Готовый перевод Still Waters Run Deep Reborn / Глубокие воды: Вторая попытка: Глава 3

Чу Юнью был невероятно счастлив, ведь сегодня он устраивал собственные похороны.

Если говорить точнее — похороны при жизни.

Сам он пока ещё был жив.

Два месяца назад он разыскал своего друга детства Цяо Вана.

После чего его и его маленького котика взяли под свою опеку и фактически заперли в четырёх стенах.

Он не хотел оставаться, но Цяо Ван применил железный аргумент: «Ты что, хочешь, чтобы я сидел сложа руки и смотрел, как ты умираешь, чтобы потом, когда умру я сам, у меня не осталось лица показываться на глаза тётушке?» — и силой заставил его остаться.

Цяо Ван был человеком решительным и властным: раз приняв решение, он уже не отступал от него, и на следующий же день задействовал все свои связи, чтобы возить Чу Юнью по всему миру в поисках лучших врачей.

Однако его рак поджелудочной железы обнаружили уже на поздней стадии, вероятность излечения стремилась к нулю, и медицина оказалась бессильна.

Чу Юнью считал, что вместо того, чтобы мучиться на больничной койке и демонстрировать окружающим своё жалкое зрелище, лучше уж от души объедаться обезболивающими и радостно прожить каждый оставшийся день.

Цяо Ван категорически не принимал подобный легкомысленный подход, решив, что тот просто опустил руки и сдался, и в ярости отчитывал его: «У тебя есть хоть капля амбиций? Чу Юнью, это ещё не значит, что надежды выжить нет совсем. Я изучал материалы: пятилетняя выживаемость составляет около пяти процентов. Прежде всего, у тебя должна быть собственная воля к жизни, ты что, совсем не хочешь жить?»

Чу Юнью беспомощно вздохнул: «Слушай, Цяо Ван, мы с тобой всё-таки слишком разные. Если говорить о любви к жизни, то я люблю её куда сильнее тебя! Ты умеешь только работать, учиться, тренироваться и спать, проживая день за днём по чётко начерченному жизненному плану, где всё расписано по минутам.

Ты называешь это самодисциплиной, но, по-моему, это банальная скука. Смертельная скука.

Ты не можешь навязывать мне свою волю. Понятно?

Что не так с моим настроем? У меня прекрасный настрой! Ещё год назад врачи говорили мне готовиться к худшему и утверждали, что я не протяну и года, но я до сих пор жив.

В этом мире каждую секунду происходят неожиданности, и никто не знает, что наступит раньше — смерть или завтрашний день. То, что я смог примерно предсказать время своей кончины и одержать крошечную победу в армрестлинге со смертью, — уже огромное достижение, я вполне доволен.

Я просто хочу за свой счёт устроить себе похороны при жизни...»

Цяо Ван ехидно бросил в ответ: «У тебя в кармане-то всего пара грошей, раз уж ты тратишь их на похороны при жизни, то на что собираешься хоронить себя после смерти? Оповестить твоего отца или опять заставить меня платить за всё?»

Чу Юнью прямо ответил: «А я не собираюсь устраивать похороны после смерти». Он вытащил карточку донора органов и показал её Цяо Вану: «Кстати, из-за этого могут возникнуть лишние хлопоты, так что если мой отец вдруг будет против, пожалуйста, предъяви свидетельство о нотариальном оформлении моего посмертного донорства в качестве доказательства.

...Цяо Ван, почему ты так на меня смотришь? У тебя просто ужасное лицо».

В итоге похороны при жизни Чу Юнью состоялись точно в срок.

Он пригласил множество друзей, и в общей сложности набралось около двух десятков человек. Они приехали из самых разных уголков планеты, со всех концов света — мужчины и женщины, с совершенно разным цветом кожи.

Около семи-восьми лет Чу Юнью беспрерывно странствовал по миру, успев завести знакомства с самыми невероятными людьми.

Конечно же, не обошлось и без его бывших бойфрендов.

Чу Юнью отличался привлекательной внешностью, высоким ростом, множеством талантов, острым умом и прекрасным чувством юмора, так что вокруг него всегда хватало мужчин, терявших от него голову.

Он всегда был человеком, жаждущим любви, а потому за годы скитаний успел повстречаться с несколькими людьми, которые казались искренне влюбленными в него.

Когда они услышали, что Чу Юнью собирается устроить собственные похороны при жизни, у них буквально потемнело в глазах. Срочно взяв отгулы и примчавшись за тысячи километров, они замерли на пороге, увидев рядом с Чу Юнью высокого мужчину.

Цяо Ван вёл себя так, будто он здесь главный хозяин, и вовсю командовал парадом, проявляя излишнюю инициативу.

Любому, кто не страдал слепотой, было очевидно, что отношения Чу Юнью и Цяо Вана далеки от романтических: они были совсем не близки, а временами казались даже откровенно скверными.

Однако, как бы скверны они ни были, между этими двумя ощущалась особая атмосфера, в которую посторонним было не пробиться.

Чу Юнью не выдержал: «Эй, вообще-то это мои похороны, не мог бы ты вести себя чуть менее по-хозяйски?»

Цяо Ван нашёлся что ответить: «Если бы ты вечно не всё терял и не забывал обо всём на свете, мне бы не пришлось подбирать за тобой хвосты».

Чу Юнью парировал: «Жизнь состоит из мелких случайностей, нельзя ли быть проще? Это же не катастрофа вселенского масштаба, к чему так нервничать?»

На самом полуслове Цяо Ван повернул голову и заметил приближающегося к ним парня смешанных кровей ростом под метр девяносто, до того ослепительного красавца, что он мгновенно затмил бы собой всех особей мужского пола в радиусе десяти ли. Лицо Цяо Вана тут же помрачнело.

Чу Юнью тут же бросил его, радостно и быстро шагнув навстречу с распростёртыми объятиями: «Дэвид! Я уж думал, ты не прилетишь! Разве у тебя не было показа?»

Красавец-метиз произнёс на ломаном китайском: «Да, но я сразу после подиума помчался в аэропорт Парижа, чтобы успеть к тебе».

На лице Чу Юнью засияла лучезарная улыбка: «Ты выглядишь ещё лучше, чем раньше! Как я рад тебя видеть!»

Они обменялись традиционным приветствием с поцелуями в щеку.

Лицо Цяо Вана почернело пуще прежнего.

Он перевёл взгляд с Дэвида на двух других бывших парней Чу Юнью, находившихся в комнате, и подумал про себя: критерии, по которым этот тип выбирает себе бойфрендов, поистине примитивны. Всего три требования: первое — красивый; второе — красивый; третье — блять, снова красивый.

Дэвид поинтересовался: «А это кто? Твой нынешний парень?»

Чу Юнью коротко пояснил: «Нет, он член моей семьи, можно сказать, мой сводный двоюродный брат. Его мать — сводная сестра моей мамы».

Дэвид удивился: «Ты никогда о нём не упоминал».

Чу Юнью лишь беззаботно ухмыльнулся: «Забыл».

Не успел он договорить, как в помещение шумной толпой ввалились ещё четыре или пять человек. Все они были бывшими одноклассниками Чу Юнью, а заодно и одноклассниками Цяо Вана.

Увидев, что Цяо Ван и Чу Юнью находятся в одном месте, они изумились так, будто увидели призрак, и недоверчиво воскликнули: «Цяо Ван? Серьёзно, это Цяо Ван?! Какого чёрта ты здесь делаешь?!»

Цяо Ван, и без того кипевший от гнева, с трудом сдерживаясь, ответил вопросом на вопрос: «А почему я не могу здесь находиться?»

Один из одноклассников сболкнул лишнего: «Но ведь когда ты бросил Чу Юнью, всё выглядело так, будто вы больше никогда в жизни не пересечётесь!»

В комнате воцарилась мёртвая тишина.

Не успел он договорить, как ему уже зажали рот рукой.

Поняв, что юношеские скелеты в шкафу скрыть уже не удастся, Чу Юнью закатил глаза, взял инициативу на себя и прямо заявил: «В смысле — бросил? Никто меня не бросал, ясно? Сначала надо начать встречаться, а потом уже расставаться, чтобы это называлось «бросил». Я вообще не смог добиться его взаимности, какое «бросил»?! Черт побери, я три месяца потом прорыдал».

http://bllate.org/book/36809/4580586