Готовый перевод My Secret Crush is a Stand-in Scum Gong / Любовь к «белой луне»: как выжить в мире второсортного романа: Глава 15

Думая о Лян Цзиншэне, он совершенно забыл, что Чжао Цяньвань и Пэй Цзиньли встречаются.

Заметив, как Пэй Цзиньли то и дело поглядывает на Цзян Циня, Чжао Цяньвань помрачнел. Вспомнив их прошлые отношения, он почувствовал, как вспыхнувшая ревность затмевает разум, и внезапно бросил Цзян Циню:

— Цзян Цинь, разве ты не поздороваешься, увидев брата Цзиньли?

Опущенные ресницы быстро дрогнули. Что ж, то, чему суждено было случиться, в конце концов неизбежно произойдет.

Цзян Цинь посмотрел на них обоих. Чжао Цяньвань стоял рядом с Пэй Цзиньли, прижавшись к нему так близко, что на первый взгляд они казались очень близкими людьми, и вызывающе глядел на Цзян Циня.

Предполагаемой сцены, где Цзян Цинь выходит из себя от гнева и теряет самообладание, не последовало. Лицо Цзян Циня оставалось спокойным, а светло-карие глаза напоминали невозмутимую гладь озера.

— Мгм.

Мгм?!

Чжао Цяньвань растерялся. Что значит это его «мгм»?

Сказав это, Цзян Цинь развернулся и ушел, оставив позади ошеломленного Чжао Цяньваня и Пэй Цзиньли, чей глубокий взгляд неотступно следовали за его удаляющейся спиной.

Глава 8

На балу было полно народу, и Цзян Цинь спрятался в каком-то углу, молясь, чтобы никто его не отыскал.

— Цзян Цинь!

Чжао Цяньвань вновь заявился с грозным видом. Цзян Цинь тихо вздохнул и с неохотой сделал пару шагов из своего убежища.

— Предупреждаю тебя: лучше оставь свои дурные мысли! Если из-за тебя сегодня сорвется мой день рождения, я тебя живьем не отпущу!

Цзян Цинь чувствовал себя совершенно вымотанным и, услышав это, протяжно вздохнул: «Ох».

Чжао Цяньвань замер: ?

Его что, сейчас просто отделались отговоркой?

Яростно сверкнув глазами на Цзян Циня, он снова развернулся и ушел.

На вечеринке собралась сплошная молодежь, и нравы царили на редкость свободные. Прячась в углу дивана, Цзян Цинь то и дело видел, как кто-то самозабвенно целуется на соседних сиденьях.

Влажные звуки и чмоканье, многократно усиленные музыкой, доносились прямо до ушей. Цзян Цинь отвернулся, и его фарфорово-белые кончики ушей полностью покраснели.

Он же всё еще здесь!

Более того, некоторые во время поцелуев вдруг замечали его и даже спрашивали, не хочет ли он присоединиться.

!

Присоединиться?!

Его чистота погибла, QAQ.

Цзян Цинь, боец за чистую любовь, проживший более двух десятков лет и ни разу даже не державшийся с кем-то за руки, чуть не взорвался на месте от такого предложения.

— Не нужно!

Мужчина окинул взглядом красотку в своих объятиях, затем перевел взгляд на покрасневшего Цзян Циня и нашел спутницу скучной. Сбросив партнершу на соседнее сиденье, он с легкой ухмылкой произнес:

— Молодой мастер Цзян, неужто ты всё еще девственник?

Цзян Цинь едва не задохнулся от ярости. Напрягшись всем телом, он процедил бесстрастным голосом:

— Какое твое дело?

Мужчина немного замялся. Он был наслышан о прошлых выходках Цзян Циня и знал, что за его спиной стоят два великих клана — Семья Цзян и Семья Се, так что связываться с ним не стоило.

Но Цзян Цинь был до того хорош собой! Жемчужина, которую с детства лелеяли на ладони, и правда отличалась от тех дешевых светских вертихвосток, что вились в кругах богачей. В нем одновременно уживались высокомерие и наивность, и даже его сердитое, холодное выражение лица разжигало в мужчинах вожделение.

В конце концов похоть победила разум. Мужчина подошел к Цзян Циню, гордо выпятил таз и соблазнительно протянул:

— Не хочешь попробовать, молодой мастер Цзян? Тебе понравится.

Не успел он договорить, как мощный толчок отбросил его назад на пару шагов.

— Какого черта толкаешься, ублюдок?!

— Я.

— Ты, мать твою… — вторая половина фразы застряла у мужчины в горле. Увидев Пэй Цзиньли, он мгновенно преобразился: лицо его исказилось в подобострастной улыбке. — Молодой мастер Пэй.

— Проваливай, — лаконично бросил Пэй Цзиньли.

Мужчина тут же испарился.

Как только тот ушел, хмурое выражение на лице Пэй Цзиньли исчезло, и он участливо спросил:

— Циньцинь, он тебя не обидел?

Цзян Цинь тупо покачал головой.

Глядя на Цзян Циня, Пэй Цзиньли вспомнил дерзость того типа, и пламя в его груди разгорелось с новой силой.

Человек, к которому он сам еще даже не прикасался, как смел кто-то другой пытаться опередить его?

— Спасибо.

Хотя Цзян Цинь не любил Пэй Цзиньли, он всё же вежливо поблагодарил его.

— Циньцинь, тебе никогда не нужно говорить мне эти два слова, — голос Пэй Цзиньли прозвучал низко и искренне, а глубокие глаза, подобные синеве океана, были прикованы к Цзян Циню.

Если бы он не знал о подлой натуре Пэй Цзиньли как главного негодяя, то, пожалуй, даже поверил бы на мгновение.

Цзян Цинь шевельнул губами, но в итоге ничего не сказал.

Благородный мужчина отбросил высокомерие, и Пэй Цзиньли решил ковать железо пока горячо:

— Циньцинь, давай сойдемся снова.

Не ожидая, что мужчина окажется столь настойчивым, Цзян Цинь мысленно тяжело вздохнул, поднял голову и встретился взглядом с Пэй Цзиньли:

— Пэй Цзиньли, кажется, в прошлый раз я выразился предельно ясно.

Лицо Пэй Цзиньли застыло. Его искренние чувства, которые он преподнес на блюдечке, истоптали в грязи, а гордость баловня судьбы была задета. В глубине его глаз мелькнул опасный огонек:

— Цзян Цинь, я тебе настолько противен?

Цзян Цинь:......

В момент, когда атмосфера накалилась до предела, откуда ни возьмись появился Чжао Цяньвань.

Чутко оценив обстановку между ними двумя, он быстро догадался обо всем. Скрипя зубами от злости на безмозглого Цзян Циня, он одновременно сгорал от безумной ревности.

— Брат Цзиньли, что ты тут делаешь? — Чжао Цяньвань подошел ближе и любовно взял Пэй Цзиньли под руку, с удивлением обнаружив, что тот не оттолкнул его. Хищный блеск промелькнул в его глазах. Задрав подбородок, словно гордый павлин, он с вызовом повернулся к Цзян Циню: — О, Цзян Цинь, ты тоже здесь.

Цзян Цинь промолчал, мысленно завопив: Опять! Теорема Первоисточника снова в деле!

Затем Цзян Цинь заметил, что дело не ограничивается одной лишь Теоремой Первоисточника: со всех сторон на них устремились взгляды зевак — любители зрелищ тоже подтянулись.

Хватит вам всем так любить чужие драмы! — мысленно взмолился Цзян Цинь.

Чжао Цяньвань же был только рад толпе. Благосклонность Пэй Цзиньли служила ему опорой, и он, выпятив грудь и приняв надменный вид, заявил Цзян Циню:

— Цзян Цинь, вы с братом Цзиньли уже расстались, и я надеюсь, что с этого момента ты перестанешь виться вокруг него.

Цзян Цинь:?

Словно опасаясь, что Цзян Цинь разоблачит его, Чжао Цяньвань не дал тому вставить ни слова и продолжил:

— Брат Цзиньли теперь со мной, так что, если у тебя есть хоть капля самоуважения, держись впредь подальше от нас с Цзиньли.

Услышав это, Цзян Цинь бросил взгляд на Пэй Цзиньли.

Пэй Цзиньли промолчал, тем самым выражая молчаливое согласие.

Глаза Цзян Циня сияли всё ярче и ярче.

!

У них продвижение идет полным ходом!

http://bllate.org/book/36567/4545152