя зайти внутрь, и непреклонно бросила:

— Потерпишь.

Шэнь Чжаньсы и без того была слаба и не могла тягаться с ней. Вынужденная ступить в ванну, она присела на корточки и жалобно съежилась на дне.

— Но это правда невыносимо, я уснуть не смогу, — попыталась поторговаться Шэнь Чжаньсы.

На этот раз Янь Цинъе даже не ответила ей. Смочив её тело водой, она выдавила в ладонь гель для душа, взбив его в нежную пену, и перевела взгляд на тело Шэнь Чжаньсы.

Её глаза потемнели. Движения рук были неторопливыми, казалось, она абсолютно невозмутима, но лишь она одна знала, какая буря бушует у нее в душе, готовая уничтожить всё вокруг.

Дикая страсть безгранично бушевала в груди, пока разум отчаянно пытался её сдерживать. В тисках этого противостояния её снова охватило ощущение, будто её разрывает на части.

Среди этой бури и подавления росло бесконечное уныние.

Станет ли она такой, какая нравится Шэнь Чжаньсы?

Заметив, что Янь Цинъе игнорирует её и смотрит каким-то непонятным взглядом, Шэнь Чжаньсы почувствовала щемящую боль в груди. Если она захочет развеять недопонимание и начать всё сначала, есть ли у них ещё шанс?

— Если ты не поможешь мне вымыть голову, то просто сбрей мне все волосы, когда выйдем!

Шэнь Чжаньсы в отчаянии перехватило дыхание, в носу всё еще чувствовался запах запекшейся крови — ну как такое можно вытерпеть!

Она уже настолько отчаялась, что у неё просто не оставалось сил смущаться своей наготы перед Янь Цинъе.

Движения рук Янь Цинъе на мгновение замерли, а взгляд неизбежно упал на волосы Шэнь Чжаньсы. Длинные, не знавшие краски и завивки волосы были превосходного качества, а благодаря тщательному уходу они сейчас расстилались по воде, гладкие, как шёлк, покачиваясь в такт ряби.

Понравятся ли Шэнь Чжаньсы эти длинные волосы?

Помимо её воли мысли снова унеслись далеко-далеко, возвращаясь в их беззаботную юность. Тогда волосы Шэнь Чжаньсы были не такими длинными, как сейчас: достигавшие лопаток пряди она аккуратно собирала на затылке в хвост, выглядя чистой и лучезарной, а её изогнутые в улыбке глаза словно отражали всю красоту этого мира.

С такими длинными волосами, наверное, удобнее делать хвост? Если сбрить их все, расстроится ли она, когда вернется и обнаружит, что волосы исчезли?

http://bllate.org/book/37062/4612722