Готовый перевод After the Contract Was Terminated, the CEO Went Mad / После расторжения контракта: Безумие властного босса: Глава 5

Се Цинсюй уже не мог сопротивляться, отчаянно закрыв глаза, и несколько капель слёз смочили его ресницы.

Несколько секунд спустя тошнотворный запах стал приближаться. Когда он уже почти коснулся его лица, от входа снова донёсся скрип.

Тихий звук, но для отчаявшегося сердца он прозвучал подобно металлическому звону. Ресницы Се Цинсюя слегка задрожали, он открыл глаза и сквозь небольшое расстояние посмотрел в ту сторону.

Лу Цзиньянь.

Это был Лу Цзиньянь, который ушёл и снова вернулся.

Не было времени гадать, почему он вернулся, и некогда было думать о собственном жалком виде в этот момент. В голове Се Цинсюя осталась лишь одна мысль.

Позвать его на помощь.

Но сейчас в голове стояла пугающая пустота, а горло словно охрипло. Се Цинсюй шевельнул губами, но не смог произнести ни звука.

Остались только глаза, которые молча смотрели на Лу Цзиньяня.

Выйдя из уборной и проходя мимо отдельной комнаты, Лу Цзиньянь услышал доносившиеся оттуда странные звуки. Подобное в Фаньцзя было обычным делом, и вмешиваться не было никакой нужды. Но неизвестно почему Лу Цзиньянь вдруг вспомнил ту сгорбленную фигурку, что всё вечер просидела с опущенной головой.

Поразмыслив с полминуты, он, вопреки своим привычкам, остановился и толкнул дверь.

Он действительно не ожидал увидеть внутри столь пикантную сцену.

В полумраке хрупкая фигурка была накрепко прижата двумя людьми к дивану, а Дуань Циншань навис сверху, явно собираясь что-то сделать.

Эта фигурка беспомощно была зажата там, тяжело дыша, а пара глаз смотрела из-за плеча Дуань Циншаня.

Приглядевшись, он понял: это действительно тот парень, которого он встретил у парковки в тот день.

Вероятно, из-за чрезмерных издевательств уголки его глаз покраснели от стыда, гнева и отчаяния. Издалека он казался растоптанной белой розой.

И этот взгляд, полный робкой надежды, заглянул ему прямо в душу.

Этот взгляд... Неужели тот принял его за соломинку, за спасительную нить?

Увы, он не филантроп, у него нет интереса помогать людям, и он не собирался становиться чьим-то спасителем.

Просто у него было это лицо...

Лу Цзиньянь слегка прищурился, и в глубине его глаз мелькнул огонёк.

Дуань Циншань тоже никак не ожидал, что ушедший Лу Цзиньянь вернётся. Постояв в оцепенении с полминуты, он резко пришёл в себя, но его недавняя ярость вмиг улетучилась, столкнувшись с этим лицом, и он обиженно втянул её обратно в грудь.

Этот проект сулил огромную выгоду, и даже если и стоило проучить этого желторотого паренька, делать это следовало после завершения проекта.

Дуань Циншань пару раз перевёл взгляд, мгновенно сменил выражение лица, натянул улыбку и, подобострастно заискивая, подался вперёд:

— Директор Лу, вы это...

Взгляд Лу Цзиньяня скользнул по стоявшему за ним дивану, и спустя пару секунд он небрежно бросил:

— Ничего, просто хочу забрать у тебя одного человека.

Шагая молча вслед за Лу Цзиньянем по коридору прочь от отдельной комнаты, Се Цинсюй сжав пальцы, тихо произнёс:

— Только что... спасибо вам, господин Лу.

Лу Цзиньянь ничего не ответил, но в тот самый момент, когда его слова затихли, он резко остановился.

Се Цинсюй не заметил вовремя и, не успев затормозить, со всего маху врезался ему в спину. Через тонкую ткань рубашки он смутно ощутил, как его лоб коснулся чего-то тёплого, крепкого и упругого.

Это тепло, казалось, сквозь одежду передалось на лоб, отчего кожа там слегка запылала.

Се Цинсюй на мгновение замер, придя в себя, и в панике отпрянул назад, увеличивая дистанцию:

— Простите.

Лу Цзиньянь обернулся. В его глазах не было ни капли тепла — он просто сверлил взглядом это лицо, шаг за шагом надвигаясь на Се Цинсюя.

Се Цинсюй был вынужден пятиться назад, пока его спина не уперлась в холодную стену, отступать было больше некуда.

Лу Цзиньянь остановился лишь тогда, когда их груди почти соприкоснулись. Опустив голову, он дюйм за дюймом молча изучал взглядом это лицо.

Пальцы Се Цинсюя вжались в стену, он запрокинул голову и встретился взглядом с его глазами. В глубине тех глаз залегла непроглядная тьма, и они уж точно не выглядели довольными.

Неужели он сделал что-то, что расстроило этого господина Лу?

Се Цинсюй озадаченно приоткрыл рот, его голос слегка осип от того, что его практически загнали в угол:

— Господин Лу?

Лу Цзиньянь молчал. В следующее мгновение он протянул руку и взял его за подбородок.

Пришлось поневоле поднять голову. повеяло холодным ароматом кедра, который, впрочем, вовсе не был неприятным.

Однако от этого всё равно было не по себе.

Тело Се Цинсюя, прижатое к стене, оцепенело. Стена была холодной, но подушечки пальцев, касавшиеся её, отчего-то покрылись мелким потом. Его губы шевельнулись, он хотел что-то сказать, но не знал, что именно.

Лу Цзиньянь сжимал его подбородок и по-прежнему хранил молчание, лишь внимательно разглядывая его лицо.

Этот взгляд казался почти осязаемым, словно мелкий песок скользил по каждому дюйму кожи, сплетаясь в густую сеть, которая наглухо перекрывала доступ к окружающему миру.

У Се Цинсюя даже дыхание слегка перехватило.

Но тут Лу Цзиньянь неожиданно поднял вторую руку, и его подушечки пальцев медленно опустились на уголки глаз парня, принявшись легко-легко их поглаживать.

Пальцы с мягкими мозолями скребли по коже — было щекотно, горячо, а от небольшого нажима чувствовалась даже легкая боль.

Се Цинсюй сглотнул в горле, смутно ощущая, что атмосфера вокруг стала невыразимо странной.

Хотя Лу Цзиньянь, по сути, спас ему жизнь, в данную минуту подобные действия выглядели неуместными с какой стороны ни посмотри.

Пальцы, впившиеся в стену, дрогнули, Се Цинсюй попытался вырваться из этого положения.

Кто бы мог подумать, что прежде чем он успеет шевельнуться, Лу Цзиньянь первым убрал руку. Его взгляд опустился ниже — на пуговицы рубашки, которые тот забыл застегнуть из-за чрезмерного нервного напряжения.

Се Цинсюй проследил за его взглядом и, заметив обнажённые ключицы и тот небольшой участок кожи на груди, почувствовал себя неловко и попытался прикрыть их рукой.

Но Лу Цзиньянь опередил его: его пальцы с чётко очерченными суставами легли на его рубашку.

Се Цинсюй потерял дар речи от столь внезапного жеста. Так и стоял с опущенной головой, всем телом оцепенев от напряжения, наблюдая, как эти руки с чуть выступающими синеватыми венами методично, одна за другой, застёгивают его пуговицы.

Пока в какой-то момент подушечки пальцев Лу Цзиньяня не скользнули по небольшому участку кожи, Се Цинсюй резко опомнился.

Ресницы дрогнули, и он протянул руку к пуговицам:

— Я сам...

http://bllate.org/book/36958/4597792