Готовый перевод Polar Night Southern Star / Последний эльф полярной ночи: Глава 7

— Нравится? — снова спросил Эльф. — Раз нравится, значит, совокупляться?

Сат прикусил губу. Неизвестно почему, его лицо вспыхнуло еще сильнее. Перед лицом чистых и искренних глаз Эльфа даже язык словно онемел от жара, и говорить стало трудно:

— Д-да, именно так.

— На поверхности он пишет про эльфов, а на самом деле пишет про людей? — Эдриан быстро докопался до сути.

— Ага.

— Люди такие странные, — тихонько заметил Эльф.

— Теперь ты знаешь, та книга была вовсе не про эльфов.

Эдриан смутно догадывался:

— Понял. Но человеческое совокупление я еще не видел.

Сата снова бросило в пот. Вспомнив, что тот даже справлять нужду не умеет, он по-доброму предостерег:

— Тебе лучше на это не смотреть.

Эльф кивнул и больше не расспрашивал.

— Тогда мы можем пойти поесть ванильного пирожного?

Сат вытащил из кармана кошель и потряс им перед его носом:

— Пирожные безумно дорогие. Если бы не желание взять тебя с собой, я бы ни за что не пожалел на них денег, но ты не переживай, этого точно хватит.

Войдя в кондитерскую, оба чувствовали себя немного скованно. Что и говорить об Эльфе — даже Сат, чумазый и грубый вояка, попав в столь изысканное и красивое место, чувствовал себя не в своей тарелке. К счастью, никто на них не обращал внимания, и едва они сели за столик, как заказ оказался перед ними.

Пирожное было крошечным и изысканным, размером меньше ладони Сата. Эльф видел такое впервые: сладкий запах и утонченный вид одновременно воздействовали на его нервы. В глазах Эльфа загорелись огоньки, и он с огромным предвкушением уставился на лакомство.

— В ванильном пирожном нет ничего живого, — заметив, что тот не решается притронуться, Сат заговорил с Эльфом невероятно мягким, успокаивающим тоном: — Его делают из молока, пшеницы и ванильных семян. Ой! Забыл, еще из яиц, но те яйца совсем не живые.

— Са... Джош.

Лицо Эльфа раскраснелось. Аккуратно отломив кусочек лежавшей рядом ложечкой, он, подражаю тому, как Сат кормил его самого, протянул ложку к губам Сата и тихо произнес:

— Сначала поешь ты.

Сат никак не ожидал от него такого. Хотя он уже давненько не ел сладкого и при виде угощения у него потекли слюнки, он и помыслить не мог о том, чтобы откусить хоть кусочек от пирожного, купленного для Эльфа. Застигнутый врасплох этой кормежкой, он лишился дар речи.

— У... уверен, что сначала должен поесть я?

— Угу, — глаза Эльфа сияли. — Ешь скорее.

— Тогда я не буду церемониться.

Крем во рту оказался сладким и нежным, бисквит — мягким, источающим тончайший аромат, а неповторимый привкус ванильных семян пронизывал все лакомство — оно и правда было невероятно вкусным. Заметив зачарованное выражение на его лице, Эльф тоже неуклюже отломил кусочек и принялся его смаковать. Они переглянулись в полном молчании. Сат видел, как сильно Эльфу понравилось, и почему-то у него защипало в глазах. Он отвел взгляд, чтобы немного прийти в себя, а когда повернулся обратно, Эльф снова протянул ему ложечку.

Вот так, ложка за ложкой, человек и эльф, забившись в угол кондитерской, в молчании и с глубокой благодарностью делили на двоих это маленькое ванильное пирожное.

Когда они вышли из кондитерской, солнце уже село. Эдриан всё еще был опьянен недавней радостью и никак не мог вернуться в реальность, поэтому Сат просто тянул его за собой в знакомый постоялый двор.

Всю дорогу эльф что-то бормотал себе под нос, но Сат не обращал внимания, полагая, что тот просто растерян от бури сложных чувств, вызванных ванильным пирожным.

Добравшись до постоялого двора, они застали уже абсолютно черное небо. Стоило Сату переступить порог, как дежурившая за стойкой девушка привычно поприветствовала его:

— Ого, Джош, я уж думала, ты помер где-то на чужбине. Сколько в этот раз собираешься пробыть?

— Мина, оформи мне на пару ночей.

— Общий зал или отдельная комната?

— Общ... — Сат резко вспомнил про привязавшегося к нему хвостатого спутника: — Отдельную, отдельную.

Не успел затихнуть его голос, как он что-то вспомнил и добавил:

— Дай мне комнату, где можно помыться.

— Ты где это золото намыл? — Мина приподняла брови с усмешкой. — Или помирать собрался, спешишь насладиться жизнью напоследок?

Эдриан некстати высунул голову и с любопытством уставился на слова, которые она записывала. Мина не выдержала и прыснула со смеху, быстро заполнила бланк, вытащила из ящика стола ключ, сунула его Сату и махнула рукой, больше ничего не спрашивая.

— Помыться? — Эдриан чутко уловил ключевое слово. — Ты только что сказал помыться.

— Ага.

Сат потянул его за собой, быстрым шагом направляясь к комнате; отпереть дверь и задвинуть засов получилось одним плавным движением. Войдя внутрь, он сначала устроил черную птицу, затем вытащил демонического ящера, скормил ему подобранную по дороге кость и усадил Эдриана на край кровати. Проделав всё это, он слегка перевел дух и принялся по очереди снимать с себя снаряжение: заплечный мешок, меч, доспехи, пояс, перчатки.

Видя, что тот ведет себя донельзя суетливо, Эдриан снова спросил:

— Сат, ты куда-то спешишь?

— Спешу.

Бросив ему это слово на ходу, Сат стремительно разделся догола и толкнул дверь, направляясь прямиком к бадье. Он раздевался в таком спешке, что совершенно не заметил, как сдернул со своей правой руки обматывавшую ее ткань.

Эдриан впервые увидел его правую руку — от грудины до кончиков пальцев вся рука была покрыта слоем сине-черных кристаллов.

— А?

Эдриан мысленно восстановил события с момента их встречи. Поскольку Сат почти никогда не снимал перчаток, не обнажал торс и не снимал нижнюю рубаху, Эдриан до сих пор не осознавал...

Кажется, он и вправду никогда не видел праую руку Сата!

Впервые они пожали руки — левой; клинок из ножен он вытаскивал и орудовал мечом — левой; иглу держал, когда шил ему обувь — левой; ногти ему подстригал — тоже левой!

За исключением тех редких моментов, когда задействованы обе руки, большую часть времени Сат явно предпочитал действовать левой. Будто он был левшой, который попросту не умеет толком пользоваться правой рукой.

Свято храня свои сомнения, Эдриан неторопливо подошел ближе, немного подумал, а затем осторожно приоткрыл дверь в купальню.

В банную бадью на постоялом дворе вела бамбуковая труба, соединенная с установленным снаружи котлом — стоило открыть задвижку, как оттуда непрерывной струей полилась горячая вода. Сат беззвучно простонал и погрузился в воду, не дожидаясь, пока бадья заполнится до краев. Он так блаженно отмокал, что от этого у него в голове всё окончательно размяхло.

Звук открывающейся двери вывел его из забытья, но Сат даже не пытался разомкнуть глаза:

— Прости, эльф, дай мне сперта помыться... Погоди-ка снаружи...

Эдриан не ответил, а лишь тихо позвал его по имени:

— Сат...

— М?

Сат лениво выдавил мычание из носа, долго ждал, пока эльф что-нибудь скажет, и в конце концов приоткрыл глаза.

Стоило ему открыть их, как он встретился взглядом с чистыми и ясными глазами Эльфа. Сат вздрогнул, мгновенно вынырнув из оцепенения торопливой мыльней о мытье. Он подумал, что не должен был оставлять этого глупого эльфа одного — в конце концов, разве глупый эльф умеет мыться сам?

— Иди сюда, — Сат поманил его рукой.

В этот самый миг и Эдриан, и сам Сат одновременно уставились на его руку. Осознав, что его рука уже выставлена напоказ перед Эльфом, Сат резко подскочил в бадье, всем телом натянувшись как струна. Заметив, что Сат снова принял то самое мрачное выражение лица, Эдриан на мгновение опустил голову и задумался, сдвинув брови к переносице, но вскоре его брови постепенно разгладились, словно он до чего-то додумался.

— Это точно такая же штука, как у тебя на теле, — осторожно пояснил Сат. — Только никому об этом не рассказывай.

— Я знаю.

— Ты не боишься?

— Не боюсь.

Эдриан подошел к нему и, подражая его движениям, один за другим сбросил с себя наряды, сшитые Сатом: волчью шубу, заячью нижнюю рубашку и те самые сшитые из лоскутов штаны.

Сат молча поднял глаза и увидел, что на обнаженном теле эльфа тоже красуется заметный сине-черный участок. Эдриан присел на корточки и легонько коснулся этих кристаллов, как вдруг они, подобно только что испеченному печенью, от малейшего прикосновения с треском разлетелись на мелкие кусочки.

И Эдриан, и Сат в изумлении уставились на осколки, усыпавшие пол: те самые кристаллы, стоило им упасть на землю, начали стремительно таять и исчезать.

Сат недоверчиво перевел взгляд выше и увидел, что рана на теле эльфа почти полностью затянулась, и лишь в самом ее центре сохранилось немного кристаллических наростов — но уже не сине-черных, а сверкающих, бледно-бирюзовых, причем в самой их сердцевине теплился едва заметный свет, точь-в-точь как зрачки самого Эдриана.

— Это... как такое возможно...

Сат пробормотал себе под нос:

— Неужели... ты можешь очищать... то, что идет из Бездны...

Эдриан опустил голову, глядя на заново нарощенную кожу на груди, и беззаботно произнес:

— Сат, я могу зайти внутрь вместе с тобой?

Сат, всё еще погруженный в глубокие размышления, послушно подвинулся, освобождая ему место. Эдриан попытался опустить ногу в воду, но тут же отдернул ее с криком:

— Ой!

— Горячо?

Сат постепенно обретал дар речи и, немного растерянный, принялся черпать воду, чтобы ополоснуть его тело:

— Сначала полей себя водой, привыкнешь — и перестанет быть горячо...

Эдриан, подражая его действиям, постоял так немного, а затем осторожно опустился в бадью. Ощущения оказались настолько новыми, что его прошибла дрожь с макушки до самых пят. Водные волны накатывали на его тело снова и снова, температура повышалась, и в голове снова всё затуманилось.

— Это и есть «мыться»? — тупо уставившись перед собой, спросил Эдриан.

Этот знакомый вопрос и та же интонация вернули Сату остатки рассудка. Он опустил голову и увидел лишь круглую макушку Эдриана и его покрасневший от горячей воды нос.

— Еще нет.

Сат почти полностью успокоился и знаком показал Эдриан вылезать вместе с ним. Набрав еще воды, он принялся смывать с него пену.

— Чтобы поддерживать тело в чистоте, люди периодически моются.

Сат намыливал его мылом и терпеливо объяснял:

— Мытье — это процесс очищения тела от всякой грязи, чтобы стать чистым.

— Оу, — Эдриан покорно позволил делать с собой всё, что угодно.

Видя такое послушание эльфа, Сат подавил все тяжелые мысли в сердце и молча принялся намыливать и массировать его волосы. Волосы Эдриана стали еще темнее: прежняя золотистая желтизна сильно выцвела, и теперь они отливали светло-каштановым. Сат взял в руку прядь волос и задумался, но, не найдя никаких ответов, быстро отбросил эти мысли.

Под его руководством эльф с трудом и запинками кое-как искупался сам. Глядя на его забавный вид, Сат не удержался от легкой усмешки, и туча на сердце рассеялась. Вытерев эльфа насухо, он тут же уложил его под одеяло.

— Сат.

Эдриан высунул из-под одеяла лишь половину лица, одной рукой поглаживая зажатый в пальцах магический камень:

— Ты же говорил, что этот камень позволит мне пользоваться твоей магией?

http://bllate.org/book/36882/4590235