Стоило взглянуть на витрины, ломящиеся от разношерстных камней, каждый из которых лучился собственным светом, как Цзян Нина придавила нешуточная совесть.
Он замер у самого входа в лавку, упорно не желая переступать порог, и вступил в словесную перепалку с собственным котом.
— Нет, не пойдёт, — качнул головой Цзян Нин. — Чувствую себя каким-то вором, который обкрадывает детей. Пойдём отсюда, не будем связываться с игорным нефритом.
Цинь Му смерил его косым взглядом:
— Вообще-то здесь могут крыться зацепки о твоих родителях.
— Пройдёмся по другим лавкам, — безэмоционально отозвался Цзян Нин. — Если уж совсем ничего не найдём, тогда вернёмся.
Кот закатил глаза:
— Раньше, позже — какая разница, если всё равно придётся сюда прийти? На кой чёрт тратить время?
Цзян Нин на мгновение запнулся и тяжело вздохнул:
— Я же их просто разорю.
— И чего ты трусишь? — неторопливо урезонил его Цинь Му. — Я таким ремеслом сотни раз занимался. Тебе нужна душа нефрита, а не резная цацка, так что этот рынок — идеальный вариант. Купишь несколько штук: без разницы, есть там сияние или нет, насколько оно яркое, набери всего понемногу, а нужный камень просто затеряй в куче. Гарантирую, никто ничего не заподозрит.
Цзян Нин медленно повернул голову и пристально уставился на кота.
Тот похлопал глазами, мгновенно насторожившись:
— Ты чего?
Цзян Нин так же неспешно отвернулся и спустя паузу веско уронил:
— Рецидивист.
Цинь Му лишился дара речи. Его шерсть моментально встала дыбом:
— И это твоя благодарность за дельный совет?!
Цзян Нин посмотрел на него как на неразумное чадо и лениво уточнил:
— За совет от кота.
С этими словами он наконец решительно шагнул к лоткам с необработанным нефритом.
Цинь Му был в ярости.
«Чёртов человечишка! Я вообще-то великодушный кот, не буду с тобой мараться... Постойте-ка, я не просто кот, я великий... тьфу!»
Цзян Нин чуть припустил веки, скрывая тень усмешки, коснувшейся его губ лишь на миг.
Лавка оказалась огромной — никак не меньше двухсот квадратных метров. Камни, вымытые до блеска, ровными рядами покоились на жёлтом бархате. На каждом чёрным маркером стоял ценник: ни одного дешевле тысячи юаней, а на некоторых пестрели пяти- и даже шестизначные суммы.
Знающие люди ползали вокруг с фонариками, прижимая их к породе: где-то сквозь камень проступала сочная, сплошная зелень, а где-то лучик упирался в глухую серую массу. Сюда приходили те, кто хоть немного разбирался в нефрите, и каждый внимательно выискивал кусок поценнее. На их фоне Цзян Нин, прогуливающийся вдоль столов с руками в карманах, выглядел совершенно чужеродно.
— На тебя уже косится половина продавцов, — тихо промурлыкал Цинь Му.
Цзян Нин похлопал ресницами. От постоянного разглядывания разноцветного нефрита в глазах уже начинало щипать. Он обошёл почти всё помещение, но так и не наткнулся ни на один булыжник, где таилась бы душа нефрита.
Он качнул головой:
— Нет, пусто. Посмотрю ещё минут пять, и если ничего не найдём, уходим.
— Тогда бери тот, где свечение ярче всего, и прихвати парочку пустых для прикрытия, — предложил кот. — У тебя аура Тёмного Инь плотная, сила зашкаливает. Глядишь, рядом с тобой в нём и сам по себе дух зародится.
Рассуждение показалось Цзян Нину разумным. Он оставил мысль о поисках и остановился у одного из лотков, подняв камень размером с ладонь.
Густая, режущая глаза зелень буквально пробивалась наружу, пусть форма сияния ещё не сформировалась. В этом зале это был самый яркий камень.
Он уже хотел сказать: «Беру», но, опуская булыжник на бархат, зацепился взглядом за соседний кусок.
Тот был величиной с кулак. Нефритовое сияние вокруг него казалось совершенно обыденным, мутным и размытым, не привлекающим ни малейшего внимания. Но Цзян Нина не покидало ощущение, что с этим камнем что-то не так.
— Ого? — удивлённо выдохнул Цинь Му. — Этот камень... Подними-ка, глянь поближе.
Цзян Нин вернул на место самый яркий камень и взялся за неприметный сероватый булыжник.
На первый взгляд — ничего особенного. Но обострённое инстинктивное чутьё мощной души твердило обоим: эта развалина таит в себе нечто необычайное.
Пока они ломали голову, сбоку вытянулась рука в белой перчатке и бесцеремонно сгребла тот самый ярко светящийся камень, который Цзян Нин только что отложил.
Человек и кот одновременно повернули головы, столкнувшись с уже знакомым взглядом.
Холодным, надменным, пренебрежительным.
Цзян Хэн.
Молодой господин Цзян заносчиво изогнул бровь, и на его губах заиграла спесивая усмешка:
— Опять встречаемся, охотник-новобранец.
Цзян Нин едва заметно нахмурился, но вежливо кивнул:
— Молодой господин Цзян.
Цзян Хэн скользнул взглядом по булыжнику в руках Цзян Нина. Одного беглого осмотра хватило, чтобы его спесь сменилась открытым презрением:
— Ты выбрал это?
Цзян Нин запнулся. Камень действительно интриговал его. Деньги у него водятся, так почему бы не взять его для опытов? Как бы то ни было, покупать его он намерен точно.
— Да, — спокойно ответил Цзян Нин.
Цзян Хэн издал глумливый смешок:
— Чутьё тебе всё-таки стоит подкачать, парень.
Сжимая в руке яркий камень, он развернулся, намереваясь направиться к мастеру-резчику.
И в то же мгновение камень в ладони Цзян Нина ощутимо вздрогнул. Мутное зелёное сияние неровно вспыхнуло, после чего прозрачной тенью выскочило наружу и метнулось прямо к булыжнику в руках Цзян Хэна! Пробыв там буквально две-три секунды, сияние рвануло обратно, но уже не одно: оно уволакивало с собой огромный, густой ком насыщенного изумрудного света. Раздался невидимый свист — и вся эта роскошь втянулась в неприметную деревяшку в руках Цзян Нина.
Цзян Нин онемел.
Цинь Му застыл с открытым ртом.
Что за чертовщина сейчас произошла?!
Ни о чём не подозревающий Цзян Хэн вальяжно передал свой камень мастеру, чтобы тот пустил его под распил. На лице молодого мастера играла улыбка человека, заранее уверенного в триумфе. Он даже бросил на Цзян Нина победоносный, вызывающий взгляд.
Цзян Нин смерил взглядом булыжник Цзян Хэна, с которого только что вычерпали абсолютно всё зелёное сияние до последней капли. Выражение лица Цзян Нина стало донельзя скорбным.
— Чует моё сердце, парню крышка, — прошептал Цинь Му.
— У меня аналогичные предчувствия, — кивнул Цзян Нин.
Человек и кот переглянулись. В их глазах одновременно блеснуло многозначительное понимание, после чего они снова уставились на собственный камень.
Поглотив сочный кусок зелёной энергии, невзрачный булыжник стал светиться лишь капельку ярче — по-прежнему сияние казалось довольно блёклым.
— У этой штуки есть разум! — тихим шёпотом поразился Цинь Му. — Точно душа нефрита, тут и гадать нечего! Но почему сияние такое разрозненное?
В глазах Цзян Нина мелькнул огонёк. В голове мгновенно созрел план. Подозвав взмахом руки сотрудника лавки, он произнёс:
— Я беру этот камень. Помогите разрезать.
Стоило этим словам слететь с его губ, как булыжник в его руках снова содрогнулся. Зелёная искорка выскочила наружу, спрыгнула на витрину и юркнула в соседний камень. Секунда — и она вылетела оттуда, волоча за собой очередную порцию сочного нефрита, которую тут же вмяла в своё бестелесное тельце.
Не теряя ни мгновения, озорной дух помчался дальше. С молниеносной скоростью он принялся опустошать один булыжник за другим по всему стеллажу! К тому моменту, как он закончил свой набег, зелёный свет сформировался в отчётливые силуэты крошечного человечка — налитого сочной, глубокой изумрудной зеленью. Свечение этого малыша теперь затмевало даже тот камень, что только что утащил Цзян Хэн.
Маленький дух издал нечто похожее на сытую отрыжку, качнулся в воздухе и шустро юркнул обратно в булыжник Цзян Нина. А вот все камни на прилавке, подвергшиеся его разграблению, полностью лишились даже намёка на нефритовое сияние.
Цзян Нина снова накрыла волна глубочайшей вины.
Откуда только берётся это жгучее ощущение, будто он согрешил перед всем миром?
В этот момент к нему подошла миловидная девушка в фирменном жилете:
— Господин, вы хотите распилить этот камень?
Цзян Нин на мгновение замер, а затем небрежным жестом указал на весь стеллаж:
— Заверните все камни с этой витрины.
Улыбка на лице девушки мгновенно застыла:
—... Чего?
Цзян Нин вытащил из кармана банковскую карту и с абсолютно спокойным, чертовски небрежным и неотразимым видом произнёс:
— Я беру всё.
Продавщица потеряла дар речи. Ещё один богатей, ничего не смыслящий в игорном нефрите.
Цинь Му закрыл морду лапами.
«Ты хоть для примера покрути их в руках, на кой чёрт грести всё оптом?!» — кот сквозь щелочки между подушечками наблюдал, как несколько работников с потеющим видом стаскивают булыжники в тележку, чтобы везти их к мастеру.
Вокруг уже собиралась толпа зевак, разглядывавшая Цзян Нина с откровенным сочувствием и злорадным азартом — как очередного дурачка с набитыми карманами.
Цинь Му был в бешенстве:
— Я понимаю, что ты так маскируешь свои способности... — со вздохом протянул кот. — Но когда на тебя смотрят как на законченного кретина, неужели тебе нечего сказать?!
Цзян Нин сохранял абсолютное хладнокровие:
— Практика — единственный критерий истины.
Цинь Му уставился на него, склонив голову:
— Чего?
Цзян Нин, всё так же держа руки в карманах, слегка приподнял подбородок. На его лице застыло благородное спокойствие:
— Когда распилят тот самый камень, они выстроятся в очередь, умоляя меня перепродать его.
Он слегка перевёл взгляд на кота, и в уголках его губ мелькнула едва заметная улыбка:
— А я не продам.
Глаза Цинь Му вспыхнули. Представив себе эту картину, кот едва не замурлыкал от восторга. О да, если всё так и случится, то...
— Как такое возможно?! Вы подменили камень!
Внезапно со стороны станка для распила раздался яростный, сорванный вопль.
Толпа зевак тут же забыла про Цзян Нина и кинулась к резчику. Цзян Нин тоже неспешно подошёл поближе. В самом центре столпотворения стоял Цзян Хэн. Он сжимал в руках распиленный пополам булыжник, и на его лице застыла смесь дикого шока и отрицания.
На срезе камня виднелась лишь грязно-серая порода с мутными вкраплениями дешёвого нефрита и трещинами — абсолютный мусор, ничем не отличающийся от обычного камня с мостовой.
Толпа загудела. Узнавшие Цзян Хэна люди недоуменно шептались:
— Странно... Как молодой господин Цзян мог так облажаться?
— Он же каждый раз вытаскивает минимум ледяной нефрит, а тут вдруг булыжник с мостовой...
— Сколько ни ходи по краю, а ноги омочишь!
Мастер-резчик лишь развел руками:
— Молодой господин Цзян, вы сами непрерывно следили за камнем. Мы физически не могли его подменить.
Цзян Хэн постепенно начинал приходить в себя. Он несколько раз прокрутил расколотый камень, убеждаясь, что это действительно его выбор. В душе у него образовалась жгучая смесь из стыда и досады.
«Я промахнулся... Это мой первый провал. И прямо перед такой толпой! Да ещё и на глазах у...»
«Стоп. Он тоже здесь!»
Он резко вскинул голову и мгновенно выхватил взглядом Цзян Нина из толпы.
Тот действительно смотрел прямо на него.
В груди Цзян Хэна вспыхнул укол уязвлённой гордости, но безупречное воспитание помогло ему быстро вернуть внешнее обладание. С невозмутимым видом он отложил расколотую спил-болванку на стойку и ровным тоном произнёс:
— Прошу прощения, я вспылил. Можете оставить этот кусок себе.
Затем он перевёл взгляд на Цзян Нина и чуть заметно улыбнулся:
— Твоя покупка готова? Давай посмотрим, что там у тебя.
Цзян Нин и сам собирался резать нефриты, поэтому возражать не стал:
— Что ж, давайте начнём.
Сотрудник лавки выкатил металлическую тележку из супермаркета, доверху забитую необработанной породой.
Цзян Хэн посмотрел на Цзян Нина, потом на тележку, и его улыбка слегка накренилась:
— А где твой камень?
Цзян Нин указывающим жестом кивнул на тележку:
— Вот же он.
Цзян Хэн на мгновение нахмурился:
—... Ты разве не выбрал тот маленький кусочек?
Цзян Нин посмотрел на него со странным удивлением:
— А кто тебе сказал, что я беру только один?
Цзян Хэн потерял дар речи.
Так он оптом всю телегу сгрёб, что ли?!
Цинь Му закрыл мордочку обеими лапами, выглядя до крайности несчастным.
«Я так и знал... Ну вот чувствовал же! Кто вообще из мастеров-охотников за призраками так покупает нефрит?! Почему мой хозяин — такое чудо природы?!»
http://bllate.org/book/36921/4786824
Сказали спасибо 0 читателей