Готовый перевод My Boyfriend Isn't Human / Мой парень — не человек: Глава 13

Цао Вэньюань пощелкал электронным замком на входной двери, с треском нажимая кнопки, и наконец отворил ее, приглашая обоих гостей внутрь.

— Владелец Янь желает немного отдохнуть или...

В душе он страстно надеялся, что Янь Чжэн не станет затягивать и сразу перейдет к делу — поднимется наверх взглянуть на ту вышивку.

— Сперва давай посмотрим вещь! — Янь Чжэн проявил редкое понимание. Разве стал бы Цао Вэньюань в такой момент тратить время на чаепитие и праздные беседы? Если бы он и впрямь уселся за стол, то, пожалуй, от волнения покрылся бы градом потóв.

Цао Вэньюань уже не заботился о любезностях: он тут же поднялся на ноги и повел обоих на второй этаж.

— Кабинет наверху.

Янь Чжэн шагнул следом, а Лорд-Правитель, естественно, следовал за ним по пятам. К этому времени его рука полностью отошла, в ней не осталось ни малейшей ломоты или онемения, но он неизменно держался на расстоянии одного шага от своей будущей жены.

Такая дистанция позволяла в равной степени и защищаться, и нападать — невероятно практично, к тому же от супруга веяло легким, едва уловимым ароматом полыни.

Пока они переговаривались, уже добрались до кабинета на втором этаже. Кабинет Цао Вэньюаня был оформлен в том же ключе, что и гостиная внизу: просто и строго. Стоило бросить взгляд вокруг, как создавалось впечатление, будто вокруг сплошные книжные шкафы.

Исключением являлась лишь стена напротив письменного стола — на ней не было ни единого шкафа, вместо этого висела картина, крупный свиток, исписанный размашистыми, полными динамики иероглифами, из которых Янь Чжэн не смог разобрать ни единого.

— Где же сама вещь? — Янь Чжэн обошел взглядом картину и окинул взором всю комнату, но не заметил ничего похожего на изделие из вышивки.

— Я велел убрать ее в сейф, — ответил Цао Вэньюань и подошел к стоящему у него за спиной сейфу высотой примерно по пояс. Ловко введя пароль, он извлек оттуда рамку для картин.

По всей видимости, это и была та антикварная вышивка человеческим волосом, привезенная из Сучжоу. Говорили, что ей уже исполнилось двести лет, однако сохранилась она безупречно: если не считать слегка пожелтевшего шелка, на ней не было ни единого повреждения.

Сама вышивка оказалась небольшой: коричневая деревянная рамка с узорчатой ажурной резьбой по периметру обрамляла полотно размером примерно с два сложенных вместе листа формата А4. На ткани была вышита красавица. Девушка в багровом платье оборачивалась назад, бросая взгляд через плечо; ее брови и глаза были вышиты тончайшими шелковыми нитями, проработанными до мельчайших волосков — казалось, она была живой.

Более того, роскошные черные волосы девушки на портрете целиком состояли из настоящих человеческих волос. Подобно облакам и туману, они даже спустя столько времени сияли первозданным блеском, выглядя так, словно были созданы совсем недавно.

Среди дошедших до нас исторических образцов вышивки волосом портреты реальных людей встречались крайне редко: помимо пейзажей, мастера изображали в основном лишь Будд и бодхисаттв Гуаньинь.

Девушка на этом портрете излучала сияние, а ее исполненный глубокого чувства взгляд явно выдавал послание возлюбленному.

Янь Чжэн долго рассматривал работу, но не обнаружил в ней ничего странного — напротив, вышивка показалась ему поистине прекрасной. Неудивительно, что Цао Вэньюань так не хотел с ней расставаться.

— Сейчас всё равно ничего не разглядеть, давай-ка повесим ее обратно! Мы останемся здесь на ночь. — Янь Чжэн протянул вышивку хозяину дома.

Лянь Чжэнь тоже не заметил ничего необычного, посчитав это полотно самым обыкновенным рисунком. Впрочем, раз любимая супруга решила остаться, он, разумеется, не собирался возражать.

Наступила стремительная темнота. Огромная вилла пустовала, и в этой звенящей тишине царила тягостная, одинокая атмосфера.

Цао Вэньюань устроил Янь Чжэня и Лянь Чжэня в гостевой комнате, после чего удалился в собственную спальню. Стояла сильная жара, и после ужина, пропотей, он сбросил одежду и отправился в ванную освежиться под душем. На самомльном деле, едва он успел намылиться наполовину, как раздался звонкий металлический стук — будто что-то упало на кафель.

Цао Вэньюань опустил взгляд: на полу лежал ярко-желтый квадратный кулон, а обрывок красного шнурка смывало потоком воды. Этот талисман подарил ему дедушка, когда мальчику исполнилось три года. Все эти годы он носил его не снимая, прямо у сердца. Поговаривали, что вещица эта была горячо любима дедом, который страстно верил в суеверия: старик искренне считал, что золотая пластинка, вымоленная у просветленного монаха, приносит удачу и бесчисленное количество раз спасала его внука от смертельной опасности.

Сам Цао Вэньюань относился к этому скептически — он отроду не любил золотые украшения, но носил амулет лишь потому, что тот достался в наследство от деда.

Он наклонился, поднял чисто золотую пластинку и небрежно положил ее на раковину, решив завтра же купить новый шнурок.

Закончив мыться, он машинально прихватил книгу и привалился к изголовью кровати. В спальне стояла глубокая тишина, кондиционер поддерживал приятную прохладу. Вскоре его сморУрил сон, и он провалился в дремоту.

В то же время в соседней комнате Янь Чжэн сидел на кровати скрестив ноги, обхватив себя руками и дулся на прилипчивого Лянь Чжэня, который наотрез отказывался уходить.

Ну до чего же он назойливый! У него ведь есть собственная комната, так какого черта нужно тесниться здесь?

Лорд-Правитель проявлял в этом вопросе железобетонную упрямость: он был готов спать на коврике у двери, лишь бы не возвращаться к себе.

— Ладно, раз так, сиди там и не двигайся! — в сердцах бросил Янь Чжэн, откинулся на постель, повернулся к незваному гостю спиной и с головой накрылся одеялом, закутавшись на совесть.

Стоило ему еще хоть раз взглянуть на этот несчастный, умоляющий взгляд — и его оборона рухнула бы окончательно.

И надо же такому случиться — здоровый мужик, а смотрит глазами брошенного щенка!

Лянь Чжэнь некоторое время в унынии постоял на месте, после чего притащил подушку и улеглся на короткошерстный ковер прямо у подножия кровати.

При этом он утешал себя тем, что так любимая супруга находится совсем рядом.

Стрелки часов совершали оборот за оборотом. Лорд-Правитель уже погрузился в крепкий, сладкий сон, слегка приоткрытый рот выдавал человека, наслаждающегося приятным сновидением.

Янь Чжэн же лишь поверхностно дремал. Из-за смены постели и незнакомой обстановки уснуть по-настоящему не удавалось — он чутко реагировал на любой шорох и был готов вскочить в любую секунду.

Разве мог он сравниться с этим толстокожим Лянь Чжэнем? Тот дрых так крепко, что даже начал слегка посапывать. Янь Чжэню казалось, будто у него под кроватью разлегся огромный пес, а он с детства до жути боялся собак, особенно крупных пород.

Чем больше он размышлял об этом, тем сильнее нарастало возмущение. В конце концов он не выдержал, приподнялся и свесил голову с края матраса: Лянь Чжэнь спал на спине, раскинувшись во весь рост, и выглядел на удивление мирно. В серебристом лунном свете его обычно резкие, суровые черты лица казались мягкими, переносица была высокой и прямой, отбрасывая аккуратную тень, а ресницы... черт возьми, да у него были длинные ресницы!

Просто противоестественно! Зачем здоровому мужику такие длинные ресницы? На хлеб их не намажешь!

В голове Янь Чжэня исподволь зашевелился коварный план: ему жутко захотелось достать маленькие ножницы и остричь эти ресницы под корень.

До чего же всё бесило!

По правде говоря, когда Лянь Чжэнь молчал с непроницаемым выражением лица, от него исходила тяжелая, внушающая трепет аура прирожденного властелина.

Однако стоило ему обратиться к нему, как этот фасад холодности рушился под натиском истового обожания — взгляда голодного пса, уставившегося на сочную мозговую кость.

Чего ради он вообще крутится рядом с ним?

Янь Чжэн ломал голову, но так и не мог найти ответа. У него ведь ни гроша за душой, ни влияния — что в нем могло привлечь такого человека?

Раздражает!

И пока он, маясь от скуки, лежал в постели и пялился в потолок, из главной спальни донесся истошный вопль. Не успел Янь Чжэн и пальцем шевекнуть, как спавший на полу Лянь Чжэнь единым рывком взметнулся на кровать, принимая защитную стойку — его грациозность и молниеносность казались нечеловеческими.

Янь Чжэн опешил. В глазах Лянь Чжэня читалась абсолютная, звенящая бдительность, а следом раздался второй крик. Янь Чжэн поспешно откинул одеяло и соскочил с постели.

В главной спальне, разумеется, спал Цао Вэньюань.

Уткнувшись в книгу, он незаметно для себя задремал.

Вскоре его сморил крепкий сон. Хотя в доме и водилась нечисть, сам он до сих пор не видел ее собственными глазами, а потому не испытывал тяжелого психологического груза.

В полусне Цао Вэньюань ощутил, как кто-то вошел в комнату. Он не придал этому значения, наивно полагая, что вернулась жена. Последние события расшатали его нервы, он несколько ночей подряд толком не смыкал глаз, и теперь, пока в соседней комнате ночевал приглашенный специалист, он надеялся хорошенько выспаться. Даже не пытаясь разглядеть незваного гостя, он просто перевернулся на другой бок и продолжил спать.

Но спустя мгновение смутная тревога вновь царапнула сознание.

Постойте-ка, ведь жена в больнице!

Днем по телефону она говорила, что задержится еще на пару дней, так как она могла вернуться ни слова не сказав?

Вспомнив недавние слова супруги о том, что у изголовья ее кровати кто-то стоял, Цао Вэньюань почувствовал, как по спине побежали мурашки. Его вмиг обдал липкий пот, а разум прояснился.

Сглотнув подступивший к горлу ком, он судорожно попытался себя успокоить: всё в порядке, ничего страшного не случится, раз уж до сих пор не столкнулся с призраком лицом к лицу, с чего бы ему объявляться именно сейчас?

К тому же, в соседней комнате находился владелец Янь...

Скорчившись под одеялом, Цао Вэньюань оцепенел от ужаса, не смея пошевелить и пальцем. Он спиной чувствовал чье-то присутствие, и хотя понимал, что оборачиваться нельзя, перебороть себя не смог...

В полумраке спальни у края постели стояла женщина с бесстрастным лицом. Ее черные растрепанные волосы ниспадали на плечи, мертвенно-бледная кожа казалась белее снега, а ярко-алые губы резали глаз на этом фоне. Пустые черные глазницы упорно, не мигая, сверлили его...

Всё вокруг вопило о том, что это не галлюцинация.

А-а-а!

Не в силах совладать с собой, Цао Вэньюань испустил истошный, истерический вопль.

В следующую секунду дверь с грохотом распахнулась, и в комнату, сжимая в руке Зонт Хаоса, влетел Янь Чжэн.

Потревоженная женская фигура медленно обернулась. Окинув ворвавшегося растерянным взглядом, она уже собиралась сделать шаг вперед, но, заметив что-то в руках Янь Чжэня, в панике бросилась к двери и выскользнула из комнаты.

Янь Чжэн машинально щелкнул выключателем. Преследовать беглянку он не стал — призрачная дева растворилась в воздухе едва ли не в мгновение ока.

Смертельно бледный от страха Цао Вэньюань сидел на кровати, вцепившись в одеяло и до сих пор не отойдя от шока, его душа словно покинула тело.

Призраки и впрямь существовали!

Убедившись в этом воочию, он поверил безоговорочно.

— Ч-что... что происходит? — придя в себя, дрожащим голосом выдавил он.

Янь Чжэн обошел кровать и протянул ему стакан воды, чтобы тот немного успокоился. Цао Вэньюань принял его трясущимися руками — ему действительно требовалось прийти в себя.

— Я пока не до конца уверен. Сейчас я пойду поймаю ее, а ты оставайся здесь и никуда не уходи. — С этими словами Янь Чжэн обернулся к Лянь Чжэню, намереваясь оставить того сторожить хозяина дома: — Ты тоже побудь здесь.

Лянь Чжэнь явно не горел желанием подчиняться. Бви брови его сошлись на переносице, а лицо помрачнело пуще прежнего. Стоило Янь Чжэню сделать шаг, как тот двинулся следом — оставаться он явно не собирался.

— Не слушаешься? — Янь Чжэн дошел до дверей, обернулся, уперся указательным пальцем в грудь гиганта и, задрав подбородок, вызывающе глянул на него снизу вверх. — Тогда в следующий раз не поедешь со мной!

Лянь Чжэнь замер.

Угроза подействовала безотказно. Лянь Чжэнь заколебался: рассердить любимую жену чревато самыми тяжкими последствиями.

Мало того, что по возвращении домой он останется без ужина, так она еще несколько дней не станет с ним разговаривать.

Лорд-Правитель одновременно злился и чувствовал себя уязвленным. Высиживая неподвижной скалой посреди комнаты, он излучал такую свирепую, леденящую ауру, будто обнажил клинок из ножен — от одного его вида по телу пробегали мурашки.

Янь Чжэн украдкой сглотнул слюну, ощутив легкий укол страха, но поспешно отдернул руку, развернулся и выбежал прочь.

Мамочки! До чего же он жуткий!

Даже отбежав на приличное расстояние, Янь Чжэн все еще чувствовал остаточное сердцебиение. Он успокаивающе похлопал себя по груди и, оглянувшись убедиться, что преследователь не увязался хвостом, наконец шумно выдохнул. Подумать только: этот детина мог бы в два счета раздавить его одним пальчиком, а меж тем он держал его в ежовых рукавицах!

Это ощущение...

Просто великолепно!

От автора:

Ой-ой-ой...

Янь Чжэн наверняка даже не подозревает, какую беду накликал на свою голову?

Как он посмел обидеть Лорда-Правителя?!

http://bllate.org/book/36699/4564676