Готовый перевод My Imperial Throne Has No Heir / Мой трон некому наследовать: Миссия по спасению династии: Глава 10

Вэй Сюаньлань на ходу спросил:

— Нам не нужно взять с собой какие-нибудь вещи?

Хуан Лиань с улыбкой постучал себя пальцем по виску. Вэй Сюаньлань рассмеялся в ответ, затем они вместе с Гу Юэшу поднялись и направились вниз с горы.

Позади них, спотыкаясь, поднялся с земли Цзянь Цинлюо и поспешил следом — он решил, что в этой жизни будет неотступно следовать за ними.

Вэй Сюаньлань уже в десятый раз оглянулся: Цзянь Цинлюо плелся за ними на небольшом расстоянии, словно брошенный щенок. Глядя на него, Вэй Сюаньлань невольно проникся сочувствием.

Он толкнул локтем Гу Юэшу и прошептал:

— Похоже, он сейчас в обморок упадет.

Гу Юэшу встретился взглядом с Вэй Сюаньланем, понял, к чему тот клонит, и, бросив беглый взгляд назад, ответил:

— Да, повязка уже пропиталась кровью.

Вэй Сюаньлань продолжил:

— Я ведь тоже однажды ударился головой. Интересно, не потеряет ли он память, как я тогда?

Гу Юэшу возразил:

— Если до сих пор не потерял, то, скорее всего, уже и не потеряет.

Вэй Сюаньлань не унимался:

— Травмы головы, если их вовремя не лечить, очень опасны. Если он все забудет, сможет ли он потом быть наследником Святого Врачевателя?

Видя, с какой серьезностью Вэй Сюаньлань говорит об этом, Гу Юэшу поневоле засомневался:

— Ты правда получал травму?

От этого вопроса Вэй Сюаньлань мгновенно подобрался. Это был его козырь, и раскрывать его было никак нельзя. Он кивнул и с напускным возмущением ответил:

— Конечно! Травма была очень серьезной. Ты запер меня, целых три дня держал взаперти, ты даже не представляешь, что мне пришлось пережить!

Гу Юэшу ответил:

— Но дворцовая служанка, которая приносила тебе еду, ничего не говорила о твоих ранениях.

В душе Вэй Сюаньланя зародилась тревога, но на лице не дрогнул ни один мускул. Напротив, он начал жаловаться:

— Не знаю уж, кого ты там нанимала, но она каждый раз входила, опустив голову, и даже не смотрела на меня. Я пытался с ней заговорить, а она молчала.

Гу Юэшу склонила голову, внимательно разглядывая его лоб:

— И куда именно ты получил удар?

Вэй Сюаньлань помедлил секунду, прежде чем потянуться рукой к затылку:

— Разумеется, сзади. Я же не самоубийством решил покончить.

Речь зашла о дворцовых тайнах, и Хуан Лиань, слушавший их, покрылся холодным потом. Он поспешно перебил их:

— Если вы хотите, чтобы я его осмотрел, просто скажите прямо. Не нужно пугать меня такими разговорами!

Вэй Сюаньлань был крайне озадачен:

— Какая именно фраза тебя напугала?

Хуан Лиань не посмел ответить, но, решив, что манера общения Вэй Сюаньланя и Гу Юэшу слишком опасна для его душевного спокойствия, предпочел держаться подальше и убежал далеко вперед, указывая путь.

Зато Цзянь Цинлюо догнал их и пошел рядом с Вэй Сюаньланем. Видя это, Вэй Сюаньлань с любопытством спросил:

— Что у вас двоих вообще происходит?

В отличие от Дун Сина и Дун Аня, Цзянь Цинлюо при первом же вопросе выложил всё как на духу.

Оказалось, что слухи, которые слышали Вэй Сюаньлань и остальные, были ложью. Чжоу Юньи никогда не питал чувств к старшей барышне из клана Цзянь. Это Цзянь Цинлюо влюбился в Чжоу Юньи, и, можно сказать, чувства были взаимными. Однако глава клана Цзянь встал у них на пути, и, чтобы сохранить репутацию Цзянь Цинлюо, пришлось распространить ложные сведения.

Вэй Сюаньлань был удивлен, но не слишком:

— Значит, Хуан Лиань — это и есть Чжоу Юньи?

Цзянь Цинлюо уверенно кивнул:

— Да.

Вэй Сюаньлань посмотрел на спину идущего впереди человека. Его белая голова, плотно обмотанная бинтами, очень выделялась на фоне зеленых гор. Надо же, умудрился узнать его, даже так забинтованного — зрение у Цзянь Цинлюо отличное.

Если подумать, слухи действительно были постыдными. Неудивительно, что Чжоу Юньи решил инсценировать смерть, чтобы сменить личность.

Когда они спустились с горы, уже совсем стемнело, и путники остановились на ночлег в постоялом дворе у подножия.

После ужина Чжоу Юньи и Цзянь Цинлюо по очереди проверили пульс Гу Юэшу. Лица обоих были крайне серьезны. Вэй Сюаньлань встревоженно спросил:

— Ну как?

Чжоу Юньи убрал руку и глухо произнес:

— Холод проник в кости, истощение сил, пять недугов и семь травм, внутренние органы истощены, жизненная энергия угасает.

Вэй Сюаньлань уже слышал это однажды и поспешно спросил:

— Есть ли способ исцелить это полностью?

Чжоу Юньи посмотрел на Вэй Сюаньланя и лишь спустя долгое время ответил:

— Боюсь, это весьма затруднительно.

Вэй Сюаньлань был поражен:

— Что? Даже Божественный Врач из Долины Призраков не может помочь?

Видя, как сильно он расстроился, Гу Юэшу, которой и касалась эта болезнь, сама принялась его утешать:

— Жизнь и смерть предопределены свыше, Ваше Величество, не стоит так печалиться.

У Вэй Сюаньланя мгновенно покраснели глаза. Не желая, чтобы Гу Юэшу видела его слабость, он счел это слишком постыдным и направился к выходу:

— Я не наелся за ужином, схожу на кухню, посмотрю, что там есть.

Как только Вэй Сюаньлань ушел, Гу Юэшу посмотрела на Чжоу Юньи:

— Говорите, каково положение на самом деле?

Чжоу Юньи перевел взгляд на до сих пор молчавшего Цзянь Цинлюо. Тот приподнял полы одежды и опустился перед Гу Юэшу на колени, выражая свою преданность:

— Простолюдин Цзянь Цинлюо готов служить вам, Ваше Высочество, не жалея сил.

Влияние клана Цзянь было не сказать чтобы огромным, но авторитет — колоссальным. Особенно учитывая, что каждый наследник Святого Врачевателя в глазах простого народа был подобен небожителю. Даже Гу Юэшу слышала о славе Цзянь Цинлюо. Раньше, во время борьбы партий, клан Цзянь сохранял нейтралитет, но теперь, когда Хэ Сихуай отправился в Медицинский зал Хуэйчуньтан, клан был вынужден определиться со своей позицией.

Гу Юэшу протянула руку, жестом предлагая подняться, и Цзянь Цинлюо послушно встал.

Цзянь Цинлюо ответил:

— В искусстве врачевания я не так искусен, как Божественный Врач из Долины Призраков, но, судя по пульсу Вашего Высочества, положение еще не безнадежно.

Гу Юэшу снова посмотрела на Чжоу Юньи. Тот слегка улыбнулся:

— Ситуация серьезная, но не неизлечимая. Ци и кровь еще не рассеялись, дух еще не покинул тело. Достаточно несколько лет поддерживать организм лекарствами, и наступит полное выздоровление.

Гу Юэшу приподняла бровь, и Чжоу Юньи пояснил:

— Хотя я человек в штатском, но до меня доходили слухи о ситуации в Столице. Ваше Величество находится под влиянием чар, а Вы, Ваше Высочество, в одиночку несете все тяготы управления. Поэтому я решил проявить осторожность. Надеюсь, Вы не в обиде на меня за то, что я проявил излишнюю бдительность?

Гу Юэшу покачала головой и сменила тему:

— Действительно ли император потерял память?

Чжоу Юньи посерьезнел и вдумчиво ответил:

— Пульс Его Величества хаотичен, но чтобы узнать истинную причину, нужно провести тщательное обследование.

Гу Юэшу посмотрела на Цзянь Цинлюо:

— Можете ли вы задержать Хэ Сихуая, чтобы он какое-то время не смог вернуться в Столицу?

Цзянь Цинлюо встретился взглядом с Гу Юэшу, но покачал головой:

— Прошу прощения, Ваше Высочество. Хотя я ношу титул наследника Святого Врачевателя, мой голос в клане Цзянь имеет малый вес. К тому же из-за моих личных обстоятельств глава клана в последнее время ко мне весьма предвзят.

Личные обстоятельства — Чжоу Юньи слегка приподнял брови: это он сейчас на него намекал.

Гу Юэшу перевела взгляд с одного на другого. Из слов Цзянь Цинлюо она поняла, что в делах клана тот ничего не решает:

— Хорошо, этим я займусь через других людей. И неважно, что было между вами раньше, с этого момента вы оба в одной лодке.

Чжоу Юньи сложил руки в приветственном жесте:

— Я никогда не терял бдительности.

Цзянь Цинлюо также поклонился:

— Хотя прежде я и колебался, но теперь колебаться не буду.

Гу Юэшу кивнула:

— Возвращайтесь отдыхать.

— Слушаюсь.

Они вместе вышли из комнаты. Когда дверь закрылась, Цзянь Цинлюо окликнул Чжоу Юньи, но тот даже не обернулся и ушел прочь. В коридоре он как раз столкнулся с Вэй Сюаньланем, несущим куриный суп.

Чжоу Юньи поприветствовал его:

— Несете суп Его Высочеству?

Вэй Сюаньлань ответил, не скрывая беспокойства на лице:

— Да, старый лекарь сказал, что у него слабое здоровье, и куриный суп пойдет ему на пользу.

Чжоу Юньи улыбнулся:

— Безусловно, пойдет.

Вэй Сюаньлань постучал в дверь.

— Войди.

Когда Вэй Сюаньлань вошел, он как раз увидел, что Цзянь Цинлюо тоже заходит в комнату Чжоу Юньи. Вэй Сюаньлань протянул чашку с супом Гу Юэшу:

— Попробуй, вкусно ли?

Гу Юэшу посмотрела на крупную куриную ножку, плавающую в супе, выложила ее и протянула обратно Вэй Сюаньланю:

— Ваше Величество тоже попробуйте.

Вэй Сюаньлань сел напротив, глядя на ее мягкое лицо, и вздохнул:

— Брат Гу, ешь сама, у меня кусок в горло не лезет.

Гу Юэшу спросила, хотя и знала ответ:

— Вас что-то гложет, Ваше Величество?

Вэй Сюаньлань ответил:

— Я думал, что если найду Божественного Врача из Долины Призраков, он сможет тебя вылечить, но оказалось, что это невозможно.

Гу Юэшу мельком взглянула на его серьезное лицо и улыбнулась:

— Наличие врача лучше, чем его отсутствие. Только что Чжоу Юньи сказал, что если настроение будет хорошим, то и болезнь отступит. К тому же я не собираюсь умирать прямо сейчас, не стоит так волноваться.

Гу Юэшу снова протянула куриную ножку Вэй Сюаньланю:

— Вкусная еда поднимет настроение. Попробуйте.

Вэй Сюаньлань взял ее и откусил кусочек. Курица была приготовлена идеально — не сухая и не жирная. Он расплылся в улыбке:

— И правда, очень вкусно.

Гу Юэшу улыбнулась ему в ответ и опустила взгляд в чашку. Суп был свежим и наваристым, он действительно поднимал настроение.

Вэй Сюаньлань всю ночь ворочался, не в силах заснуть, и в итоге решил подняться с кровати. Он постучал в дверь Чжоу Юньи:

— Чжоу Юньи, ты спишь?

Ответа не последовало. Вэй Сюаньлань постучал снова:

— Чжоу Юньи, ты спишь?

Спустя довольно долгое время дверь открылась. Чжоу Юньи стоял на пороге, глядя на него остекленевшим взглядом:

— Есть ли у Вас распоряжения, Ваше Величество?

Вэй Сюаньлань обрадовался:

— Отлично, ты тоже не спишь! Я не могу уснуть, хочу поговорить.

Чжоу Юньи приоткрыл глаза:

— А, мы ведь только сегодня познакомились, верно?

Вэй Сюаньлань спросил:

— Хочешь пойти прогуляться или поговорим в комнате?

Чжоу Юньи повесил голову и неохотно ответил:

— Давайте в комнате.

— Я того же мнения, на улице слишком холодно, эта сырая погода — просто невыносимое испытание.

Чжоу Юньи, завернувшись в одеяло, сел на кровать. Ему хотелось зевнуть, но повязки были намотаны так туго, что не удавалось, поэтому он лишь то и дело закрывал глаза. Вэй Сюаньлань замахал на него руками:

— Не строй мне глазки, я не люблю мужчин.

От этих слов сон как рукой сняло:

— Упаси боже, Ваше Величество, прошу, говорите прямо, если есть дело.

Вэй Сюаньлань прислонился к спинке стула и вздохнул:

— Я думаю о здоровье Гу Юэшу. Старый лекарь сказал, что ей осталось не больше десяти лет. Как подумаю об этом, спать не могу и есть не хочется.

Чжоу Юньи вспомнил сцену за ужином:

— Но мне показалось, что аппетит у Вас был вполне хорош.

— В тот момент я об этом не думал.

— О, а разве нельзя не думать об этом и сейчас?

Вэй Сюаньлань ответил:

— Мысли сами лезут в голову, я не могу их контролировать.

Чжоу Юньи был настолько сонный, что не мог даже усидеть на месте. Он прислонился к стене, щипая себя за бедро, и изо всех сил намекнул:

— Ваше Величество, в час Быка сознание рассеивается, вот и приходят такие мысли. Пройдет это время — и станет легче.

http://bllate.org/book/36894/4591392