Готовый перевод The Bad Seed Wants to Be a Wife / Негодяй на пути к искуплению: Система идеальной жены [Быстрый переход]: Глава 15

Не нужно терпеть издевательства, не нужно терять всю собственную энергию, оставаясь лишь послушно жаться в объятиях Лу Бинсюня, играя роль послушной и хрупкой повители.

Исполнять обязанности молодой жены и в подходящее время родить ребенка, в чьих жилах будет течь кровь их обоих.

Теплая волна разлилась по всему телу, Чэн Минь с радостью ощущал это, но в самый разгар блаженства его прервал звук открывающейся двери, возвращая в реальность.

Сонный Чэн Минь приподнялся, протирая глаза, и посмотрел вперед.

Жена. Лу Бинсюнь закрыл дверь, держа в руке клетку, накрытую красной тканью, и направился прямо к Чэн Миню. Когда его взгляд упал на него, лицо мужчины резко изменилось: Почему ты опять плохо одет?

Услышав это, Чэн Минь опустил взгляд на себя и обнаружил, что неизвестно когда верхняя пуговица расстегнулась, одежда соскользнула, обнажив плечо.

Заметив недовольный взгляд Лу Бинсюня, Чэн Минь испугался, что тот неправильно его поймет и решит, что он снова кого-то соблазняет, поэтому поспешно ухватил мужчину за руку и тихо пояснил: Нет, вовсе нет, я послушно слуслушаюсь мужа и хорошо одеваюсь. Это во время сна я сам нечаянно расстегнул, я никого не соблазнял.— Конечно, я верю жене. — Лу Бинсюнь улыбнулся, помогая ему натянуть одежду и застёгивая пуговицы. — В конце концов, жена у меня такая послушная, разве станет она тайком за моей спиной шашни крутить и кого-то соблазнять?

С этими словами Лу Бинсюнь перевёл взгляд на Чэн Миня:

— Нравятся ли тебе те платьица, что купил тебе муж? Давай ты будешь носить их только для мужа, хорошо?

— Хорошо. — Чэн Минь моргнул и послушно поддержал слова Лу Бинсюня: — Буду носить только для одного мужа.

— Какая умница. — Лу Бинсюнь обнял Чэн Миня и поцеловал в лоб. — Раз жена такая послушная, конечно, нужно побаловать её небольшим подарком.

— Небольшой подарок? — Услышав слово подарок, Чэн Минь тут же оживился, ухватился за руку Лу Бинсюня и принялся допытываться: — Что за подарок? Клубничный торт?

Поев его утром, молодой господин Чэн никак не мог выбросить клубничный торт из головы. Бывший избалованный аристократ теперь скатился до такого положения.

— Нет, — ответил Лу Бинсюнь. — Жена, попробуй отгадать ещё раз?

Вспомнив про клетку, которую Лу Бинсюнь нёс в руках, когда вошёл, Чэн Минь нашёл ответ в своём сердце и произнёс:

— Это собака?

Услышав это, Лу Бинсюнь помрачнел, ущипнул Чэн Миня за бедро и процедил:

— Ну и глупая же у меня жена. С чего бы мне дарить тебе такой же подарок, как у того чужого мужика?

Чэн Минь замер, сообразив, что этот негодяй всё это время следил за ним. На сердце стало досадно, но он не смел и пискнуть, страшно боясь, что в гневе Лу Бинсюнь просто выбросит его.До того момента он — хрупкий паразит, способный выжить лишь за счёт мужчины, — как он сможет продолжить жить? Неужели ему тоже придётся стать бродячим эльфом и изо дня в день влачить такое жалкое существование, когда смерть кажется предпочтительнее жизни?

Он не хотел этого. А потому должен был во всём слушаться Лу Бинсюня.

— Прости. — Чэн Минь покорно признал свою вину.

Не ожидав, что Чэн Минь так легко опустит голову, Лу Бинсюнь слегка удивился. Опомнившись, он поспешно прижал его к груди и поцеловал:

— Какой же ты глупышка, как я могу по-настоящему на тебя сердиться?

Чэн Минь озарил лицо улыбкой и, услужливо подавшись вперёд, поцеловал Лу Бинсюня в кадык:

— Муж самый лучший.

Настало время распаковки подарков. Лу Бинсюнь поднял клетку на весу и на глазах у Чэн Миня сорвал красную ткань, наброшенную сверху. Он открыл дверцу, и в поле зрения появилась белая крольчиха.

— Этот тебе подходит больше. — Лу Бинсюнь вытащил из клетки сидевшего в углу кролика и бережно положил Чэн Миню на коленки. — Нравится?

Гладя мягкую шёрстку зверька, Чэн Минь улыбнулся и произнёс:

— Нравится, спасибо, муж.

Услышав это, уголки губ Лу Бинсюня взмыли вверх.

Этот белый кролик был до удивления послушным: он замер в объятиях Чэн Миня и не двигался с места, позволяя гладить себя по спине снова и снова. А тот лишь находил всё происходящее забавным и без конца тетешкал своего нового питомца.

— Я приготовил для тебя и другой подарок, — произнёс сбоку Лу Бинсюнь.

Чэн Минь слегка удивился и поднял на него взгляд, пытаясь отыскать на нём оставшийся презент.

Окинув мужчину беглым взором, но так ничего и не обнаружив, он снова перевёл глаза на Лу Бинсюня, и во взгляде его читалась мольба.

Лу Бинсюнь ничего не ответил. В тот же миг одна его рука неожиданно схватила Чэн Миня за щиколотку, и по комнате разнёсся звонкий перезвон колокольчика.

Стоило поднять голову, как Чэн Минь заметил у него в руке цепочку для ног, на которой висел изящный маленький бубенчик, искусно вырезанный в форме кролика.

Пока он застыл в растерянности, его ногу приподняли и опустили на ладонь Лу Бинсюня, который принялся расстёгивать серебряный браслет, не сходивший с его лодыжки долгие годы.

— Тот браслет... — придя в себя и обнаружив, что на щиколотке теперь пусто — остался лишь едва заметный след от ношения украшения на протяжении многих лет, — Чэн Минь замялся, собираясь что-то сказать, но осёкся. — Я носил его столько лет.

— Дешёвый мусор, выбросил — и забыл. — Лу Бинсюнь сунул старый браслет Чэн Миня в карман верхней одежды, поднял новый и застегнул его на ноге юноши. — Тебе не нравится новый браслет, который подарил муж? — С этими словами он кончиком пальца тронул крошечный бубенчик-колокольчик. — Как же он тебе подходит.То, что Лу Бинсюнь называл подходящим, сводилось лишь к тому, что Чэн Минь был подобен крошку — слабый, покорный и беззащитный, изнеженный и неспособный оказать хоть какое-то сопротивление.

Какое у Чэн Миня могло быть право заявить, что ему это не нравится? Бросив взгляд на новый ножной браслет на своей лодыжке, он поднял голову и послушно ответил Лу Бинсюню: — Очень нравится, спасибо, муж.

Лу Бинсюнь был весьма доволен. Потискав Чэн Миня некоторое время, он после завершения обессиленно прижался к груди мужчины, позволяя тому мять и теребить его лодыжку.

— У этого браслета есть еще одна очень полезная функция. — Лу Бинсюнь поцеловал Чэн Миня в щеку. — Жона, тебе точно понравится.

— Какая? — Чэн Минь приподнял веки и лениво посмотрел на него.

— Система раннего предупреждения. — Лу Бинсюнь сжал руку Чэн Миня. — Куда бы ни отправлялась жена, если она столкнется с опасностью, я примчусь в тот же миг.

— Как здорово! — Чэн Минь очень обрадовался.

Будучи эльфом, Чэн Минь, даже лишившись всей своей энергии, после прохождения стадии зрелости быстро вступил в период пресыщения.

В этот момент он свернулся калачиком в одиночестве в комнате, а Лу Бинсюня и след простыл.

Период пресыщения невозможно было облегчить с помощью лекарств — оставалось лишь полагаться на утешение партнера или в одиночку переносить эти мучительные дни.

У Чэн Миня был супруг, а значит, нужно было просто дожидаться возвращения Лу Бинсюня. У того не было причин отказывать своему слабому, похожему на повилику спутнику в поддержке во время периода пресыщения.

Физические ощущения становились все сильнее, тревога и жар охватили все тело. Свернувшись калачиком на маленьком диванчике у окна, Чэн Минь с надеждой всматривался вдаль.

Он надеялся увидеть фигуру Лу Бинсюня.

Но раз за разом его жгло разочарование — Лу Бинсюнь все не возвращался.

К этому моменту симптомы стали уже очень тяжелыми. Тело Чэн Миня невыносимо пылало, словно он провалился в раскаленную печь, перед глазами то и дело темнело, а в ушах непрекращающимся гулом звучали всевозможные шумы.

Он не знал, что делать, чтобы пережить это время.

Слезы прорвали запруду, бесконтрольно скатываясь из уголки глаз. Чэн Минь всхлипывал, крепко прижимая к груди белого кролика и снова и снова выкрикивая имя Лу Бинсюня.

Но мог ли Лу Бинсюнь, находясь далеко снаружи, услышать мольбы о помощи от своей маленькой жены?

Все это было лишь напрасной тратой сил.

— Лу Бинсюнь, мне так плохо.

— Где ты?

— Муж, возвращайся скорее!

Горло Чэн Миня осипло от криков, но ответа по-прежнему не было. Он окончательно сломался и, беспомощный, поднялся на ноги, босиком направляясь к двери.

Из последних сил он распахнул ее.

В коридоре не было ни души. Опираясь на стену, Чэн Минь шатающейся походкой шел вперед — в его голове билась лишь одна мысль: отыскать Лу Бинсюня.

Шаг... второй... Постепенно достигнув своего предела, Чэн Минь осел на пол, и у него больше не осталось сил подняться на ноги.

Слезы продолжали течь, но некому было пожалеть эту прекрасную, беспомощную и хрупкую повилику.

В полузабытьи он услышал приближающиеся шаги, знакомая аура хлынула навстречу. Собрав остатки сил, он приоткрыл глаза — резкие черты лица Лу Бинсюня возникли прямо перед ним.

Чэн Минь моргнул, думая, что у него галлюцинации: — Муж? Это ты?

— Мм. — Тот снял верхнюю одежду, набросил ее на Чэн Миня и отчитал: — Зачем ты выбежал в таком виде? Тебе трудно прожить хотя бы день, не соблазняя людей?

Разум Чэн Миня был затуманен, он не понимал унизительных слов мужа, лишь вцепился одной рукой в его рукав и потерся лицом: — Плохо.

Он почувствовал, как тело Лу Бинсюня напряглось, после чего тот быстро спросил: — Где болит?

— Мне везде плохо. — Чэн Минь капризничал. — Хочу только тебя.

— Хорошо.

Снова оказавшись в комнате, Чэн Минь, словно коала, крепко прилип к Лу Бинсюню, безостанавливаясь телясь и утыкаясь носом ему в грудь.

— Тук-тук-тук.

— Войдите. — Лу Бинсюнь погладил Чэн Миня по лицу. — Потерпи еще немного, скоро все закончится.

— Мм. — Голова гудела, и он знал лишь одно: нужно слушаться мужа.

Кто-то приподнял его за подбородок, и перед глазами возникло расплывчатое человеческое лицо. Чэн Минь поморгал, пытаясь рассмотреть получше.

— У госпожи начался период пресыщения, — раздался женский голос. — Вам просто нужно побыть с ним в это время.

— Разве нет лекарств, способных облегчить симптомы? — он услышал, как его муж задал этот вопрос.

— Нет, — продолжила женщина. — В этот период эльфы наиболее восприимчивы к зачатию. Если вы хотите детей...

— Не хочу. — Чэн Минь ухватился за руку Лу Бинсюня и легко покачал ею. — Мы же договорились, что дети не нужны.

— Мм, не нужны. — Лу Бинсюнь успокаивал его. — Заставлять тебя рожать никто не собирается.

Вглядываясь в лицо Лу Бинсюня, Чэн Минь перевел взгляд ниже и капризно произнес: — Муж, поцелуй меня.

— Хорошо. — Лу Бинсюнь легонько поцеловал его.

— Мало. — Чэн Минь облизал губы и моргнул. — Еще.

Ответом ему стал глубокий поцелуй.

Тем же днем оба заперлись в комнате и не выходили ни шагу, изнутри доносились лишь прерывистые звуки.

Период пресыщения накатывал свирепо, симптомы были сильнейшими. Измотанный до помутнения рассудка, Чэн Минь сохранил в голове лишь одну первобытную цель.

http://bllate.org/book/36723/4567790