Готовый перевод Heading Towards the Snow-Capped Mountains / Шторм на заснеженном склоне: Глава 6

Октябрь две тысячи восемнадцатого. На родине только-только наступала осень, а в Северной Европе зимний сезон уже вовсю набирал обороты.

В девять утра Сюй Хуай сидел дома в Норвегии и смотрел прямую трансляцию. Открытие нового сезона — такое событие он не мог упустить ни при каких обстоятельствах.

— Тебе разве не нужно днём вести тренировку? — спросил Сюй Хуай, настраивая трансляцию на телевизоре. — Откуда время на просмотр?

Прежде, когда они смотрели состязания вместе с Сяо Ияном, в Китае обычно стояла ночь. Однако первый этап Кубка мира по биг-эйру сезона 2018/19 проходил в новозеландской Кадроне. Там состязания начинались в восемь вечера, что соответствовало китайскому послеполудню.

Один турнир, три точки на карте и три разных часовых пояса.

— Да воскресенье же сегодня, даровал им день отдыха, — беззаботно бросил Сяо Иян.

На сборах никаких выходных по графику не предусматривалось, но статус главного тренера давал ему право раздавать отгулы по собственному усмотрению.

— Слушай, а ты видео посмотрел, что я тебе скинул? — переключился Иян.

— Ещё нет, — ответил Сюй Хуай.

Ссылка прилетела глубокой ночью, и Сюй Хуай заметил её только утром, так что открыть ролик банально не успел.

— Так глянь скорей! Этот пацан — самый одаренный самородок, какого я за всю тренерскую карьеру видел! Уверяю тебя, малый просто лютый гений! — Сяо Иян эмоций не жалел, захлебываясь от восторга. — Четыре года максимум! Не пройдет и олимпийского цикла, как в Китае появится настоящий бог параллельного гигантского слалома!

— Угу, обязательно... только позже, — охладил его пыл Сюй Хуай. — Давай сначала состязания досмотрим.

С тех пор как Сяо Иян вернулся со скейтбординга к истокам — сноуборду, — он пребывал в состоянии непрерывного взвинченного кайфа, будто твердо вознамерился положить жизнь на алтарь отечественного зимнего спорта. Сюй Хуай с легким беспокойством поглядывал на этот нескончаемый приступ энтузиазма: бог весть, сколько еще продержится его приятель в таком угаре.

Главной интригой этого первого этапа обещала стать дуэль Свена — младшего соратника Сюй Хуая по тренировочной базе — и японского вундеркинда Имаи Но. В квалификации они заняли первое и второе места соответственно, и разрыв в баллах был ничтожно мал.

Даже стартовые номера у них шли один за другим.

В биг-эйре смена поколений происходила с катастрофической скоростью: каждый сезон зажигал новые звезды, и шестнадцатилетний Имаи был среди них ярче всех. Для него это был уже третий Кубок мира.

В четырнадцать лет он вихрем прошелся по национальному чемпионату Японии, уложив на лопатки признанного лидера сборной, за что спортивная пресса тут же окрестила юнца «вундеркиндом».

Первым на разгон выходил Свен.

— Сяо Сы, вперед! — Сяо Иян страстно желал победы Свену — и как младшему соратнику Сюй Хуая, и из-за давнего зуба на Имаи Но. — Натри нос этому заносчивому щенку!

Злость Ияна на Имаи произрастала вовсе не из национальных предрассудков: японец просто отличался феноменальным хамством.

В прошлом сезоне на одном из открытых турниров выступал китайский райдер. Когда у Имаи Но — а они были единственными азиатами на том этапе — перед стартом спросили, не хочет ли он пожелать что-то сопернику из Китая, тот лишь слащаво улыбнулся:

— Пожелания? Ну-у... желаю ему хотя бы не вылететь в первом же квалификационном раунде.

Тот сноубордист раньше тренировался вместе с Сяо Ияном, они дружили, так что Иян после того интервью еще двое суток брызгал слюной и материл наглого юнца.

Впрочем, Имаи цеплял всех без разбора — воспитание у парня отсутствовало напрочь. В своем видеоблоге он как-то обронил о товарище по сборной, тоже рано снискавшем славу: «Он? Да он, кажется, ни разу в жизни у меня не выигрывал».

А в интервью журналистам и вовсе дерзил в адрес самого Сюй Хуая: «Райан? Извините, но его эпоха давно прошла».

Сяо Иян от подобной наглости закипал, а Сюй Хуай лишь качал головой: в профессиональном спорте всё решают результаты, а у мальчишки действительно хватало мастерства для бахвальства. К тому же сноубординг — дисциплина свободная, без жестких рамок и протокола.

— Да ладно тебе, молод еще, дурь не выветрилась, — утихомиривал он Ияна. Кто в юности не бывал дерзким?

К тому же Сюй Хуай пересекался с этим пареньком лично. Тот только перед камерами распускал хвост, а при личной встрече сжимался в ком и вел себя тише воды, ниже травы — словно испуганный перепелок. Едва доставая Сюй Хуаю до подбородка и зная, что тот свободно говорит по-японски, японец густо краснел и лепетал: «Сэмпай...»

— Итак, Андерс получает семьдесят четыре и пять десятых балла! — донесся из динамиков голос комментатора. — А на стартовую площадку вырывается двадцатилетний норвежец Свен, стойка — гуфи! Один из главных претендентов на золото, гений прошлых лет и главный соперник нашего нынешнего вундеркинда Имаи Но. Как всем прекрасно известно, Свен — младший ученик экс-экс-экс-вундеркинда Райана...

Этот комментатор, в прошлом новозеландский райдер, славился искрометным юмором и любовью к шуткам, за что болельщики прозвали его «главным клоуном эфира». Кроме того, он фанател от Сюй Хуая и ухитрялся приплести его имя, даже когда тот не участвовал в турнире.

— Ха! — Сяо Иян едва не поперхнулся хохотом. — «Вундеркинд»! Тебя так лет десять назад называли, не меньше?

Сюй Хуай усмехнулся:

— Десять лет назад мы с тобой, кажется, даже знакомы не были.

— Это ты меня не знал! А имя вундеркинда Райана тогда гремело отовсюду.

— Благодарю, — с невозмутимым видом отозвался Сюй Хуай. — Но мне больше нравится слово «гений».

В спорте высших достижений эпитет «гений» раздавали налево и направо, словно оптовыми партиями. За историю сноуборд-биг-эйра почти каждый, кто пробился на вершину мирового рейтинга, заслужил это звание, так что удивить им кого-то было трудно.

Свен подогнал доску, набрал воздух в грудь и сорвался вниз по разгонной рампе.

— Ну давай, Сяо Сы, не подкачай! — зычно прикрикнул Иян. — Если в первом прыжке не закрутишь 1980, я в тебе разочаруюсь!

И ровно в тот момент, когда слова слетели с его губ, Свен допустил роковую ошибку.

— Ух ты! Фронтсайд трипл корк 1800, мелон-греб... Оу, нет! — воскликнул комментатор с искренним сожалением. — Какая досада!

Трюк в воздухе выкатился филигранно, однако на вылете норвежец ошибочно рассчитал высоту: времени в полете не хватило, и райдер слишком рано рухнул на приземление, потеряв равновесие.

С глухим треском фигура в черном комбинезоне кубарем потискала снег, жестко впечатавшись в наст.

Сюй Хуай мгновенно насупился. Лишь когда младший товарищ неспешно поднялся на ноги, показывая, что обошлось без травм, он немного перевел дух.

Сяо Иян долго хранил гробовое молчание, после чего виновато буркнул:

— Сглазил... Прости, накаркал.

— У него сегодня с самого утра настрой не тот, — качнул головой Сюй Хуай.

Первая попытка Имаи Но тоже прошла негладко: он зашел на коронный Каб 1800 с джапан-гребом, однако исполнение вышло смазанным — при выкате корпус завалился вбок, и райдер черпнул ладонью снег.

Впрочем, в отличие от Свена, он хотя бы удержался на ногах.

Сюй Хуай хмыкнул:

— Похоже, наш перепелок тоже...

— Мать его, да этот сопляк сегодня тоже еле ковыляет! — выругался Иян. — Я же говорил, место с дурной энергетикой! Еще до старта шестеро снялись из-за травм — трое в квалификации, трое в финале. Абсолютный антирекорд в истории биг-эйра!

Среди следующих участников не было никого, кто мог бы привлечь внимание Сюй Хуая.

Устроившись поудобнее на диване, он открыл чат с Сяо Ияном и запустил присланный видеоролик.

Ясный, солнечный день. Извилистый горный серпантин с относительно пологим уклоном. По обеим сторонам дороги возвышались вековые сосны и кипарисы, сквозь густые кроны которых пробивались редкие золотистые лучи.

В центре кадра на лонгборде стоял юноша в шлеме и защитной экипировке. Он стремительно мчался по серпантину. Стройный, с тонкими, но явно тренированными конечностями, он рассекал воздух — встречный поток раздувал полы его куртки, обнажая узкую, поджарую талию.

Это оказалась вовсе не привычная запись с тренировки на снегу, а самый настоящий даунхилл.

Скоростной спуск на лонгборде — одна из наиболее опасных разновидностей экстремального спорта. В Китае даже сноубординг считался развлечением не для всех, а даунхилл, где уровень безопасности на порядок ниже, и вовсе оставался уделом единиц.

Съёмку вели с профессионального квадрокоптера, отслеживающего высокоскоростные объекты. Качество техники говорило о том, что парень занимается даунхиллом давно и всерьез, далек от обычных любителей.

Сперва он шел в стойке во весь рост, на вполне умеренном ходу, а перед поворотами гасил скорость исключительно за счет наклона корпуса. Эта техника сброса скорости стоя, без касания асфальта руками, напоминала работу на сноуборде и относилась к фрирайду — другому направлению длинной доски. В отличие от бескомпромиссного даунхилла, где всё подчинено гонке за спидометром, фрирайд выглядел более расслабленным, позволяя получать удовольствие от самого процесса спуска.

Но за следующим виражом уклон дороги резко увеличился. Набрав бешеное ускорение, юноша сменил стойку и начал азартно проноситься по серпантину, вьющемуся прямо над головокружительным обрывом.

От прежней расслабленности не осталось и следа. Малейшая ошибка в расчете траектории, секунда промедления с торможением — и райдер вылетит за ограждение прямо в пропасть. От этого зрелища захватывало дух, а адреналин закипал в крови.

Заложив руки за спину, на входе в вираж парень широко раскрывал их для баланса и заваливал корпус почти параллельно дороге, буквально распластываясь над асфальтом.

Только тут Сюй Хуай разглядел на его черных перчатках специальные тормозные слайдеры. Когда ладонь касалась покрытия, сухое трение выбивало из-под рук снопы ярких искр.

Мимо проносились густые кроны и отвесные скалы. На видео не было никакой музыки — только вой ветра да скрежет полиуретановых колес и слайдеров, дерущих дорожное полотно. Опасное, завораживающее зрелище.

Каждый скоростной режим требовал своей силы зарезки и точности угла наклона доски. Мальчишка контролировал темп филигранно, с абсолютным запасом уверенности. Одной лишь мышечной памятью такого не добиться: требовалось ювелирное чувство доски, безупречная техника закантовки, идеальное управление центром тяжести и, главное, стальные нервы.

Иян оказался прав — парень обладал редчайшим даром и идеально подходил для параллельного гигантского слалома.

Пятиминутный ролик подходил к концу — впереди замаячил финиш. Лонгборд и квадрокоптер синхронно сбросили ход.

Касание правой ногой асфальта — тормоз.

Носком правой ноги он резко надавил на тейл, разворачивая доску, и небрежно ткнул указательным пальцем вниз. Оператор дрона мгновенно понял знак и направил аппарат на посадку.

Снижаясь, камера на долю секунды выхватила лицо парня.

Радость? Гордость? Облегчение?..

Нет. На его лице не отразилось абсолютно ничего. Он лишь безучастно скользнул взглядом по объективу — с иссиня-черными, хищно блестящими зрачками, словно гепард, который только что мчался на пределе сил и случайно попал в кадр человеческой камеры.

Дрон плавно опустился прямо на тейл лонгборда, и экран погас.

— А ведь и впрямь... — Сюй Хуай на секунду замер, после чего на его губах заиграла легкая улыбка. — Настоящий бог параллельного гигантского слалома.

Этот темный, глубокий взгляд, мелькнувший в объективе, почему-то показался ему смутно знакомым. Вот только вспомнить, где он видел его прежде, Сюй Хуай так и не смог.

http://bllate.org/book/36775/4666776