Готовый перевод Married to a Man I Hate / Брак с «дьяволом капитала»: Нежный плен для омеги: Глава 4

Юэ Цинфэй украдкой покосился на экран телефона:

— Ой, и ещё: мы не должны позволять себе никаких близких контактов, включая держание за руки, объятия, поцелуи и… — он провёл пальцем по экрану, — секс.

По другую сторону от кабинки Фу Ли снова сделал глоток кофе и некоторое время молчал.

Юэ Цинфэй слегка нахмурился:

— Ты вообще слушал?

— Мм, очень чётко, только у меня есть вопрос, — Фу Ли опустил чашку на стол. — С какой стати я должен на это соглашаться?

Что?

Юэ Цинфэй замер.

— Я же всё проверил, свадьба между двумя незнакомыми людьми — это лучшее решение для обеих сторон, — Юэ Цинфэй протянул телефон, словно боясь, что тот ему не поверит. — Сам посмотри.

Фу Ли бросил взгляд на телефон с треснутым углом экрана, а затем перевёл взгляд на Юэ Цинфэй:

— Это не лучшее решение.

— В смысле?

— Мы уже женаты, и я должен выполнять обязанности супруга: еда, одежда, жилье, поездки и все остальные вопросы — моя забота. Для этого тебе нужно переехать ко мне, а детали мы сможем обсудить, когда вернёмся домой.

Юэ Цинфэй широко распахнул глаза:

— Кто просил тебя о мне заботиться?

— Прости, возможно, я выразился некорректно, и это вызвало у тебя некоторое напряжение, тогда сформулирую иначе...

— Вот именно, не говори всякую чепуху...

— Ты мне нравишься.

Фу Ли продолжил:

— С первого взгляда ты приглянулся мне, ты очень милый, и я надеюсь, что в объективных условиях нашего брака мы постепенно узнаем друг друга и сможем субъективно перерасти в любовные отношения.

— ...

Юэ Цинфэй окаменел на месте.

Раздался громкий звук: неподалёку кто-то опрокинул чашку с кофе, и только тогда Юэ Цинфэй пришёл в себя от шока.

— Т-ты что за бред несёшь?

— Разве это бред? — Фу Ли изогнул бровь. — Разве ты сам не считаешь себя милым?

— Ну, вообще-то я и правда милый, но ты не смеешь любить меня, потому что я тебя не люблю, — испугавшись, что тот не отступится, добавил Юэ Цинфэй. — У меня есть любимый человек.

Уголки губ Фу Ли изогнулись в едва заметной усмешке:

— Правда? Тот мужчина, о котором ты упоминал вчера?

Юэ Цинфэй скрестил руки на груди и ничего не ответил:

— В общем, не смей меня любить. Не думай, что раз мы поженились, то я не стану тебя ненавидеть.

Фу Ли спросил:

— За что меня ненавидеть?

Юэ Цинфэй вспомнил слухи о бездушных демонах-капиталистах, о том, как его принудили исполнить брачный контракт, и как из-за его попытки сбежать дядя заставил сестру вернуться на родину… А ещё это лицо, точь-в-точь как у Янь Суна.

Чем лучше был его Янь Сун, тем сильнее Юэ Цинфэй ненавидел Фу Ли.

— Разве ты сам не знаешь, какой ты отвратительный? — в ответ бросил Юэ Цинфэй.

Фу Ли на мгновение замер, но затем улыбнулся уголками губ и кивнул:

— Справедливо замечено.

Всё, что Юэ Цинфэй хотел сказать, он уже высказал. Напоследок бросив взгляд на заставленный сладостями стол, он с явным сожалением поднялся.

Фу Ли остановил его:

— Продукты пропадут зря. Побудь со мной, съешь хоть немного, прежде чем уходить, ладно?

Юэ Цинфэй с видимым трудом опустился обратно:

— Ну ладно.

Пока Юэ Цинфэй сметал со стола все сладости с ураганной скоростью, Фу Ли больше не произнёс ни слова. Откинувшись на спинку дивана, закинув ногу на ногу, держа в правой руке чашку кофе и подперев лицо левой рукой, он с явным интересом наблюдал за ним из-за стёкол очков.

— Чего ты на меня пялишься?

— Поехали со мной домой, — произнёс Фу Ли. — Буду каждый день баловать тебя вкусняшками.

Случайный прохожий в кофейне:

— Торговцы людьми теперь даже не пытаются притворяться?

Юэ Цинфэй подхватил чемодан и бросился наутёк.

Осташись в кофейне, Фу Ли проводил взглядом удаляющуюся спину парня, который успешно догнал автобус, и поднял букет, который так и не смог вручить:

— Розы тебе тоже не нравятся?

— Этот Фу Ли просто невыносим!

Юэ Цинфэй нашёл свободное место и уселся, но не успел даже толком устроиться, как на следующей остановке уступил место пожилой бабушке.

Пристроившись на своём чемодане, он уткнулся в телефон, продолжая игнорировать Фу Ли, неведомо откуда раздобывшего его номер.

Неизвестный номер: [Изображение]

Неизвестный номер: Это кухня в нашем доме, духовка отличная, в ней можно печь много тортов.

Этот аппарат: У нас нет никакого «нашего»!

Неизвестный номер: [Изображение]

Неизвестный номер: Это вторая кухня в доме.

Юэ Цинфэй тяжело прикрыл глаза и отправил контакт в чёрный список.

Автобус покачивался на ходу, пассажиры вокруг дремали или уткнулись в экраны телефонов.

Юэ Цинфэй сверился с расписанием предстоящих семестровых экзаменов, убрал телефон и случайно заметил кофейное пятно на джинсах мужчины, сидевшего по диагонали напротив. Это был тот самый человек из кофейни, который нечаянно опрокинул чашку.

Мужчина отвёл телефон от лица задремавшей напротив женщины, сделал снимок, напечатал что-то и вышел на остановке.

Юэ Цинфэй на мгновение задумался и бросился за ним.

Спустя несколько секунд пассажиры в автобусе дружно уставились в окна: мимо промелькнула розоволосая фигура, стремительно катившая за собой чемодан.

— Ах ты маньяк-фотограф, а ну стоять…!

Разобравшись с обидчиком и удалив фотографии, Юэ Цинфэй радостно вернулся домой. Потерянный студенческий билет он даже не заметил. Стоило ему толкнуть входную дверь, как он нос к носу столкнулся с Юэ Ванцзуном.

Странно, но Юэ Ванцзун не сказал ни слова, не стал допытываться, с какой стати тот надумал вернуться домой, и даже не стал ругать за вчерашний побег — напротив, он велел слугам приготовить для него другую спальню.

Едва переступив порог новой комнаты, Юэ Цинфэй получил ответ на свои вопросы.

На столе красовались именно те сладости, что он ел в кофейне, а рядом стоял тот самый букет роз, от которого он отказался, — всё это прислали люди Фу Ли.

Дядя изменил своё отношение не по доброй воле, а лишь потому, что решил проявить уважение к Фу Ли.

С брезгливой гримасой Юэ Цинфэй отнёс цветы в самый дальний угол и небрежно швырнул их туда. Чёрная карта выскользнула из букета и провалилась в щель между тумбой и стеной.

SugarCube: Я всё равно не смог бы это съесть, добро бы пропало зря, так что я уже раздал всё остальное другим.

Фу Ли поднял руку, и оживлённая дискуссия в конференц-зале мгновенно стихла.

Этот аппарат: Хорошо, раз они уже твои, тебе и решать, как с ними поступить.

Этот аппарат: Но я был бы очень рад, если бы ты оставил себе тот букет роз.

SugarCube: [Изображение]

SugarCube: Не радуйся раньше времени!

На прикреплённом фото розы одиноко и чинно торчали из абсолютно пустой мусорной корзины.

Этот аппарат: sad face [Ошибка отправки]

Фу Ли усмехнулся, отложил телефон и знаком велел продолжать совещание.

Вернувшись в кабинет, Фу Ли застал там Шан Жуна, ожидавшего его уже довольно долго.

— Дядя, — Фу Ли жестом попросил помощника выйти.

Опершись бедром о край стола, Шан Жун отложил в сторону совместную фотографию Фу Ли и его матери:

— Только что закончилось заседание совета директоров, заглянул проведать тебя.

Корпорация Фу изначально выросла из группы Хэньяо, основанной дедом Фу Ли по материнской линии.

В своё время Фу Чэнь женился на представительнице семьи Шан и вошёл в их семью на правах зятя; опираясь на ресурсы и платформу тестя, он превратил Хэньяо в нынешнего гиганта. После смерти тестя Фу Чэнь, уже прочно удерживавший контроль над группой в своих руках, без промедления сменил название компании, развелся с первой женой Шан Фу и тут же женился на молодой женщине из семьи застройщиков, родив от неё младшего сына.

Теперь в корпорации Фу за семьёй Шан осталось лишь одно кресло в совет директоров — то самое, которое занимал заместитель председателя Шан Жун.

Шан Жун хлопнул Фу Ли по плечу, опустился на диван и тяжело вздохнул:

— Если мы хотим прочно закрепиться в корпорации Фу, нам необходимо сперва заручиться поддержкой стариков из старой гвардии Хэньяо. Цзоу Ин подняла вопрос о помолвке, которую заключил твой дед, заявив, что раз ты старший сын, то обязан следовать этому обязательству. Мне жаль, что тебе пришлось ввязаться в эту женитьбу.

Фу Ли сохранял полное спокойствие:

— Всё в порядке.

Шан Жун утешил племянника ещё несколькими словами, пообещав, что по завершении всех дел они смогут как можно скорее оформить развод. Фу Ли ничего на это не ответил, лишь завёл разговор о проекте выделения девелоперской компании мачехи в самостоятельную дочернюю структуру с последующим проведением её акционирования и привлечением инвестиций.

Проводив Шан Жуна, Фу Ли вызвал помощника.

— Продолжай. Завтра у него экзамен, а потом?

Помощник доложил об обстановке вокруг сессии Юэ Цинфэя и под настойчивым взглядом Фу Ли с трудом выдавил из себя:

— Судя по отзывам университетских профессоров, сдать экзамены успешно вряд ли получится.

Фу Ли бегло просмотрел данные о посещаемости и результатах промежуточных тестов Юэ Цинфэя и кивнул:

— Вполне ожидаемо, он же не любит экономику.

Ожидаемо?

Помощник остолбенел.

Закончив доклад, помощник покинул кабинет и, строго следуя указаниям Фу Ли, изменил контактные данные семьи во всех записях Юэ Цинфэя.

Вот только даже Фу Ли не ожидал, что первый звонок поступит так быстро.

Здравствуйте, это офис студенческой дисциплины Цзинганского университета. Я верно понимаю, что вы родитель Юэ Цинфэя?

Автор писал:

*

Сначала дэдди, а потом муж.

http://bllate.org/book/36593/4550039