Готовый перевод After Inheriting My Fortune, They Begged For My Forgiveness / Наследство из прошлых жизней: Они умоляют о прощении: Глава 12

Разница в уровнях была слишком велика, чтобы Система могла оставаться к этому равнодушной. Однако, стоило ей вспомнить, что именно такой жизни для себя в прошлой реинкарнации желал сам Юнь Бе, как гнев улетучивался, уступая место лишь бессильному разочарованию.

Эх, Юнь Бе выглядел таким поникшим… Пожалуй, через пару дней стоит подкинуть ему задание с гарантированной прибылью.

Когда они были на середине обеда, на новый телефон Юнь Бе поступил первый звонок — звонили из службы управления недвижимостью. Охрана жилого комплекса интересовалась, стоит ли впускать несколько машин, которые привезли товары, якобы купленные им сегодня.

— Да, это мои покупки, пропустите их, — ответил Юнь Бе.

Повесив трубку, он спросил у Системы, завершен ли ремонт дома, а то если всё это придется затаскивать внутрь самостоятельно, он с ног собьется.

— Ремонт завершен в точном соответствии с выбранным тобой дизайн-проектом. Я схожу, открою дверь и прослежу, чтобы всё занесли в дом.

Система исчезла, оставив Юнь Бе в изумлении: до чего же она продвинутая! Оказывается, она может даже покидать его сознание, чтобы контактировать с людьми в этом мире!

Не успели они доесть, как Се Синань получил звонок из студии. Он отложил палочки, извинившись, что должен срочно уйти. Юнь Бе не посмел его задерживать, попросил забрать все подарки и остался доедать в одиночестве.

Вскоре кабинет опустел. Голос Системы тоже молчал, и Юнь Бе внезапно почувствовал, что остался совсем один. Аппетит пропал.

Посидев еще немного, он неожиданно получил звонок от Юнь Ду. Тот требовал вернуться в Семью Юнь и привел довод, которому невозможно было отказать:

— Отец вернулся, хочет тебя видеть.

Через полчаса Юнь Бе переступил порог виллы. Картина была той же, что и в прошлый раз: материнская нежность, сыновья почтительность, всеобщая гармония. Даже всегда строгий Юнь Цихуэй сегодня едва заметно улыбался, создавая иллюзию добродушного отца.

Юнь Бе невозмутимо вошел, сел, как и в прошлый раз, ни на кого не обращая внимания, и тут же предсказуемо вызвал волну недовольства своим неуважительным поведением.

Слушать одни и те же нотации было скучно. Юнь Бе нетерпеливо бросил:

— Говорите по делу, не тратьте время.

Его машина осталась на подземной парковке торгового центра, и он уже переплачивал за лишний день стоянки.

Похоже, Юнь Цихуэй не ожидал от Юнь Бе такого тона. Он прищурился, внимательно разглядывая «сына». Он знал: характер у Юнь Бе мягкий, замкнутый, тот всегда стремился избегать конфликтов. Дома он был послушным и тихим, терпел обиды, не устраивал истерик и молча ждал их возвращения.

Вернее, Юнь Цихуэй не просто знал об этом — то, что Юнь Бе вырос таким, было результатом его собственного целенаправленного воспитания. Не родной ребенок — какая разница, как его ломать?

Да, Юнь Цихуэй давно знал, что Юнь Бе ему не сын. В богатых семьях всегда проявляют осторожность: еще до детского сада он провел тест на отцовство. Узнав правду, он был в ярости, решив, что жена ему изменила. Однако он сохранил рассудок и тайно сделал тест между женой и Юнь Бе — результат был тем же: никакой кровной связи.

Пережив первый шок, супруги быстро взяли себя в руки. Раз уж это подкидыш, то и вкладываться в него нет смысла. Если он вырастет талантливым — это может принести пользу Семье Юнь, но рано или поздно они найдут своего настоящего ребенка, и тогда достижения Юнь Бе лишь затмят его блеск.

За одну ночь они всё решили. Игнорирование и давление должны были разрушить Юнь Бе изнутри. Юнь Цихуэй сказал жене: Мы кормим его, даем кров и статус отпрыска богатого семейства — мы уже проявили достаточно совести. В конце концов, он сам виноват, что появился на свет не вовремя.

Но сейчас... Юнь Бе, стоявший перед ним, разительно отличался от прежнего. Никакой покорности, никаких просящих взглядов. Казалось, он больше не жаждет любви и внимания этой семьи. Эта мысль мелькнула в голове, но Юнь Цихуэй тут же отбросил ее. Как такое возможно? Человек уже сформирован, страх и комплекс неполноценности у него в крови — разве так легко измениться?

Придя к такому выводу, Юнь Цихуэй еще сильнее разозлился на невоспитанность Юнь Бе. «Ничего удивительного, — подумал он, — это же не гены Семьи Юнь, сплошная низость».

— Юнь Бе, ты меня разочаровал, — низким голосом произнес Юнь Цихуэй. Раньше, стоило ему заговорить так, как Юнь Бе тут же впадал в панику и начинал униженно просить прощения.

Но теперь Юнь Бе просто достал телефон, даже не удостоив его взглядом.

Сколько лет прошло, никто не смел так его игнорировать! Юнь Цихуэй вскипел, хлопнул по столу:

— Совсем страх потерял! Твое воспитание коту под хвост пошло? Старший говорит, а ты в телефон уткнулся!

Юнь Бе убрал телефон, но когда Юнь Цихуэй уже приготовился услышать извинения, тот просто взял со стола фрукт и откусил кусок.

— Думаешь, я не посмею вышвырнуть тебя вон? Думаешь, если носишь фальшивый титул господина Семьи Юнь, то можешь спать спокойно? — Юнь Цихуэй насмешливо скривился. — Никчемный, неотесанный дурак. Столько лет рос в моем доме и ничему не научился. Посмотри на Чу Юй! Восемнадцать лет страдал на чужбине, а вернулся и сразу стал помогать семье. Твои волосы не стоят того, чтобы сравнивать тебя с ним! Ты ни на что не годишься, так еще и позоришь нас на людях!

Он перевел взгляд на Юнь Ду:

— Я сколько раз говорил, не бери его на банкеты! Только позорит дом. Кто тебя научил врать и при всех ставить Чу Юй в неловкое положение? Давно надо было выбросить тебя из Семьи Юнь!

Хотя Юнь Бе стал таким именно благодаря его усилиям, Юнь Цихуэй больше всего на свете ненавидел таких людей. Теперь, когда можно было открыто выплеснуть всё свое раздражение, он чувствовал странное удовлетворение.

Юнь Бе неторопливо очистил манго. Дождавшись, пока голос затихнет, он медленно поднял глаза на семейство напротив. Внезапно усмехнувшись, он спросил:

— Выговорился?

Он подошел ближе и с силой размазал манго по лицу Юнь Цихуэя.

— Теперь моя очередь.

Глава 17: Осталось один юань пятьдесят девять фэней

Юнь Бе продолжал улыбаться, но в комнате воцарилась мертвая тишина. Его движение было таким внезапным и немыслимым, что Юнь Цихуэй оцепенел, не веря своим ощущениям, пока его дрожащие пальцы не коснулись липкой жижи на лице.

Юнь Бе взял другой фрукт и, не глядя, с силой запихнул его в рот Юнь Цихуэю.

— Любишь орать? Поори еще, кто знает, сколько тебе осталось. Это я слишком уважителен к старшим, иначе сейчас тебе в рот полетело бы кое-что похуже.

Юнь Цихуэй задергался в рвотном позыве, набив рот ворсистой мякотью киви. Он был взбешен и унижен, его лицо покраснело, как у вареного краба.

Юнь Бе перевел взгляд на прекрасную госпожу Юнь. Наклонив голову, он схватил Юнь Цихуэя за волосы, притягивая их ближе, и сок манго и киви, всё еще стекавший с лица отца, брызнул на лицо госпожи Юнь. Он был еще теплым.

— А-а! — взвизгнула госпожа Юнь в ужасе. — Ты сошел с ума?!

Юнь Бе бросил на нее холодный взгляд. Он не питал к ней жалости — с этой глупой и злобной женщиной не о чем было говорить.

В этот момент Юнь Ду, наконец придя в себя, вскочил и в ярости бросился к Юнь Бе:

— Да ты, мать твою, жить надоело?!

Юнь Бе резко обернулся, его глаза полыхнули ледяным холодом, и он отвесил Юнь Ду пощечину, не сдерживая силы. Если к остальным членам семьи он испытывал лишь разочарование и брезгливость, то к Юнь Ду он чувствовал настоящую ненависть.

Разве можно не ненавидеть того, кто убивал тебя в каждой жизни?

— Юнь Ду, запомни: раньше я терпел тебя только потому, что ты мой младший брат, но теперь ты для меня — пустое место. Кто ты вообще такой? Хочешь быть чьим-то верным псом — пожалуйста, только не лезь ко мне.

Юнь Бе влепил Юнь Ду еще несколько пощечин. Он сам не понимал почему, но стоило ему увидеть лицо Юнь Ду, как внутри закипала ярость — хотелось разорвать его на куски.

После последнего удара в лицо он не успокоился. Схватив со стола яблоко, он начал колотить им по голове Юнь Ду. Сок брызгал во все стороны, пачкая остальных членов семьи. Те невольно зажмурились, уже будучи на грани нервного срыва от страха и грязи.

Оттолкнув Юнь Ду, который едва держался на ногах, Юнь Бе посмотрел на Юнь Чуюй.

При встрече взглядами Юнь Чуюй вскрикнул, вскочил со стула и бросился бежать, но было поздно. Юнь Бе ухватил его за волосы и рванул назад. Юнь Чуюй жалобно закричал, запрокинув голову.

— А что насчет тебя? Я лжец? Я искажаю факты, клевещу и обижаю тебя, да? — Юнь Бе рассмеялся, ярко и вызывающе. Его смех сделал эту жалкую картину еще более гротескной. — Так кто здесь на самом деле клевещет и искажает правду!

Юнь Бе с силой швырнул его на стол прямо грудью на острые шипы дуриана, что вызвало новую серию воплей.

— Раз вы такая дружная семья, привыкли друг другу помогать, так и здесь не отставайте.

На столе было полно сезонных фруктов, особенно манго — говорили, что их держали постоянно, потому что Юнь Чуюй их очень любил. Это было очень кстати.

Юнь Бе начал один за другим запихивать манго прямо в рот Юнь Чуюй, отчего те лопались, брызгая соком.

— М-м... М-м-м! — Юнь Чуюй мотал головой, пытаясь увернуться, Юнь Ду пытался схватить Юнь Бе сзади, чтобы спасти брата.

Юнь Бе ледяным взглядом оглянулся на него, прищурился, и его губы растянулись в злой усмешке.

В следующую секунду он вытащил манго изо рта Юнь Чуюй и с молниеносной скоростью впечатал его прямо в лицо Юнь Ду:

— Ты ведь так любишь прислуживать, так ценишь своего дорогого второго брата, правда? Надеюсь, ты не побрезгуешь тем, что он только что выплюнул?

Юнь Ду, который секунду назад открыл рот, чтобы выругаться, почувствовал, как что-то влетело прямо внутрь, и в тот же миг вкус манго взорвался у него на языке.

Раньше он не был фанатом манго, но и не ненавидел его. Сейчас же ему хотелось лишь засунуть пальцы в горло и вывернуться наизнанку.

Юнь Бе сгреб в кучу уже превратившиеся в кашу фрукты. Ему было противно, но зрелище доставляло ему огромное удовольствие. Он безумно хохотал, размазывая месиво по лицам и телам членов семьи, грубо втискивая остатки им в рот.

http://bllate.org/book/36535/4539840