Готовый перевод Fake Love, Real Romance with the Film Empress / Фальшивый роман с кинодивой: от камер до алтаря: Глава 8

Эту кинозвезду выручила исключительно Цю Цинъань!

Наша Гэ Цзян ничуть не хуже!

Цяньсюэ, Цяньсюэ!

В трансляции разгорелся жаркий спор.

Вилла. Первой заговорила Цю Цинъань:

— Поесть немного фруктов после ужина — тоже неплохая идея.

Юй Цяньсюэ согласно кивнула, в её тоне явно сквозило желание угодить:

— Верно, я как раз хотела поесть вишни.

Вещи вокруг и правда стоили очень дорого, и все были осведомлены об этом ещё до выхода из дома.

То, что Чжу Нинъюэ, будучи избалованной наследницей богатой семьи, не умела делать покупки, было вполне нормально.

Даже им самим пришлось приложить немало усилий, чтобы отыскать места подешевле.

Поэтому на самом деле никто никого не упрекал.

Убедившись, что все не против, Сыкун Юань, разумеется, не стала больше ничего говорить.

Она ласково взяла Цю Цинъань под руку:

— Цинъань, давай готовить вместе. Сделаем всё так, как мы заранее обговорили, хорошо?

Глядя на её излишне вольные движения, Гу Наньсюань опасно прищурилась.

Пользоваться чужой популярностью со стороны ещё куда ни шло, но распускать руки — это уже никуда не годится.

Не успела она подумать о том, как их разлучить, как Цю Цинъань незаметно высвободила руку из хватки Сыкун Юань и взяла со стола часть продуктов:

— Давайте сначала распределим обязанности.

Она посмотрела на Сыкун Юань:

— Я и ты — мы отвечаем за приготовление двух блюд на каждого, хорошо?

— Конечно хорошо! — Сыкун Юань давно мечтала проявить себя и нетерпеливо достала из шкафчика утварь, готовясь показать всё своё мастерство.

— Я помогу помыть овощи, — Гэ Цзян отнесла подлежащую мытью зелень к раковине.

Юй Цяньсюэ оглядела присутствующих и тихо произнесла:

— А я могу помочь нарезать овощи, — после чего тоже встала у зоны подготовки продуктов.

В общем и целом, все нашли себе занятие по душе.

Чжу Нинъюэ привыкла к тому, что дома ей всё подавали на блюдечке, ничего не умела и в первый момент просто не знала, за что взяться.

Она посмотрела на Гу Наньсюань, которая преспокойно отдыхала на диване, фыркнула, подошла и легонько пнула её ногу:

— Чего ты не идёшь помогать?

Гу Наньсюань откинулась на спинку дивана:

— С меня хватит и того, что я тут присматриваю.

Проследив за её взглядом, Чжу Нинъюэ обнаружила, что с этого места прекрасно видна вся кухня.

Сейчас Цю Цинъань стояла рядом с Сыкун Юань и разговаривала.

Безупречный профиль, уголки губ тронута едва заметная, мягкая улыбка. Свет, падавший сверху, словно окутывал её легчайшим сиянием.

Даже надетый на неё розовый фартук нисколько не умалял её завораживающей изысканной ауры.

Даже Чжу Нинъюэ невольно подумала про себя: какая же она красивая.

Придя в себя, она заметила, что Гу Наньсюань смотрит прямо на неё опасным, полным настороженности взглядом.

Она почувствовала себя несколько озадаченной:

— Чего тебе?

Гу Наньсюань:

— На кого это ты только что пялилась?

Чжу Нинъюэ фыркнула:

— Жадина.

С этими словами она перестала смотреть в сторону Цю Цинъань и отправилась искать глазами Гэ Цзян.

Глава 8

Гэ Цзян держалась скромно, но работала очень старательно.

Стоя у зоны мытья, она аккуратно, лист за листом, обрывала зелень и споласкивала её под проточной водой.

Черты её лица не были яркими и броскими, скорее выдавая в ней что-то мальчишеское, а контур профиля отличался особой чёткостью.

Когда она улыбалась, от неё веяло невероятным теплом и лёгкостью.

Наблюдая за ней добрую минуту, Чжу Нинъюэ наконец набралась храбрости, подошла и встала рядом:

— Давай я помогу тебе помыть.

Гэ Цзян повернула голову, бросила на неё взгляд и, не отказываясь, подвинулась, уступая ей часть раковины.

Повторяя её движения, Чжу Нинъюэ взяла с горки овощ, оборвала листья и подставила их под струю крана.

Заметив, что сегодня та одета в кофту с длинными рукавами, Гэ Цзян подсказала:

— Подверни рукава, а то намочишь.

— А? — Чжу Нинъюэ на мгновение замерла, но тут же сообразила: — Ой, хорошо.

Держа в руках напомытую зелень и не зная, куда её положить, она растерянно замерла.

Увидев это, Гэ Цзян вытерла руки полотенцем:

— Давай я помогу.

С этими словами она протянула руку, обхватила её за запястье и аккуратно, складка за складкой, принялась закатывать рукав повыше.

Ткань на рукавах Чжу Нинъюэ была тонкой и мягкой, и Гэ Цзян, опасаясь, что он снова развернётся, подоткнула его ещё чуть выше.

Её пальцы неизбежно скользили по запястью, касаясь кожи на руке.

Чжу Нинъюэ слегка покраснела и, когда Гэ Цзян отпустила её руку, едва слышным, похожим на жужжание комара голосом произнесла слова благодарности.

Гэ Цзян не расслышала:

— Что ты сказала?

Чжу Нинъюэ пришлось повторить:

— Я говорю — спасибо.

— Не стоит, пустяки, — Гэ Цзян снова взяла со стола зелень.

Украдкой бросив взгляд на её профиль, Чжу Нинъюэ ощутила в груди не только прилив нежности, но и какую-то новую, сладкую истому.

Заметив её взгляд, Гэ Цзян поинтересовалась:

— У меня что-то на лице?

— Ничего, — не ожидавшая, что её раскусят, Чжу Нинъюэ тут же опустила голову и продолжила споласкивать листья.

Зрители трансляции уловили нечто странное:

Эй-эй, вы только что видели? Чжу Нинъюэ тайком пялилась на Гэ Цзян?

С чего бы ей глазеть на Гэ Цзян? Тебе показалось что ли?

И правда, это шоу на выживание только началось, неужели она уже успела влюбиться?

Мне тоже показалось, что я это видела.

Впрочем, всё длилось лишь мгновение, и те, кто заметил это, не могли с уверенностью сказать, что именно имела в виду Чжу Нинъюэ — возможно, просто совпадение.

Прохладная вода журчала на ладонях, и лишь спустя довольно долгое время Чжу Нинъюэ удалось унять жар на щеках.

Сложив вымытую зелень в корзину, она взяла следующий кочан.

Глядя на то, как та справляется с работой, Гэ Цзян заметила, что несколько листьев остались грязными, и ей пришлось вытаскивать их из корзины и перемывать заново.

Видя, что Чжу Нинъюэ собирается закинуть в воду следующую порцию, она тактично её остановила:

— Давай остальное я домою сама, а ты сходи посмотри, не нужна ли кому-нибудь помощь.

— Хорошо, — не уловив подвоха, Чжу Нинъюэ вытерла руки и отправилась проведать остальных.

Цю Цинъань раскладывала по тарелкам купленные Гэ Цзян и остальными готовые закуски и выкладывала полуфабрикаты, готовясь к дальнейшей готовке.

Тем временем Сыкун Юань жарила куриные крылышки на сковороде прямо у плиты. Сырое мясо, соприкасаясь с раскалённым маслом, издавало громкое шкворчание.

А Юй Цяньсюэ усердно стучала ножом по разделочной доске.

Обойдя всех кругом, Чжу Нинъюэ пришла к выводу, что не умеет делать абсолютно ничего из перечисленного.

Она вернулась к Гэ Цзян:

— Кажется, я им там не нужна, давай я всё-таки продолжу помогать тебе с мытьем.

Ускорив движения, Гэ Цзян ответила:

— Я здесь почти закончила, иди лучше посиди с Наньсюань.

Разочарованно протянув:

— Ну ладно.

В гостиной Гу Наньсюань, заметив её возвращение, спросила:

— Ты чего это вернулась?

Чжу Нинъюэ опустилась рядом с ней на диван:

— Цзян-Цзян сказала, что почти всё домыла, и я ей больше не нужна.

— Вот как, — Гу Наньсюань знала о её тайной страсти к Гэ Цзян. — Даже если домыла, могла бы постоять рядом, зачем уходить-то?

— И правда! Как это я не додумалась? — услышав это, Чжу Нинъюэ горько пожалела о содеянном.

Но возвращаться было уже поздно, оставалось лишь тоскливо смотреть в сторону кухни.

Гу Наньсюань бросила на неё косой взгляд:

— Никогда бы не подумала, что ты такая дурочка.

Чжу Нинъюэ было не до перепалок, на её лице застыло выражение тоски и угрюмости.

Бессильная чем-либо помочь, Гу Наньсюань лишь пожала плечами и снова перевела взгляд на свою кинозвезду.

Вдруг заметив что-то, она резко вскочила на ноги и направилась на кухню.

Сыкун Юань с влажной салфеткой в руках уже собиралась стереть капли масла с рук Цю Цинъань, но не успела её рука коснуться чужой кожи, как её отстранили в сторону.

Гу Наньсюань бесцеремонно выхватила салфетку из её рук:

— Я сама.

С этими словами она крепко взяла Цю Цинъань за руки и принялась тщательно, палец за пальцем, вытирать их дочиста.

Закончив, она швырнула грязную салфетку в мусорное ведро и вернулась в гостиную.

Сыкун Юань на мгновение замерла, ошеломленная происходящим, словно не понимая, откуда этот человек так внезапно появился и так же внезапно испарился.

Зрители трансляции тоже пребывали в полном недоумении:

Зачем Гу Наньсюань помешала Сыкун Юань вытереть руки кинозвезде Цю?

Понятия не имею.

Кажется, куриные крылышки надо перевернуть, — мягко напомнила стоявшая рядом Цю Цинъань.

Сыкун Юань пришла в себя:

— А? Хорошо.

Ой, кажется, немного пережарила, — взглянув на подрумянившиеся по краям крылышки в сковороде, она поспешно схватила лопатку, чтобы их перевернуть.

В этот момент она засуетилась, её прежняя элегантность и невозмутимость испарились без следа, и думать о камерах больше не было сил.

Цю Цинъань тоже вернулась к своим обязанностям, действуя на этот раз гораздо осторожнее.

Когда она выкладывала продукты, то случайно проронила каплю соуса, из-за чего руки испачкались в масле.

Она лишь хотела попросить Сыкун Юань подать кухонную салфетку, но никак не ожидала, что та полезет вытирать её сама.

Зная ревнивый нрав Гу Наньсюань, она понимала, что раз та это увидела, а она сама не успела отстраниться, то вечером по возвращении ей придется долго её задабривать.

Впрочем, ничего дурного в этом она не видела.

Учитывая степень их близости, если бы она сама увидела кого-то другого, проявляющего двусмысленный интерес к Гу Наньсюань, она бы тоже ревновала.

Около шести часов вечера готовые блюда подали к столу.

Сыкун Юань поставила приготовленные ею два кушанья на самое видное место.

Изысканная сервировка и искусно подобранная цветовая гамма блюд выглядели невероятно аппетитно.

Лента комментариев в трансляции запестрела хвалебными отзывами:

Да у Сыкун Юань уровень шеф-повара из пятизвёздочного ресторана!

Наша Юань-Юань просто невероятна!

Разумеется, звучали и скептические голоса:

Толку с одной лишь красоты, ещё неизвестно, вкусно ли это.

Наньсюань, Нинъюэ, идите ужинать, — позвала Юй Цяньсюэ сидевших на диване девушек.

Гэ Цзян вышла из кухни с тарелками и палочками для еды, расставляя их на столе.

Гу Наньсюань поднялась с места и вместе с Чжу Нинъюэ перебралась к обеденному столу.

Цю Цинъань села рядом с Гу Наньсюань.

Гэ Цзян расположилась напротив Цю Цинъань.

Стол был длинным, и с каждой стороны помещалось ровно по три человека.

http://bllate.org/book/36538/4540249