Готовый перевод The Little Saver's Wife Fund Status / Мисс Скряга копит на любовь: история одной безответной влюбленности: Глава 6

Это десятки и десятки тысяч, ей вполне хватит.

С такой машиной она сможет добраться до самых высоких гор и добыть лучшие целебные травы. Разве её студия лекарственных трав после этого прогорит?

Лун Сюань:

— Хм, есть одно условие.

Лун Си, прижимая к себе журнал, не могла оторвать от него взгляда, ощущая себя так, словно вот-вот воспарит к бессмертным:

— Я готова пройти сквозь огонь и воду, лишь бы ты, сестрица, не взяла свои слова назад.

Это был момент, где нельзя было допустить ни единой ошибки. Лун Си помрачнела и со всей серьёзностью спросила Лун Сюань:

— Сестрица, ты сейчас в здравом уме? Ты отвечаешь за свои слова?

Несмотря на недостаток сна и пульсирующую боль в висках, Лун Сюань была уверена: яснее, чем сейчас, она ещё никогда не была. Она отчётливо, слово за словом, произнесла:

— Я в полном сознании и отвечаю за свои слова.

Лун Си отбросила журнал в сторону, выпрямилась и отвесила сестре глубокий поклон:

— Что нужно сделать? Приказывай. Я готова пожертвовать головой и вывернуть душу наизнанку, не задумываясь ни на миг.

По сравнению с излишне возбуждённой Лун Си, Лун Сюань казалась куда спокойнее. Она тихонько разглядывала младшую сестру и произнесла:

— Всё не так серьёзно. Я просто хочу, чтобы ты кое-что для меня разведала. Это для тебя будет совсем нетрудно.

Лун Си закивала, как заведённая, и тут же предала своего начальника, которому ещё недавно поклонялась:

— Что бы ты ни хотела узнать — спрашивай, я всё расскажу.

Сделка была крайне выгодной, обмен прошёл гладко, и Лун Си мечтала навсегда запечатлеть эту улыбку на своём лице.

— Задаток я уже внесла. Завтра пойдешь по этому адресу, узнаешь, как забрать машину, и после того, как въедешь в горы, будешь держать со мной связь.

Камень с души свалился, голова прояснилась. Лун Сюань почувствовала, что наконец-то сможет выспаться — ведь от сестры она получила важнейшие сведения.

— Без проблем! Сестрица, ты ведь собираешься отдыхать? Нужно тебя проводить?

Лун Сюань отмахнулась, показывая, что не нужно.

— Тогда я ещё поваляюсь, поуспокаиваюсь, провожать не буду.

В мгновение ока Лун Си превратилась в маленького дракончика длиной в сорок сантиметров и, обняв одеяло, принялась кататься по кровати.

— Валяйся, а я пойду в свою комнату.

Лун Сюань с заботой закрыла за ней дверь.

Однако выяснилось, что просто поваляться недостаточно. Обуреваемая волнением, Лун Си приоткрыла дверь, протиснулась в щель и бросилась к ногам Шэнь Цзайцин. Поступив как кукушка, занявшая чужое гнездо, она бесцеремонно вытеснила Дацай.

Возбуждённый маленький дракончик, явно напрашивающийся на неприятности, повернулся к Шэнь Цзайцин спиной и прижался к её ногам, выражая готовность принять любое наказание, лишь бы получить порцию внимания:

— Мам, ну пни меня пару раз, а?

Шэнь Цзайцин была слишком увлечена телевизором и не хотела, чтобы её отвлекали. Она слегка подтолкнула её носком туфли:

— Иди в сторону.

Лун Си тут же вцепилась в её ногу:

— Ещё пару раз пни, глядишь, я в этом году даже на дом накоплю!

Она считала, что только благодаря этим двум пинкам от мамы к ней пришла такая удача. Если бы та тогда не приложила силу, и они бы с сестрой поссорились, этот внедорожник ей бы точно не светил. В такой момент не прославлять свою дорогую маму было бы просто кощунством.

Шэнь Цзайцин, почуяв неладное, поставила телевизор на паузу, перевела взгляд на маленького дракончика и спросила:

— О чём это вы там с сестрой шептались?

Лун Си, сияя от радости, принялась нести чепуху:

— Да так, обсуждали, что поесть на ужин!

Рука Шэнь Цзайцин скользнула мимо драконьих рогов и легла на загривок. Она слегка прищурилась, всем своим видом показывая: ты правда думаешь, что я в это поверю?

Лун Си тут же перестроилась, стараясь выглядеть убедительно:

— Ладно, ладно, скажу правду. Сестрица приходила просить, чтобы я разбудила её завтра утром, она хочет встать пораньше. Она поставила тридцать будильников, но всё равно боится проспать, говорит, что я справлюсь лучше.

Шэнь Цзайцин отрезала:

— Врёшь.

Лун Си нахмурилась. Чувство опасности нарастало. Она ведь думала, что придумала отличный повод, чтобы спокойно заниматься своими делами, как же она забыла, что её мать так просто не провести?

Пока её глаза бегали по сторонам в поисках нового оправдания, рука Шэнь Цзайцин незаметно ухватила её за драконьи усики и начала наматывать их себе на палец.

В их семье дёрганье за драконьи усики означало высшую меру допроса, самый эффективный способ выведать правду. Драконьи усики были для дракона чувствительнее носа, глаз или ушей: они были пронизаны нервными окончаниями и при этом оставались самой хрупкой частью тела, боль в которой не сравнить ни с чем другим.

Даже не нужно было сильно тянуть — достаточно было приложить лишь немного усилий, наматывая их на палец, чтобы маленький дракончик тут же упал на колени, моля о пощаде.

Лун Си не ожидала, что мама пойдёт на такой метод. Знала бы заранее, спрятала бы драконьи усики поглубже, чтобы у той не было ни единого шанса. Но теперь было поздно. Видя, что мать вот-вот применит силу, Лун Си решила, что общее благо важнее, и тут же сдалась:

— Говорю, я всё скажу!

После того как всё было рассказано, Лун Си почувствовала себя обделённой. Сестрица Муму подкупила её, вложив огромные деньги в студию. Родная сестра подкупила её, вытащив свои скрытые активы, чтобы купить машину. А мать потребовала информацию, просто надавив авторитетом родительницы.

Глава 4

Лун Сюань казалось, что её сознание медленно прядёт шёлковую нить.

Всё остальное погрузилось в глубокий сон, и лишь эта тонкая нить продолжала неустанно тянуться, обвивая сознание круг за кругом, от плоскости к объёму, слой за слоем, превращаясь в плотный, непроницаемый кокон.

Когда она засыпала, ничто не могло её разбудить. Вместе с семьёй они перепробовали тысячи способов, но всё было тщетно — она могла проснуться, только если сама того захочет, сама разорвёт этот тесный, душный кокон.

Вчера голова была слишком тяжёлой, старая болезнь вновь напомнила о себе, вынудив её лечь пораньше. Она не знала, сколько сейчас времени, знала лишь одно: всё её сознание стремилось погрузить её в ещё более глубокий сон, и тело покорно следовало этому порыву.

Это был дурной знак. Если кокон станет слишком толстым, она не сможет услышать установленное напоминание, не сможет найти выключатель сознания, чтобы пробудиться самостоятельно.

У неё на утро были дела, очень важные дела. Она хотела услышать напоминание, встать в запланированное время и успешно во всём разобраться. Но та единственная живая ниточка сознания была занята лишь плетением тюрьмы, усердно трудилась и совсем не хотела слушать хозяйку.

http://bllate.org/book/36524/4538487