Готовый перевод The Noble Academy's Protagonist Uke's Boyfriend / Парень главного героя-уке в аристократической академии: Глава 8

Озвучивший парня голос затих, и он внезапно захлопнул дверь.

Раздался грохот.

Шатающаяся дверь общежития приняла на себя удар невиданной силы.

Как только наступило положенное время, тусклые лампы в коридоре мгновенно погасли.

Парни с тазами в руках сновали туда-сюда, спеша набрать последние капли воды в умывальне, и теперь никого из Стипендиатов больше не волновало, что Линь Янь сегодня внезапно вернулся в комнату.

Линь Янь молча опустил глаза.

Закрывая дверь, он тихо произнес:

— Постараюсь.

В здании общежития воду и свет отключали ровно в десять вечера.

Воспользовавшись светом экрана телефона, Линь Янь разглядел грязь на постели.

Подумав немного, Линь Янь открыл шкаф.

Шкаф был забит одеждой — к счастью, благородным господам не приглянулось барахло первоначального владельца, и рвать его они не стали.

Линь Янь разложил всю одежду прежнего хозяина на соседней кровати.

Он временно соорудил себе кое-как пригодное для отдыха гнездо.

Затем Линь Янь проверил туалетные принадлежности.

Не успел он даже заглянуть в расписание, как получил на почту задание по генетическому эксперименту от профессора Сумейла.

Линь Янь помассировал переносицу и ответил на письмо.

Он думал, что ночь выдастся беспокойной.

Но Линь Янь ошибся: сегодня все было тихо и мирно, никто не устраивал скандалов.

Линь Янь даже ненадолго погрузился в сон.

Сон воспроизводил события из оригинальной книги.

Добросердечие главного героя-субмиссива по отношению к Стипендиату аристократы намеренно истолковали как излишнее вмешательство, и спустя два месяца после поступления тот подвергся травле со стороны приспешников Четырех Великих.

Главный герой-субмиссив оставался верен себе — мягким и добрым.

Он сочувствовал каждому, спас судьбу Стипендиата посреди травли, занял центральное место в его жизни, а пройдя через всевозможные препробуждения, заслужил всеобщее внимание.

Будучи романом с неудачным финалом, первоисточник не давал четкого ответа насчет главного партнера.

В последней главе говорилось о том, что,

после окончания Школы Аврора главный герой-субмиссив поступил в известный на всю Федерацию юридический университет.

На этом книга завершалась.

Эти строчки снова и снова всплывали в сновидении Линь Яня.

Он резко очнулся.

На краю небосклона забрезжил рассвет, и яркий, чистый солнечный свет одинаково озарил каждое здание общежития в Авроре.

Проснувшись, Линь Янь почувствовал тяжесть в висках, лицо его было бледным.

Умывание, школьная форма, сборы учебников.

После перемещения в книгу Линь Янь только и делал, что отлёживался в больнице, и еще даже не видел лица прежнего владельца тела. Проходя мимо зеркала во весь рост, он бросил на него случайный взгляд.

Линь Янь мгновенно замер на месте.

Черты лица казались набросанными легкими масками карандашного рисунка.

Четкие линии костей, холодная белизна кожи, темные брови и глаза.

Это лицо... было почти полностью копией его собственного.

Неужели первоначальный владелец выглядел точно так же?

Линь Янь поджал губы.

Отражение в зеркале тоже едва заметно поджало губы.

Снаружи доносились редкие шаги студентов в коридоре.

Линь Янь раскрыл учебник по генетике.

Он никогда раньше не изучал генетику и не видел генетических экспериментов, но, быстро ознакомившись с ходом работы и процедурой, покинул общежитие и отыскал пустую лабораторию.

Следуя описанным в книге указаниям и этапам, Линь Янь принялся повторять эксперимент.

Снова и снова.

Однако получить верный результат ему так и не удавалось.

Линь Янь уныло опустил брови и уголки губ.

Он переделал эксперимент заново.

В ожидании результатов Линь Янь перекусил чем-то на скорую руку и приник лицом к столу, чтобы немного передохнуть.

Прошлой ночью выспаться не удалось,

и Линь Янь снова погрузился в глубокий сон.

Ему послышалось, как скрипнула дверь и раздались шаги, но всё быстро стихло.

Когда Линь Янь открыл глаза во второй раз,

на улице уже стемнело.

Единственная лампа в лаборатории источала слабый свет — во всей Школе Аврора было полно лабораторных корпусов, но этот конкретный корпус обветшал, ремонта здесь ждали долго, и ноги студентов ступали сюда крайне редко. Тем не менее, показатели безопасности и лабораторное оборудование находились в абсолютной исправности.

Линь Янь извлек результат.

И надо же было такому случиться — снова неудача.

Линь Янь не стал поддаваться унынию и принялся тщательно сверять и анализировать данные трех предыдущих попыток: он дважды допустил мелкие оплошности.

Сравнивая все с подсказками в учебнике и держа в уме недавние ошибки, он провел эксперимент в очередной раз.

Процесс ожидания тянулся томительно.

Линь Янь терпеливо повторял последовательность действий и заново рассчитывал показатели, как вдруг незадолго до конца расчетов почувствовал неладное — кажется, сейчас он... снова оплошал.

Получив в итоге очередную порцию брака,

Линь Янь наконец уловил причину неудач, потер переносицу и принялся за работу в последний раз.

Достав из центрифуги пробирку и перенеси содержимое в чашку Петри, Линь Янь наконец добился успеха. Полученный результат тютелька в тютельку совпал с его расчетами, и он радостно согнул глаза в лучики.

Фигура, скрывавшаяся в темноте, с недоумением наблюдала за тем, как Линь Янь раз за разом повторяет одни и те же манипуляции.

Свет на небосводе окончательно померк, очерчивая стройный и хрупкий силуэт.

Невнимательный наблюдатель качнулся назад, опершись на спинку стула, неловко склонил голову набок и издал тихий шорох.

Линь Янь мгновенно обернулся, напряженно и защитно выпрямившись, и холодно бросил:

— Кто здесь?

Никто не ответил, лишь дыхание в комнате стало чуть громче.

Настороженно приподнявшись, Линь Янь тенью скользнул к парню и быстрым движением перехватил его за горло.

Тот даже не пытался сопротивляться: подняв руки в знак капитуляции и расслабив тело, он с какой-то двусмысленной нежностью опустил подбородок на плечо Линь Яня и шумно, глубоко вдохнул.

Испытав отвращение, Линь Янь разжал пальцы и отскочил в сторону.

На стене отчетливо легла тень.

Огромная, зловещая.

Словно затаившийся опасный хищник, подстерегающий добычу — готовый полностью, навсегда пропитать жертву своим запахом, утащить в логово и разорвать на куски ради насыщения.

По затылку Линь Яня пробежал холодок.

Он инстинктивно отступил на шаг.

Тень следила за каждым его движением, изучая выражение лица. Эмоции на его лице сменялись одна за другой, будто он подбирал наиболее подходящую, наименее пугающую для добычи маску. Наконец, прежний надменный вид избалованного аристократа исчез, сменившись растерянным и бесстрастным выражением, и он спокойно произнес:

— Я пришел сюда делать эксперимент.

Заметив настороженность Линь Яня, он добавил:

— Как раз в то время, пока ты спал, я уже закончил свою работу.

Линь Янь холодно осведомился:

— Почему ты не подал голос?

Тень помолчала пару мгновений:

— Наверстывал сон.

Линь Янь сжал пальцами переносицу.

Во сне ему действительно мерещились звуки шагов и скрип двери.

Но свет был слишком тусклым, а корпус — старым.

Ему и в голову не пришло, что вблизи лаборатории могут околачиваться другие студенты, поэтому он даже не удосужился обернуться.

Наверняка это просто кто-то из сокурсников.

Только что переродившись в чужом теле, Линь Янь страдал от паранойи, и он уже собирался принести извинения, как

незнакомец опередил его, констатируя факт:

— В базовом эксперименте ты совершил две ошибки.

Линь Янь, на самом деле допустивший целых пять промахов: «...»

Сохраняя ледяное выражение лица, он развернулся и хотел было уйти, бросив на ходу:

— Я просто тупица.

Холодная аура рассеялась в мгновение ока.

Однако рефлексы парня сработали быстрее разума.

Линь Янь почувствовал, как его запястье с силой перехватили. Но он двигался еще быстрее: перехватив руку противника обратным захватом и парализовав его движения, он слегка подался вперед, придвинувшись вплотную, и настороженно потребовал:

— Чего тебе вообще нужно?

До чего же сладко. Как же сладко, сладко, сладко, сладко.

Не имея возможности пошевелиться, парень запрокинул голову и отчаянно подался к шее Линь Яня, его кадык судорожно заходил вверх-вниз при каждом тяжелом глотке.

Опьяняющая цепочка ДНК.

Какая невероятная сладость.

В разгар этой борьбы

в дверях блеснул ослепительный свет, сопровождаемый тихими всхлипываниями. Судя по всему, кто-то не выдержал и сдавленно окликнул:

— Брат, что вы делаете?

Линь Янь мгновенно отпустил парня и машинально оглянулся — перед ними стоял Му Лань.

До этого момента еле живые лампы отчаянно затрепетали, пытаясь разгореться так ярко, будто от этого зависела их жизнь, с жадным воодушевлением наблюдая за разворачивающейся драмой измен.

Объект неверности медленно поднялся с места. Он был невероятно высоким, ладно скроенным, облаченным в стандартный лабораторный халат Авроры, на груди которого красовалась вышитая орхидея-флорибунда — символ семьи Гу. Иссиня-черные волосы, золотистые глаза, бесстрастное выражение лица и полное молчание.

Его тень распласталась по стене и даже поползла вперед, лаская обнаженный, тронутый легким румянцем участок шеи опустившего голову Линь Яня.

Как вкусно.

В глазах Му Ланя стояли слезы. Сделав несколько быстрых шагов вперед, он уставился на Линь Яня так, словно хотел выпалить что-то резкое, но слова застряли в горле. Тогда он упрямо перевел взгляд на стоявшего рядом Гу Е и гневно бросил:

— Гу Е, почему ты вместе с моим братом?

Гу Е?

Ф3 из книги. В оригинале этого молодого господина и его род описывали так:

Семья Элдер когда-то была одним из старейших родов Федерации. Позднее, в эпоху войн, свирепствовала эпидемия, солдаты страдали невыносимо, и тогда Тавана Элдер сутками напролет пропадала в лаборатории, выделяя из особого метеорита класс элементов, способных удлинять теломеры человека, что укрепляло здоровье и продлевало жизнь.

Тавана спасла мучившихся солдат, и те превознесли ее как воплощение Девы Марии. После ее смерти эта технология перешла под полный контроль семьи Элдер, позволив им занять львиную долю фармацевтического рынка, а со временем они сменили фамилию на Гу.

Тогдашний глава семьи Гу решил, что искусное владение медициной — это дарованная им свыше генетическая особенность, и каждый наследник семьи Гу по воле рода в обязательном порядке изучал генетическую инженерию, биофармацевтику и смежные дисциплины.

Гу Е с малых лет отличался самостоятельностью и самодисциплиной, был холоден и сдержан. В шестнадцать лет он выделил ген регенерации из ДНК геккона и ввел его обреченной на смерть обезьяне, которая после этого жила припеваючи еще два десятка лет. За этот успешный кейс он был удостоен Нобелевской премии, став самым молодым нобелевским лауреатом в Федерации и новой жемчужиной семьи Гу.

Поскольку Гу Е с детства испытывал дефицит эмоций и при этом проявлял колоссальный потенциал в таких сухих науках, как редактирование генома, мало кто поспевал за его ходом мыслей и ритмом, за исключением троих ровесников из числа Первой четвёрки, коих он на равных удостаивал презрения ко всему человечеству с низким коэффициентом интеллекта. Именно поэтому, встретив в котле тщеславия Школы Аврора Му Ланя, чья душа казалась ему родственной, он счел эту встречу бесценной и обеспечил Му Ланю надежное прикрытие под сенью Школы Аврора.

http://bllate.org/book/36855/4586529