Готовый перевод My Childhood Friend is the Protagonist Uke / Мой друг детства — главный герой: Глава 1

Девять тридцать утра, ветеринарная клиника доктора Чжана.

Сунь Чи присел на корточки и с некоторым недоумением ткнул пальцем в левую заднюю лапу своей домашней собаки. Мускулистая, упругая, сохраняющая тепло тела. В этот момент эта нахалка стояла абсолютно уверенно и прямо, опустив голову и с видом оголодавшего призрака яростно уплетая корм из миски.

— Она ведь только что слышала, что её будут брать кровь на анализ, верно? — Сунь Чи посмотрел на Чжана Лочэня и неуверенно спросил.

Чжан Лочэнь тоже присел на корточки, ненадолго задумался, протянул обе руки и снова тщательно прощупал левую заднюю лапу собаки сверху донизу, уделяя особое внимание суставам.

Хотя рентген уже сделали, и на снимках не было обнаружено никаких проблем, Чжан Лочэнь считал, что стоит перестраховаться и осмотреть её ещё раз.

Собака как раз ела, когда ей вот так зажали заднюю лапу и принялись проверять, отчего она тут же недовольно заворчала. Впрочем, с Чжан Лочэнем они были знакомы, так что кусать в ответ и проявлять агрессию она не стала.

Миска с кормом быстро опустела. Было очевидно, что это здоровая насквозь собака.

Чжан Лочэнь во второй раз так ничего и не нащупал и спросил Сунь Чи:

— Всё ещё будем брать кровь?

Как только эти слова прозвучали, оба отчетливо увидели, как наевшаяся и бравшаяся отряхнуться собака слегка замерла.

—... — они переглянулись.

— Ты... вчера её чем-то обидел? — спустя добрую минуту выдал Чжан Лочэнь.

Лицо Сунь Чи сделалось таким, будто у него случился запор:

— Дожди шли несколько дней подряд, я её на улицу не выводил.

Ладно, всё стало ясно. Вот оно в чём дело!

У Сунь Чи жила донельзя хитрая миниатюрная шнауцерша. Она отлично умела избегать неприятностей и искать выгоду: например, среди ночи увидев залезающего через окно вора, она не посмела подать голос, из-за чего оставленный в гостиной ноутбук Сунь Чи благополучно уволокли. Она прекрасно умела подставлять невиновных: к примеру, разодрав в клочья диван, притащила игрушку маленькой кошечки Бянь-Бянь наверх, пытаясь заставить Сунь Чи поверить, будто это дело лап Бянь-Бянь. Однако Сунь Чи и помыслить не мог, что эта шнауцерша додумается симулировать хромоту и объявить голодовку в знак протеста против того, что её не выгуливают.

— Ах ты ж Нюню, ну и даёшь! Как же ты с голоду-то не околела? — Сунь Чи то ли разозлился, то ли сам не понял что, но голос его сделался насквозь фальшивым. Он обхватил руками пушистую голову шнауцера и принялся ее ерошить, взъерошив ее белые усики во все стороны.

Круглые темно-карие глаза Нюню с вороватым выражением вины скользнули в сторону, и она то и дело исподлобья косилась на Сунь Чи.

Чжан Лочэнь рядом чуть не задохнулся от смеха:

— Да в этой скотине под шкурой шнауцера небось прячется бордер-колли!

— Даже бордер-колли не бывают такими чокнутыми! — Сунь Чи поднялся на ноги, достал телефон и открыл приложение для покупок. — У этой заразы порвался дождевик, я заказал ей новый ещё три дня назад, но что я поделаю, если доставка такая медленная.

Взглянув на самую свежую информацию о логистике, он на мгновение замер.

— Ладно, прибыла в наш город, к вечеру должна прийти.

— Не исключено, что завтра дождя уже не будет, — заметил Чжан Лочэнь.

— Завтра без дождя — это хорошо, а то если он продолжит лить, я и сам плесенью покроюца, — Сунь Чи искренне страдал от этой проклятой погоды.

Зима на юге страны: мелкий моросящий дождь шёл уже больше полумесяца, сырой и пробирающий до костей.

Сунь Чи признавал, что в последние дни ему не слишком-то хотелось выводить Нюню на улицу. На работе недавно взяли новый проект, и ежедневные сверхурочные и так выматывали донельзя. Возвращаясь домой, он чувствовал себя выжатой рыбой, а тут ещё приходилось тащиться под ледяным дождём со сгустком неиссякаемой энергии поводке, то и дело срываясь с места. Если бы Сунь Чи не был молод и крепрок, то, пожалуй, уже давно бы отдал концы прямо во время собачьей прогулки.

То, что дождевик Нюню порвался, оказалось даже к лучшему — по крайней мере, это позволило ему немного отдохнуть.

— Три дня ждать не захотела! Совсем тебя избаловали. Собаки в других домах в дождливые дни преспокойно сидят себе дома, — Сунь Чи наклонился, подхватил Нюню на руки и спросил: — Ты ведь была уверена, что раз ты прикидываешься больной, то я непременно поволоку тебя на улицу? В конце концов, поход в клинику — это ведь тоже выход из дома, верно?

С этими словами он посмотрел на Чжана Лочэня, чувствуя себя ужасно неловко, и открыл WeChat, собираясь сделать перевод:

— Прости, доктор Чжан, доставил тебе хлопот. Сколько с меня за приём?

— Ничего не надо. Посмотри на Нюню, с ней же всё в порядке.

— Так ведь не годится, я сорвал тебя с места спозаранку, да ещё и рентген делали.

Ветеринарная клиника доктора Чжана располагалась прямо напротив дороги у жилого комплекса и была единственной лечебницей для животных поблизости. Доктор Чжан вёл дела с буддийским спокойствием: нанял двух парней поменьше, открывался в девять утра, закрывался в девять вечера, а на выходные приглашал подрабатывать аспиранта из Аграрного университета. Сам же он появлялся там набегами, словно заходил за покупками, заглядывая в заведение лишь изредка.

Если бы не звонок Сунь Чи сегодняшним утром, он, пожалуй, и вовсе бы не приехал.

Сунь Чи был его давним клиентом. Три года назад, когда он только открыл клинику и вёл дела усердно и кропотливо, Сунь Чи каждый день бегал к нему с подобранной на улице Нюню, страдавшей от тяжёлой кожной болезни. Слово за слово, они постепенно сблизились.

— Ладно тебе, мы же старые друзья, — Чжан Лочэнь отмахнулся и отказался брать у Сунь Чи деньги.

Сунь Чи не смог его переуспокоить и был вынужден убрать телефон.

— Тогда я пойду.

Одной рукой придерживая Нюню, Сунь Чи другой расстегнул молнию пуховика, сунул Нюню себе на грудь и снова застегнул застёжку, надежно спрятав её внутри одежды.

Снаружи шёл дождь, небо было серым и унылым. Стоило толкнуть стеклянную дверь зоомагазина, как пронизывающий холодный ветер вместе с мелкими брызгами дождя ударил прямо в лицо. Морось была тонкой, но колола кожу, словно иголки, одновременно ледяная и жгучая.

Сунь Чи вздрогнул. Нюню, прятавшаяся в его одежде и высунувшая наружу лишь одну голову, тоже дважды подряд чихнула.

Чжан Лочэнь помог Сунь Чи взять зонт и предложил:

— Вообще-то ты мог бы оставить Нюню у меня...

— Да тут идти всего ничего, пара шагов, — Сунь Чи улыбнулся, вежливо отклонив предложение, и еще раз поблагодарил его: — Спасибо, доктор Чжан, через пару дней с меня хот-пот.

Он взял зонт, попрощался и вместе с Нюню шагнул в пелену дождливого тумана.

Дорога в дождь была скользкой, и на оживленной улице вдруг раздался резкий визг экстренного торможения. Черный седан выписал на дороге змеевидную дугу, и окружающие машины поспешно шарахнулись в стороны.

Водитель старый Шэнь впервые за много лет за рулем столкнулся с проколотым колесом. К счастью, выдержка у него оказалась железной: крепко ухватившись за руль, он без паники отпустил педаль газа, плавно сбросил скорость и наконец безопасно припарковал машину у обочины.

Старый Шэнь шумно выдохнул и оглянулся на того, кто сидел сзади.

В момент прокола машину сильно тряхнуло, и кузов резко креняло влево. Старый Шэнь невольно испуганно ахнул, однако сидевший сзади не издал ни единого звука. Если бы не обернувшись сейчас, он не увидел его сидящим в полном спокойствии, старый Шэнь мог бы поклясться, что тот растворился в воздухе и заднее сиденье давно опустело.

— Молодой господин... — старый Шэнь выдавил из себя улыбку.

У молодого мужчины были удивительно красивые глаза с приподнятыми к вискам угольниками, но когда он смотрел на старого Шэня с абсолютно бесстрастным выражением лица, этот взгляд казался на редкость леденящим.

BMW стоимостью под два миллиона, прошедшая техосмотр всего в прошлом месяце, и вдруг прокол посреди дороги — подобное было поистине недопустимо.

Мужчина ничего не ответил, опустил веко и толкнул дверцу автомобиля.

— Эй, молодой господин! — позвал старый Шэнь.

— Торговый центр Чуньфэн уже впереди, я пройдусь пешком, — мужчина вышел из машины и, закрывая дверцу, не забыл велеть старому Шэню самому позвонить в полицию.

— З-звонить в полицию... — в салоне с работающей печкой у старого Шэня на лбу выступили мелкие капельки пота. Ему звонить дорожным инспекторам или в какую-то другую полицию?

Тем временем Сунь Чи, раскрыл зонт, прижимая к груди черную миниатюрную шнауцершу, и с предельным маскировочным видом переходил дорогу по пешеходному переходу. Сказать, что вид у него был неприметный, можно было потому, что он натянул капюшон пуховика и всю дорогу смотрел исключительно под ноги, уставившись на отражавшиеся в лужах кусочки серого неба.

А молодой мужчина, только что вышедший из BMW, зонта при себе не имел и под косыми струями дождя шагал в одиночку по противоположной стороне улицы. В правой руке он держал телефон, прижав его к уху, явно с кем-то разговаривая. Только вот за всё время пути аппарат так и не опустился, а губы мужчины оставались неподвижными. Спустя мгновение он и вовсе погрузился в задумчивость и словно по наитию перевёл взгляд в сторону Сунь Чи.

Сунь Чи прекрасно понимал, что его нынешний облик наверняка привлечет немало внимания. Нюню, это чересчур подвижное создание, изнемогая от жары внутри его одежды, начала ерзать, то и дело вытягивая наружу маленькую головку и вертя ею во все стороны.

— Какая прелесть...

Большинство прохожих бросали на него лишь мимолетные взгляды, но парочка девочек, неравнодушных к собакам, завидев их, загорелись глазами и принялись восторженно визжать. Опасаясь, что кто-нибудь не удержится и полезет гладить Нюню, Сунь Чи тут же перекинул ручку зонта на плечо, освободил правую руку, пониже надвинул капюшон и прибавил шагу.

Сунь Чи перешел дорогу по «зебре».

Разговаривавший по телефону мужчина тоже почти поравнялся с Сунь Чи. На его лице не отражалось никаких эмоций, но шаги почему-то сами собой ускорили темп.

http://bllate.org/book/36904/4592430