Готовый перевод The Green Tea Villain Fell for Their Love Rival / Злодей-интриган: от ненависти до любви к сопернику: Глава 3

То не реквизит недостаточно изысканный, то игра других актёров никуда не годится — задирает нос выше некуда. Всего-то обладатель кинопремии за лучшую мужскую роль на каком-то второсортном фестивале, да если бы не уважение к брату Вэню, кто стал бы терпеть твои капризы!

Неподалёку Чжу Мин с любопытством подёргал за стальной трос Виа.

Стоявший рядом постановщик трюков заметил его движения и, решив, что парень нервничает, успокаивающе произнёс:

— Впервые на страховке висишь? Ничего страшного, она очень прочная, расслабься там наверху, всё будет как на земле.

— Хорошо, — Чжу Мин повернулся к нему и озарил его сладкой улыбкой, — спасибо, сестрица.

Постановщик трюков Цзян Лань оказалась крутой короткостриженой девчонкой с выбритыми висками. Услышав это, она покрылась мурашками, замахнулась сценарием и стукнула его по плечу:

— ...Хватит тут со мной любезничать. Забыл движения там наверху — и предки не помогут.

— Не забуду, — Чжу Мин втянул голову в плечи, бегло пролистал сценарий, лучезарно швырнул его обратно и показал режиссёру знак ОК.

Когда его на тросе подняли в воздух, Чжу Мин поднял взгляд.

Там парила 033, ярко и наглядно демонстрируя следующий фрагмент сюжета, который предстояло сыграть.

Лицом к лицу с напускными извинениями Главного героя (уке), Бай Гэ больше не мог сдерживаться.

Для него упоминание Вэнь Чжимина таким грязным, самонадеянным типом, как Главный герой (уке), было сродни оскорблению.

Раньше ради съемок он сдерживал ярость, думая лишь о том, как бы побыстрее отстреляться и вышвырнуть Главного героя (уке) из жизни своего старшего брата и из своей собственной. Он и помыслить не мог, что этот никчемный бездарь никак не сможет удовлетворить требования режиссёра: дубль за дублем срывал съемочный процесс, мало того что затягивал всё, так ещё и заставлял его быть партнёром по тренировкам.

Чжу Мин бросил взгляд на искренне переживающего постановщика трюков и мысленно извинился.

— Простите, ради моей счастливой жизни на этот раз придётся нарушить обещание!

Раз уж долг зовет, даже искусный в боевых искусствах юный полководец Чжу мог лишь стерпеть обиду, максимально приближаясь к образу никчемной зелёной чайки из первоисточника: притворяться, будто не может поймать равновесие, совсем не имеет сил, бить слабо и вяло и падать на ровном месте.

Поистине: любишь дело — отдавайся целиком. Видя, как лицо Бай Гэ становится всё чернее, а шкала зелёной чайки на виртуальном экране стремительно ползет вверх, Чжу Мин неожиданно даже для себя испытал странное удовольствие от игры.

Сдерживая смех и придавив голос фальшивой жалостью, он выдал:

— Учитель Бай, я... я правда не умею, простите... Вы не могли бы подсказать, как делать это движение?

Бай Гэ стоял с ним на одной крыше, всего в трёх метрах друг от друга. Он отчетливо видел невольно взлетевшие вверх уголки губ противника и полный ожидания взгляд, и мысленно презрительно обозвал того бесстыдником.

С малых лет у него было бесчисленное множество поклонников, к тому же он рано попал в этот грязно-развлекательный котёл и почитал себя знатоком человеческих сердец, поэтому с самого начала раскусил, что Главный герой (уке) к нему неравнодушен.

Никаких талантов, но всё лезет и лезет рядом отираться — поистине бессовестный тип.

Таких надо проучить.

Он шагнул вперед, ступая по узкой черепичной полоске крыши так уверенно, будто шёл по ровной земле, а на его губах медленно изогнулась холодная, лишённая тепла улыбка:

— Этот приём, говоришь? Я тебя научу.

Бай Гэ протянул руку, словно собираясь помочь Чжу Мину принять правильную позу.

Камера продолжала работать: такие закулисные кадры обучения старшим младшего не только показывали великодушие наставника и усердие новичка, но и создавали теплую, дружелюбную атмосферу в группе, которую зрители с удовольствием бы приняли на ура. К тому же съемочный график на сегодня не поджимал, и съемочная группа была только рада отснять пару запасных дублей.

Но они забыли, что Бай Гэ — это синоним, противоположный слову великодушие.

Его правая рука скользнула к поясу Чжу Мина, пальцы чуть шевельнулись, после чего он резко отскочил назад, и длинный хлыст со свистом рассек воздух.

Чжу Мин: ???

— Разве постановщик трюков так говорил?!

К счастью, он годами занимался боевыми искусствами, и у него уже выработалась мышечная память. В тот самый миг, когда Бай Гэ нанес удар, он мгновенно принял решение и резко изогнулся назад. Кончик хлыста едва не задел его нос, издав резкий свист, похожий на драконий рык.

Бай Гэ на секунду растерялся, судя по всему, не ожидая, что этот малоизвестный актер, который только что просил его обучить базовым движениям, сможет увернуться от атаки. Ярость в его глазах вспыхнула с новой силой: он убрал хлыст в ножны и бросился в атаку, нанося удар ладонью.

Чжу Мин отбросил сценарий и начал отбиваться чисто на инстинктах, воскликнув в испуге:

— Учитель Бай?!

— Это что еще за представление?!

Заместитель режиссёра Линь Ифань с невероятной головной болью уставилась на две фигурки — чёрную и белую — на крыше.

По изначальному плану съемочной группы эту сцену должны были снимать вживую, но Бай Гэ забраковал несколько подобранных невысоких обрывов, и в итоге пришлось снимать на крыше с расчетом на последующую компьютерную графику.

В тот момент Линь Ифань про себя поносила Бай Гэ на чём свет стоит, но теперь она даже радовалась его придиркам.

— Если бы эти двое устроили разборки на реальном обрыве, моё давление бы этого не выдержало.

Она как раз ломала голову, как вдруг издалека увидела идущего молодого человека.

Парень был высокого роста и стройного телосложения, с суровыми и резкими чертами лица. В руках он держал три больших пакета с бабл-теем и с улыбкой вручал их реквизитору, чтобы та раздала всем желающим, отчего мгновенно утратил свой грозный и неприступный вид.

Линь Ифань тяжело вздохнула и бросилась к нему навстречу, словно увидев спасителя:

— Брат Вэнь! Пришли за учителем Баем?

Вэнь Чжимин кивнул ей и с улыбкой произвел:

— Захватил всем бабл-тея. Вот это — мятный зелёный чай с жемчужинами и тройной порцией сахара для режиссера Линь.

Линь Ифань сделала глоток, затянув жемчужину, и подумала про себя, что с появлением Вэнь Чжимина сегодняшние капризы наконец-то сойдут на нет. От этой мысли даже чай во рту показался слаще прежнего:

— Спасибо, брат Вэнь, только ты и помнишь, что я люблю. Эта сцена снимается гладко, у кинозвезды Бая и малыша Чжу прекрасное состояние, должны снять с первого дубля.

Вэнь Чжимин славился своей изворотливостью и дипломатичностью: каждый раз, когда он появлялся здесь, он одаривал съемочную группу подарками на все лады, помня вкусы и предпочтения каждого, словно ходячий блокнот. Не было в съемочной группе ни единого человека, кому бы он не нравился.

На страховочных тросах Бай Гэ и Чжу Цзяму сражались так яростно, что их невозможно было разнять. Движения Чжу Цзяму были текучими и плавными, а в мелькающих складках одежд он, казалось, дрался даже красивее Бая.

Вэнь Чжимин кивнул на Чжу Цзяму:

— Что за парень? Раньше я его не видел, движения довольно плавные.

Линь Ифань:

— Его зовут Чжу Цзяму, он играет крошечную массовку, после этого эпизода у него как раз конец съемок. Боевые сцены у него получаются отлично, прошлый дубль он тоже отыграл с первого раза, только вот с учителем Баем...

Вэнь Чжимин слегка нахмурился:

— Что?

Прошло всего мгновение ока, как внезапно стряслась беда.

В воздухе Чжу Цзяму только успел выровнять равновесие, как длинный хлыст Бай Гэ взметнулся в резком выпаде, целясь кончиком прямо в шею юноши.

Этого движения не было в сценарии.

Линь Ифань:

— Подождите, кажется, что-то не так?!

Не успел ее голос затихнуть, как Бай Гэ нанес удар ногой в прыжке, с силой сбросив человека с крыши, а страховочный трос, который по идее должен был удерживать актера, в этот самый момент сорвался.

Тело летящего юноши изогнулось с грацией и легкостью парящей птицы, но финалом стал тяжелый удар о землю и разбитые вдребезги деревянные бочки из-под реквизита, после чего он затих.

Линь Ифань подавилась жемчужиной из чая:

— Стоп! Чжу Цзяму сорвался вниз!

На доступном лишь одному Чжу Мину электронном экране вспыхивали зеленые строчки сюжета, возвещавшие об успешном завершении сцены.

Взгляд Бай Гэ свирепо блеснул, и в момент разминки со спины он нащупал и ослабил страховочный карабин на поясе противника.

В следующем движении он взмахнул длинной ногой и с размаху столкнул Чжу Цзяму с крыши.

Почувствов, как стальной трос страховки ослаб и соскочил, Чжу Цзяму издал полный ужаса пронзительный крик, но его тело уже совершенно не подчинялось ему, падая вниз камнем.

Падая, Чжу Мин успел сгруппироваться и перенести центр тяжести, так что в целом не пострадал. Вот только опыта в постановочных падениях у него не было, и сила удара оказалась несколько великовата: он проломил бочку и теперь сидел внутри нее, застряв настолько, что выбраться оказалось трудновато, а потому с чистой совестью прикинулся потерявшим сознание.

В то же время он мысленно жаловался системе:

— А ведь говорил, что со страховкой упасть не больно! Бессовестная ты система, разве у тебя совесть не ёкает?! А этот Бай Гэ слишком жесток. На месте кого-то другого можно было покалечиться или даже умереть, за одну лишь зеленую чайку он явно не заслуживал такого!

033 была честной системой, воспитанной на социалистических ценностях, и в этот момент она тоже слегка заколебалась, но всё же попыталась защитить главного героя:

— Э-это же мир романа, поступки персонажей всегда немного утрированы! Ты же видел: в комедийных мультиках героев даже машиной давят, а они не умирают, просто становятся плоскими!

Чжу Мин: ...

033 продемонстрировала ему фрагмент классической анимации, где синего кота сплющило, и он, словно лист бумаги, порхал в воздухе, а потом с хлопком возвращался в прежнюю форму.

Чжу Мин: ...Нет, мне кажется, тут всё-таки есть небольшая разница.

033 тут же перевела тему:

— Чжу Мин, смотри, Главный герой (уке) появился!

— Ах, тот самый будущий любовник этого сумасшедшего насильника.

Надо же взглянуть, очень уж интересно, какой человек вообще сможет его вынести.

Чжу Мин приоткрыл глаза и среди бросившихся на помощь людей безошибочно вычленил Вэнь Чжимина.

Этот человек выделялся своей ослепительной красотой, возвышаясь над остальными, словно журавль среди кур.

В отличие от яркой и хищной красоты Бай Гэ или изящной и чистой внешности самого Чжу Мин, черты лица Вэнь Чжимина несли на себе печать холодной суровости и пронзительной остроты. Его костный каркас отличался безупречностью, а изгибы бровей и переносицы напоминали мастерски выведенные тушью железные крюки кисти великого каллиграфа.

Он был одет в безупречно сшитую рубашку и брюки, а поверх накинул длинный плащ, сквозь который угадывалась точеная линия узкой талии.

В первоисточнике ему прописали роль звездного агента, некогда работавшего в топ-5 индустрии развлечений, но из-за конфликта с компанией из-за Бай Гэ два года назад ушедшего в свободное плавание. Обладая колоссальными связями в кругах шоу-бизнеса, он славился своим покладистым нравом и всеобщим расположением, однако любому, кто осмелился бы покуситься на его пирог, не поздоровилось бы.

Чжу Мин мысленно цыкнул языком:

— Лицемерный богатей, строящий из себя добряка.

И в то же время, стоило Вэнь Чжимину взглянуть в его сторону, изобразил на лице стоическое выражение сдерживаемых слёз, самостоятельно пытаясь приподняться.

— Ох, Цзяmu, не двигайся, скорая помощь уже едет!

Заместитель режиссёра испуганно замахала руками, прижимая его к земле, но Чжу Мин с ее помощью уже поднялся на ноги и слабо произнес:

— Я в порядке, я еще могу играть... Ой!

Заметив краем глаза приближающегося от крыши Бай Гэ, он тихонько охнул и снова опустился на колени.

Шкала зелёной чайки пошла вскачь и подлетела до отметки 180.

Бай Гэ никак не ожидал, что Вэнь Чжимин появится здесь именно в этот момент. Злое выражение, затаившееся в уголках его глаз, мгновенно испарилось, сменившись привычной надменно-равнодушной маской. Он подошел к своему агенту и крепко ухватил его за руку.

— Пойдем, Чжимин, у меня больше нет настроения играть.

— И что на этот раз?

Голос Вэнь Чжимина звучал мягко и устало, словно он успокаивал капризного ребенка.

У Чжу Мина от этого зрелища свело зубы. Подняв взгляд, он столкнулся глазами с Бай Гэ, в узких зрачках которого мелькнула тень мрачной злобы, когда тот потащил Вэнь Чжимина за собой.

http://bllate.org/book/36728/4568442