Готовый перевод Below Wushan Seven Strings Unfinished / Под сенью гор Ушань: Узы неразрывного проклятия: Глава 10

Ли И тихонько подкрался к Бай Цзану и зашептал:

— По-моему, эта деревня какая-то странная, не тем они тут занимаются. На посевах, мимо которых мы только что шли, всходы, честно говоря, совсем никудышные. Для простого народа еда — это всё равно что небеса, но в этой деревне от еды словно вовсе отказались.

Высокий юноша поднял с земли длинный меч и, взмахнув им в сторону забора, процедил:

— О чём это вы там шепчитесь? А ну проваливайте, не то не обессудьте, церемониться не станем!

Ли И негромко бросил Бай Цзану:

— Я пойду взгляну.

С этими словами он шагнул вперёд, озарив лицо доброжелательной и наивной улыбкой:

— Мы вообще-то направлялись навестить родственников, но давненько здесь не были, вот и заблудились, случайно сюда и вышли. Время уже позднее, нельзя ли нам переночеровать в вашей деревне? Как только рассветёт, мы сразу же уйдём.

Высокий юноша отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и раздражённо бросил:

— Наша деревня — не проходной двор, кому вздумается, тот не заявится. А ну катртитесь отсюда!

Низкорослый юноша выглядел мрачным, в его глазах на мгновение промелькнуло отвращение, но он быстро взял себя в руки, поднял с земли лук и наложил стрелу.

Высокий юноша, всем видом показывая крайнее недовольство, кивком велел подельнику стрелять без лишних слов.

Низкорослый поднял руку и пустил стрелу прямо в камень позади Ли И. С громким звоном древко вошло в твердый камень по самую оплётку, наглядно продемонстрировав немалую силу юноши.

Высокий юноша ткнул в сторону Ли И мечом и пригрозил:

— Видал? Если продолжишь болтать, эта стрела проткнет тебя насквозь!

Ли И никак не ожидал, что с этими двумя окажется так трудно договориться. Желая не спугнуть добычу, он был вынужден сделать вид, будто перепугался: дрожащим голосом он попятился на два шага назад, изображая панику, и торопливо ретировался, на ходу бормоча:

— Понял-понял, больше ни за что не приду!

Вернувшись к Бай Цзану, он отвёл наставника в уголок, скрытый от глаз сторожевого юноши, и шёпотом доложил:

— Те двое — самые обычные живые люди, телосложением донельзя тощие. У того, что повыше, жизненная энергия совсем слабая, кажется, он уже одной ногой в могиле. А тот, что пониже, хоть и выглядит чахлым и бледным, но жизненных сил в нём полно.

— Мм.

— Когда я проходил мимо них, то незаметно бросил на землю снотворное. Как только они заснут, мы пройдём внутрь и посмотрим, что здесь на самом деле творится.

И впрямь, не прошло и много времени, как оба дозорных у ворот изгородью завалились на землю и заснули мёртвым сном.

Забор хоть и был высоким, но стоило обоим опереться о него, сделать лёгкий прыжок, взмыть вверх — и они уже оказались внутри деревни.

Ли И опустился на корточки, чтобы проверить дыхание парней: у высокого оно было донельзя слабым, словно тот страдал от неизлечимой болезни. У низкорослого же дыхание оказалось самым обычным, этот человек был абсолютно здоров.

Ли И полагал, что в столь странной деревне вход не просто строго охраняется, а сам внутрипоселковый уклад должен кишеть ловушками и механизмами. Однако, войдя в деревню, они не услышали ничего, кроме зловещей тишины — за исключением стрекотания насекомых и криков птиц в зарослях, звуков человеческих голосов не наблюдалось вовсе.

Дома в деревне были рассыпаны хаотично, без особой плотности, но соседи держались на почтительном и близком расстоянии друг от друга. Возле каждого двора — будь то задний или передний — виднелись вскопанные клочки земли, вот только стояла пора обильного урожая, а на грядках вместо овощей бушевали сорняки, среди которых жалко ютились редкие стебли бобов.

Наставник с учеником миновали один дом за другим и обнаружили, что в окнах не горит свет и эти жилища действительно пустуют — людей внутри не было. Зато дворы ломились от следов человеческого присутствия: где-то сушились зерна кукурузы, где-то на веревках висело постиранное белье.

Сами постройки представляли собой однотипные деревянные избы, на дверях которых висели пожелтевшие от сырости парные надписи с выцветшими от времени иероглифами.

Лишь один небольшой домик — настолько крошечный, что по размерам он напоминал скорее чулан, — на фоне остальных построек казался особенно заброшенным и одиноким. На его дверях ещё кое-как можно было разобрать верхнюю строку парного свитка: Небо жестоко, за что ты караешь меня, Небо отняло мою любовь…

Над парными свитками нависала покрытая паутиной крыша, а внизу порог был источен крысами.

Тёмные тушёные иероглифы красовались на белой бумаге, которая уже обветшала и разорвалась, а её уголки закрутились. И тем не менее каллиграфия поражала своей мощью и силой, а в сочетании с непроглядной тьмой ночи от этого веяло какой-то надрывной тоской и неизбывной горечью, словно сами слова норовили сорваться с бумаги.

Дома, где живут люди, всегда согреты теплом человеческой цивилизации и редко источают подобный тлетворный дух. Разве что в них обитает тот, кто уже наполовину шагнул в могилу.

Увидев эту картину, Ли И невольно вздохнул и, понизив голос, произмолвил:

— Мне уже доводилось видеть такие парные надписи в другом месте.

Бай Цзан повернулся к нему, в его взгляде читалось любопытство.

Указывая на неразборчивую нижнюю строку, Ли И пояснил:

— Вторая строчка должна звучать так: Оплакиваю мать, вспоминаю мать, матушка была добра, мать ушла — в сердце пустота. Когда я был совсем маленьким, навестил одну семью и увидел у них на пороге точно такие же свитки. Их заказал написать грамотный учитель после смерти хозяйки дома. Судя по тому, насколько сильно истлела бумага, их повесили здесь по меньшей мере два года назад.

Судя по убогому виду этого жилища, после смерти матери оставшемуся здесь человеку пришлось несладко.

Глава 10

Ли И невольно подумал о том, что следы обитания людей заметны по всей Деревне Тяньян, однако аура живых существ здесь крайне скудна. Всё это походило на проделки какого-то слабенького призрака, который понемногу вытягивает жизненную силу из людей. Сущность, заточённую в Книге Искупления Грехов, со временем неизбежно покидали силы: прошли сотни лет, и сколь бы могущественным этот дух ни был прежде, теперь его возможности весьма ограничены.

Они направились вглубь деревни и вскоре заметили, что следы человеческого жилья сохранились лишь в домах, примыкавших к забору. В более отдалённой части деревни доски построек давно обрушились, всё вокруг заросло белой паутиной, покрылось слоем чёрной сажи и пыли — кругом царило запустение и гниль.

Пройдя ещё немного по деревенской дороге, они примерно поняли: некогда эта деревня была довольно крупной, но к настоящему моменту пришла в полный упадок. От старых домов остались лишь остовы, а в тех, где вроде бы кто-то жил, теплился лишь слабый огонёк человеческой жизни.

Тогда они решили направиться к тому самому красному дому, где горел свет.

Хотя красный дом стоял на отшибе, если судить по дороге, перед его фасадом журчал ручей, а сзади подпирала гора — место оказалось поистине живописным, с прекрасным фэншуй.

Шагах в тридцати от красного дома наставник с учеником услышали доносившийся оттуда шум. Они молча переглянулись и синхронно замерли на месте.

Судя по звукам, в этом красном доме собралось по меньшей мере несколько десятков человек — казалось, туда сошлась вся деревня. Издалека доносился хохот. Вот только это весёлое веселье вовсе не походило на радость от души; оно напоминало злорадство, замешанное на чужой боли, смех, рождённый из человеческой испорченности, от которого становилось жутко.

Подойдя ближе, Ли И заметил, что все двери красного дома наглухо закрыты, распахнутым оставался лишь коридор, ведущий во внутренние комнаты.

У входа в коридор висели два красных фонаря, потолочные балки пестрели красными пологами драпировки, а на дверях красовались крупные алые иероглифы двойного счастья. Все эти красные украшения словно обагрили и без того деревянное строение.

У порога рядом с коридором валялась целая охапка сожжённых благовоний и жертвенной бумаги, а на земле валялись несколько палочек для еды.

Неужели в этом доме играют свадьбу? И все деревенские пришли поздравить молодых?

Вот только здешние обычаи предписывали справлять свадьбы днём, с какой стати кому-то жениться ночью?

К тому же красные драпировки висели кое-как, наперекосяк. Да и иероглифы радости выглядели рваными и потрепанными. Целым остался лишь сам дом, да благовония на земле были свежими. Всё остальное красноречиво свидетельствовало: кем бы ни была невеста, вошедшая в этот дом, впереди её ждёт отнюдь не сладкая жизнь.

Ли И покачал головой и уже собрался повести наставника на разведку, как из коридора вышел мужчина. То был крайне тёщелый человек, чья фигура опасно раскачивалась, едва удерживая равновесие. Он ухватился за деревянную стену, оправил одежду и, запрокинув голову, двинулся на выход. Лицо его кривила зловещая ухмылка, на впалых щеках горели нездоровые красные пятна, а шаги были шаткими и ватными.

Сердце Ли И пропустило удар: этот человек выглядел так, будто сам уже наполовину лежал в могиле, и тем не менее осмеливался творить подобное. Но стоило ему вспомнить, откуда тот вышел, как в голове тут же мелькнула догадка о неладном.

В этот застывший миг мужчина внезапно перевёл на них взгляд.

Бай Цзан мгновенно ухватил его за руку, и они оба в одно мгновение шмыгнули за дерево, наблюдая из укрытия за приближающимся человеком. Как только мужчина поравнялся с ними, Ли И выскочил из-за ствола, оказался у него за спиной, заломил руки, схватил за шкирку и сурово потребовал:

— Что вы делаете в этом доме?

От мужчины разило слабым перегаром и каким-то странным, неописуемым рыбным смрадом.

Тот перепугался до смерти и рявкнул:

— Вы как сюда пробрались?!

Ли И сжал его руки ещё крепче, так что несчастный завопил от боли:

— Отвечай на мой вопрос!

Мужчина с раздражением попытался вырваться, а затем с издевательской усмешкой бросил:

— Хочешь узнать? Пойди да сам посмотри! Только по доброте душевной предупреждаю: даже если зайдёшь туда, своей очереди тебе придётся ждать ещё очень нескоро.

Ли И не понял смысла его бессвязной болтовни, но насмешливый и беспечный тон вывел его из себя. Недолго думая, он ребром ладони ударил мужчину по затылку — тот закатил глаза, обмяк и мешком рухнул на землю.

Ли И принялся торопливо повторять, что дело нечисто, и заговорил вдвое быстрее:

— Тут всё вверх дном! Снаружи этот дом от и до украшен под свадьбу. Судя по тому мужчине, внутри явно кроется какой-то подвох. Крыша здесь черепичная, давай залезем наверх и посмотрим.

Выбрав подходящий момент, они вдвое взмыли на крышу, где их одежды трепал пронзительный ветер.

Они присели на корточки, нащупали стык и аккуратно приподняли черепичный листок. Свет из щели тонкими лучами пробивался наружу.

Внизу, под черепицей, глазам открылась безобразная, развратная вакханалия. Комнаты в доме сообщались между собой, и мужчины сновали туда-сюда из левого крыла в правое и обратно.

В левой комнате теснилось с добрый десяток мужиков без штанов — все до единого обнажили нижнюю часть тел.

А в самом центре этой толпы находилась женщина.

Ли И разъярился и ударил ладонью по черепице. Обломки разлетелись на мелкие кусочки, взметнув облачка пыли.

В тот же миг раздалось два глухих удара: едва он пустил в ход силу, как Бай Цзан тоже нанёс удар.

Ли И отфутболил в сторону мешающие осколки и сиганул с крыши вниз. Указав на сборище мужчин, он громогласно рявкнул:

— А ну живо натянули штаны и выстроились вдоль стены!

Находящиеся в доме люди перепугались, но одеваться не спешили. Никакой паники при появлении незваных гостей они не испытали — напротив, лишь громко завопили в ответ:

— Вы как сюда пробрались?! Как это возможно? Эй, Янь, разве ты не должен был стоять у ворот?!

Заметив, что рассудок этой полудохлой шайки затуманен, а от каждого разит тошнотворным смрадом, Ли И подобрал у стены кусок веревки, заговорил заклинание и швырнул её на землю.

http://bllate.org/book/36887/4590624