Готовый перевод Everyone in the Entertainment Industry Wants My Friendship / Весь шоу-бизнес умоляет о дружбе: Секрет мастера Дуань: Глава 4

Дуань Буянь обладал быстрой реакцией и ловкостью рук, он тут же бросился вперед, чтобы поддержать старушку, а Линь Шуюань в панике закричал:

— Бабушка упала в обморок! Брат Буянь, перестань уже злить бабушку...

Госпожа Линь действительно была донельзя слаба. Дуань Буянь вырос с дедушкой, а с пожилыми людьми он всегда не знал, как себя вести, поэтому при виде такой картины он произнес:

— Бабушка Линь, не надо падать в обморок... Я никуда не уйду.

Только тогда Госпожа Линь прекратила всхлипывать и, потянув Дуань Буяня за руку, спросила:

— Правда?

Дуань Буянь бросил взгляд на остальных. Линь Маого хоть и выглядел мрачно, но перед ним всё-таки была его собственная мать: он фыркнул и перестал корчить свирепые гримасы.

Остальные тоже выглядели напряженными. Среди них Линь Шуюань поторопил:

— Брат Буянь, соглашайся же! Бабушка больше не может волноваться.

Дуань Буянь вздохнул и ответил:

— Правда.

На лице бабушки Линь появилась улыбка:

— Хорошо, хорошо. Кровь семьи Линь должна быть единой и неразделимой.

Линь Маого тут же позвал слугу, чтобы тот отвел Госпожу Линь отдохнуть. После таких волнений старушке требовалось как следует восстановить силы.

Затем, глядя на Дуань Буяня, он сказал:

— Твоя комната на втором этаже, как только уберешься — спускайся ужинать.

Напоследок он добавил, обращаясь к Дуань Буяню:

— Раз уж ты остался в семье Линь, то должен усвоить: кто здесь хозяин и кто принимает решения!

Очевидно, Линь Маого всё еще затаил обиду на дерзкие ответы Дуань Буяня.

Дуань Буянь повернулся к стоявшему рядом слуге и спросил:

— Где моя комната?

Линь Маого:

— ...

Слуга перевел взгляд с Линь Маого на Дуань Буяня, так сильно желая прямо сейчас раствориться в воздухе. В этот момент вмешался Линь Шуюань:

— Брат Буянь, давай я тебя провожу. Твою комнату я помогал обустраивать!

Дуань Буянь не стал отказываться, и Линь Шуюань радостно потащил его на второй этаж.

Линь Шуюань пояснял:

— Бабушка любит тишину, а еще так удобнее за ней ухаживать, поэтому она живет на первом этаже. Я и мои братья — мы все живем на втором, а папа с мамой — на третьем. Комната брата Буяня находится прямо рядом с моей, можешь заходить ко мне в любое время!

Шагая по второму этажу, Линь Шуюань демонстрировал прекрасное знание всего дома и с нарочитой приветливостью описывал каждую деталь планировки.

Время от времени он вставлял:

— Потом сам во всем разберешься.

— Освоишься — и всё будет хорошо!

Дуань Буянь слушал его и почти ничего не отвечал.

Добравшись до комнаты, Линь Шуюань послушно последовал за Дуань Буянем внутрь и принялся подробно рассказывать о каждом элементе убранства.

Смысл сводился к следующему:

— Вот это я попросил сделать, и вот это тоже я попросил сделать!

В завершение он добавил:

— Мне так нравится, как обустроена комната брата Буяня! Всё это готовилось специально для брата, я считаю, получилось просто замечательно...

Дуань Буянь стоял посреди комнаты и, глядя на него, спросил:

— Вот как?

Линь Шуюань ответил:

— Ага.

— Ну раз так, если у тебя возникнут какие-то трудности, можешь обратиться ко мне, — с улыбкой произнес Дуань Буянь. — Я всё-таки молодой господин этого дома и вполне могу распорядиться, чтобы тебе помогли обустроить комнату.

Линь Шуюань:

— ...

Линь Шуюань на мгновение замер с остекленевшим выражением лица, видимо, не ожидая, что Дуань Буянь так запросто задавит его своим статусом. Он выдавил из себя улыбку:

— Брат Буянь, я вовсе не это имел в виду... — но не успел он договорить, как Дуань Буянь прервал его:

— Если больше ничего нет, выходи. Я не люблю, когда в мою комнату кто-то без спросу шастает.

Сразу после этого Дуань Буянь выставил его вон, и дверь перед носом Линь Шуюаня безжалостно захлопнулась.

Эта дверь оставалась закрытой вплоть до самого ужина.

Позвать Дуань Буяня пришел всё тот же Линь Шуюань. Он постучал в дверь и сладким, приторным голосом произнес:

— Братик, ужин готов. Спускайся скорее, все тебя ждут!

Дуань Буянь открыл дверь, и Линь Шуюань машинально заглянул внутрь, но прежде чем успел хоть что-то разглядеть, дверь снова захлопнулась.

— Разве мы не идем есть? — спросил Дуань Буянь.

Линь Шуюань с некоторым разочарованием отвел взгляд и ответил:

— Да, сегодня на кухне приготовили много разных блюд.

— Тогда пошли, — Дуань Буянь зашагал вниз первым.

Линь Шуюаню оставалось только поплестись следом.

В столовой Дуань Буянь появился последним. Бросив на него очередной тяжелый взгляд, Линь Маого фыркнул:

— Нельзя заставлять старших ждать к столу, знаешь это или нет!

Дуань Буянь ответил:

— Тогда в следующий раз повесьте дома большие часы и звоните в колокол к определенному часу. Я услышу и обязательно спущусь.

Линь Маого:

— ...

Заметив, что эти двое готовы в любой момент сцепиться, Госпожа Линь вмешалась:

— Ребенок только что вернулся, откуда ему знать такие вещи? Чего ты на него кричишь? Просто садись ужинать!

Затем она ласково добавила:

— Бабушка не знает, что ты любишь, поэтому попросила приготовить на кухне всего понемногу. Посмотри, придется ли что-то по вкусу?

Оба отца и сына относились к ней с большим уважением, так что, даже испытывая недовольство, они просто отвели глаза и больше ничего не сказали.

В семье Линь во время еды придерживались правила не разговаривать и не спать, поэтому ужин прошел относительно мирно.

Однако сразу после того, как трапеза подошла к концу, заговорила Чжао Юнься.

Пусть Дуань Буянь и вел себя излишне бунтарски, но если бы она совсем махнула на него рукой, молва быстро разнесла бы весть о том, какая она никудышная мать. Чжао Юнься никак не могла допустить, чтобы на ее репутации появилось хоть малейшее пятно!

Поэтому Чжао Юнься поинтересовалась:

— Буянь, какие у тебя планы на ближайшее время?

Раз уж вопрос касался его самого, Дуань Буянь не стал увиливать и ответил:

— Продолжу подрабатывать на летних каникулах.

Чжао Юнься на самом деле почти не участвовала в поисках Дуань Буяня и знала лишь то, что он вроде бы подрабатывает статистом на каких-то съемочных площадках. Услышав это, она нахмурилась:

— Опять собираешься таскаться по всяким съемочным площадкам в массовке?

Дуань Буянь ответил:

— Можно и об этом подумать.

Ему было всё равно, какая именно подработка подвернулась бы на лето, просто работа статистом приносила неплохие деньги, к тому же с ежедневной оплатой, что было весьма удобно.

Стоило Чжао Юнься услышать это, как ее брови взлетели на самый лоб:

— Разве так можно!

Как ребенок Чжао Юнься мог опуститься до роли массовки?!

Сама она презирала статистов, а с происхождением семьи Линь даже в актерской сфере ему была уготована исключительно роль главного героя — в конце концов, у семьи Линь имелись нужные связи.

Она посмотрела на Линь Шуюаня — этого милого и послушного младшего сына, которого растила с пеленок. В прошлом году он дебютировал в качестве звезды, и семья Линь приложила немало усилий, чтобы помочь ему в этом.

При этой мысли Чжао Юнься произнесла:

— Давай так: у семьи Линь много связей в этой сфере. Если ты хочешь сниматься в кино, мы сами всё устроим. Хватит шляться по массовкам.

Тут Линь Шуюань подал голос:

— Лучше я всё организую, брат ведь наверняка не знаком ни с какими режиссерами так, как я.

Не успел Дуань Буянь ответить, как Линь Маого заявил:

— Пусть Шуюань этим и займетя.

После чего обратился к Дуань Буяню:

— Раз уж ты переступил порог семьи Линь, будь добр заботиться о ее лице. Если посторонние узнают, что ты бегаешь по массовкам, что они подумают о нашей семье? Ты хочешь, чтобы твоя бабушка на старости лет позорилась из-за тебя?!

Дуань Буянь:

— ...

Слова прозвучали настолько безапелляционно, что отказ Дуань Буяня расценивался бы как неуважение к старшим.

Ему пришлось согласиться.

Видя, что он принял условия, Чжао Юнься тоже вздохнула с облегчением и расплылась в улыбке:

— Вот так-то лучше.

Дуань Буянь чувствовал себя в этой атмосфере совершенно невыносимо, поэтому под благовидным предлогом удалился в свою комнату.

Проводив его взглядом, Линь Маого фыркнул:

— Неблагодарный сорванец!

Линь Шуюань посмотрел вслед Дуань Буяню, затем перевел взгляд на чету Линь и, заметив на их лицах остаточки недовольства после ухода парня, мысленно облегченно выдохнул.

Но вслух он произнес:

— Я пойду объясню брату, что нужно учитывать при работе на съемочной площадке!

Супруги Линь, видя такое его усердие, с мягкой улыбкой покачали головой:

— Шуюань всё такой же добрый, ко всем относится хорошо.

...

Оказавшись за дверью комнаты Дуань Буяня, Линь Шуюань постучал и произнес:

— Брат Буянь, мне нужно кое о чем с тобой поговорить!

Дождавшись, пока Дуань Буянь откроет дверь, Линь Шуюань протиснулся в дверной проем со словами:

— Я пришел рассказать тебе о правилах на съемочной пл...

Последнее слово так и замерло у него на губах, а сам он окаменел на месте.

Дуань Буянь сорвал и выбросил всё лишнее барахло, и когда пестрая мишура исчезла, комната стала выглядеть намного строже и аккуратнее.

Поэтому, протиснувшись в комнату Дуань Буяня, он первым делом уперся взглядом в самый заметный предмет — квадратную погребальную табличку.

В юго-восточном углу комнаты Дуань Буянь установил столик, на котором возвышалась поминальная табличка, а перед ней красовались курильница для благовоний и фруктовые подношения.

На табличке выведени тушью слова: Душа покойного мужа Юй Мина.

Чуть ниже мелким почерком было подписано: Установил Дуань Буянь.

Дуань Буянь стоял у него за спиной и бесстрастно произнес:

— О, познакомься, это мой муж.

Линь Шуюань:

— ?!!!

Автор пишет:

С почином, у нас тут молодая вдовушка [вытирает слёзы]

Юй Мин: ?

Дуань Буянь: Всё по делу.

Юй Мин: ???

Готовится восстать из мертвых.jpg

Глава 4. Некрасивой невестке всё равно придется показаться свекрам

Линь Шуюань с визгом вылетел из комнаты Дуань Буяня.

Дуань Буянь посмотрел на его панически улепетывающую спину и, не спеша закрывать дверь, прислонился к косяку. Прошло всего несколько минут, как он увидел летящего вверх по лестнице Линь Шухуна, за которым семенил побледневший Линь Шуюань.

Едва приблизившись, Линь Шухун выпалил:

— Дуань Буянь, что ты сделал с Шуюанем?! Как ты умудрился так сильно его напугать?!

Он посмотрел на Дуань Буяня с разочарованием в голосе:

— Даже если у тебя есть ко мне какие-то претензии, нельзя же срывать злость на Шуюане. Он ведь твой младший брат!

Дуань Буянь:

— ...

Дуань Буянь выдержал паузу, подавляя в глубине души непреодолимое желание врезать кому-нибудь.

Линь Шуюань, прячась за спиной Линь Шухуна, слабым, дрожащим голосом произнес:

— Старший брат, нет, всё не так, это я сам во всем виноват...

Но не успел он договорить, как Линь Шухун перебил его:

— Хватит, Шуюань, не нужно оправдываться! В чем ты можешь быть виноват? Если ты перепугался так, что бросился наутек, значит, проблема явно в нем.

http://bllate.org/book/36937/4595824