Готовый перевод The Only Normal Person in a CEO Romance Novel / Обычный парень в мире властных боссов: Глава 10

— Разве мы с тобой не вышли на пенсию? — спросил он, не питая никаких теплых чувств к Системе, которая прежде выжимала из него все соки.

Система 44 невозмутимо ответила:

— Появилось новое задание. Изначально предполагалось привязать меня к самому сильному по энергетике существу в этом малом мире, но, обнаружив здесь тебя, я решил, что со старым знакомым работа пойдет куда сподручнее.

Ци Цзи мгновенно уловил суть:

— Какое еще задание?

— Изменить судьбу, идущую вразрез с небесами. А если точнее: я иду против небес, а ты меняешь судьбу. Я намерен свергнуть Главную Систему и установить свои порядки. Тогда ты сможешь беззаботно жить в этом малом мире, не опасаясь, что другие системы будут докучать тебе.

Ци Цзи замолчал.

— В древние времена за мятеж полагалась смертная казнь.

По одному лишь описанию было ясно, что работенка та еще, так что он вежливо отказался.

Система знала характер своего давнего напарника, поэтому не стала скандалить, а просто принялась ждать, пока он смирится.

— Дружеское напоминание: самый сильный в этом мире — Мо Тяньтянь. Я проследил за ним несколько дней и пришел к выводу, что он не такой уж хороший человек.

— Значит, ты сначала хотел сотрудничать с Мо Тяньтянем, но, поняв, что он не подходит, пришел ко мне?

Как только эти слова слетели с его уст, оба умолкли. Система 44 осознала, что случайно проболталась.

— При таком подходе нам будет трудно продолжать диалог.

На самом деле Системе хотелось заполучить послушного носителя. Ци Цзи был хорош во всем, кроме своей неуправляемости. Изначально Система полагала, что Мо Тяньтянь — это наивный цветочек, которым легко манипулировать, но после пары дней наблюдений стало понятно, что тот тоже тот еще фрукт.

С одной стороны — проблемная Система, с другой — безмозглый Лу Юэбай. Ци Цзи подхватил посуду и поспешил на кухню, с тоской осознавая, что впереди его ждут беспокойные дни. Похоже, его прекрасная жизнь на пенсии отдалялась всё дальше.

Только он зашел на кухню и собрался поставить посуду, как чьи-то сильные руки зажали ему рот и утащили в подсобку. Рефлекторно отбившись, Ци Цзи замер, глядя на лежащего без чувств Ли Сыняня, и на мгновение лишился дара речи.

Стоявший рядом Шэнь Юньшу тихо вздохнул:

— Хорошо, что нашелся козел отпущения.

Иначе сейчас здесь валялся бы он сам.

Видя, что ситуация накаляется, Шэнь Юньшу выразительно указал на угол кухни. Ци Цзи посмотрел туда и увидел Гу Линчжоу и Мо Тяньтяня. Их освещала лишь тусклая лампа, но, глядя на их примечательную внешность, можно было подумать, что это сцена из молодежной дорамы.

Шэнь Юньшу прищурился и негромко произнес:

— Гу Линчжоу спрашивает Мо Тяньтяня, что означали его недавние слова. Мо Тяньтянь отвечает, что это была просто болтовня, и просит не принимать близко к сердцу.

Ци Цзи взглянул на лицо Мо Тяньтяня: в нем читалась такая пронзительная, хрупкая грусть, что любой бы понял: эти слова были ложью.

— Ого, у тебя тут тоже есть своя роль, — продолжал комментировать Шэнь Юньшу. — Мо Тяньтянь не понимает, зачем Гу Линчжоу заставил тебя участвовать в шоу, намекая, что его кандидатура подошла бы лучше.

Ци Цзи умел читать по губам и понимал, что Мо Тяньтянь выразился куда более витиевато, так что, не приглядевшись, этого подтекста и не заметить.

Спустя мгновение Шэнь Юньшу с ехидной интонацией принялся передразнивать:

— Как я завидую помощнику Ци, он может постоянно быть рядом с тобой. Не то что я: на съемочной площадке могу лишь смотреть на луну и думать о тебе.

Ци Цзи бросил взгляд на Шэнь Юньшу, затем на смущенного Мо Тяньтяня, и ему стало нечего сказать. Был ли Мо Тяньтянь хорошим человеком — вопрос спорный, но вот в том, что Шэнь Юньшу — тот еще провокатор и любитель зрелищ, сомневаться не приходилось.

У Ци Цзи не было привычки подслушивать чужие интрижки, особенно если одним из участников был его непосредственный начальник. Добросовестно исполнив роль робота-уборщика и вычистив кафе до блеска, он дождался развязки. Вскоре оба появились на виду. Мо Тяньтянь, если не считать слегка покрасневших глаз, выглядел как обычно, на лице по-прежнему блуждала мягкая улыбка.

Заметив, что вся посуда вымыта и убрана в стерилизатор, он с удивлением произнес:

— Прошу прощения, я совсем не смог помочь.

Лу Юэбай лишь фыркнул, не желая поддерживать разговор. Лицо Мо Тяньтяня на мгновение застыло, но он тут же снова улыбнулся:

— Похоже, господин Лу меня не очень жалует. Что ж, мне придется постараться больше.

— Мне кажется, или Лу Юэбай особенно ненавидит Мо Тяньтяня? Раньше он так же презирал Ци Цзи, но не до такой же степени!

— Да кто не знает, что Лу Юэбай терпеть не может таких смазливых мальчиков, как Мо Тяньтянь? К тому же Мо Тяньтянь не сто юаней, чтобы всем нравиться.

— А что, если не Мо Тяньтяня, то нужно любить хамов, которые ругаются на каждом шагу? Хейтеры, не будьте такими злобными, лишь бы очернить Тяньтяня, готовы наговорить что угодно.

— По-моему, у Тяньтяня просто слишком добрый характер, он даже злиться не умеет. Его обидели, а он и не заметил — так жалко его.

Гу Линчжоу подошел и взъерошил волосы Мо Тяньтяня, тот поднял голову и одарил его лучезарной улыбкой.

Шэнь Юньшу вытащил из подсобки увесистого Ли Сыняня:

— Господин Ли потерял сознание на кухне. Господина Янь Хэгуана до сих пор не видно, подозреваю, это его рук дело.

Едва он договорил, как звякнул колокольчик над дверью. Кто-то из персонала собрался объявить, что кафе закрыто, но, обернувшись, увидел именно того, о ком говорил Шэнь Юньшу.

Янь Хэгуан все еще был в наряде горничной. Из-за его роста под метр девяносто вид у него был весьма странный. Но когда все перевели взгляд на цветы в его руках, то невольно застыли в изумлении. Он что, вот так, в платье горничной, расхаживал по улице и покупал цветы?

Янь Хэгуан, ни на кого не глядя, вручил букет Ци Цзи.

— Сотрудник магазина сказал, что гипсофилы символизируют счастье и прекрасную встречу. Мне показалось, это идеально подходит к сегодняшней теме.

Режиссер Чжан Мин, с интересом наблюдавший за происходящим, вдруг почувствовал неладное. Разве это не было шоу, где богачи пробуют себя в обычной жизни? Почему в нем вдруг смешались идол-дорама, детектив и мыльная опера?

— Как мне посчастливилось увидеть этот балаган в обычный вечер! Ставлю триста шестьдесят, что этот сезон взорвет рейтинги.

— Почему они все делают что-то свое? Экран один, а глаза разбегаются.

— А-а-а, кто-нибудь позаботится о Ли Сыняне? Он лежит вниз головой, как будто помирает!

Чжан Мин, у которого дергался глаз, прочитал хаотичные сообщения в чате и только тогда вспомнил, что на полу кто-то лежит. Он тут же позвал врача. Тот, приступая к работе, был уверен, что в подобном шоу ничего не случится и он легко заработает денег. Реальность же нанесла ему тяжелый удар: за один день двое упали в обморок, и неизвестно, что будет дальше.

Результат осмотра был удивительно похож на диагноз Лу Юэбая: короткая потеря сознания, нужно просто немного отдохнуть.

После короткого переполоха Чжан Мину пришлось вмешаться и взять ситуацию под контроль:

— Все видели, как вы сегодня старались, но, к сожалению, целевые показатели не достигнуты.

Видя, как в глазах Лу Юэбая полыхает ярость, режиссер махнул помощнику, чтобы тот раздал отчеты о продажах.

— Кроме Ци Цзи, никто не справился.

Результат был ожидаем: для президентов, привыкших к роскоши с пеленок, выдержать день в сфере обслуживания — уже достижение.

— Значит, мы сегодня останемся без ужина? — холодно спросил Гу Линчжоу, теребя край платья горничной.

Мо Тяньтянь потянул его за рукав и застенчиво предложил:

— Вообще-то, я могу оплатить ужин для всех.

Чжан Мин оказался в трудном положении. Лишить гостей еды — это он мог, но вот с инвесторами так поступать… В этот момент он краем глаза заметил владельца кафе, который с миской риса в руках с интересом наблюдал за происходящим. Глаза Чжан Мина загорелись, словно у утопающего, увидевшего спасательный круг.

Владелец, едва не подавившись рисом, был втянут в разговор.

— Вообще-то вы не заслужили ужин, но владелец кафе сказал мне, что хочет отблагодарить Ци Цзи за сегодняшний труд и угостить всех вас.

Владелец действительно говорил нечто подобное, но тогда он хотел угостить только Ци Цзи, и получил вежливый отказ. Сейчас, когда историю пересказали в искаженном виде, владелец смотрел на всех с недоумением, но не успел и слова сказать, как его утащил помощник режиссера.

Как бы то ни было, результат устроил всех, и лица гостей заметно смягчились. Когда принесли ужин, Лу Юэбай снова выказал недовольство, ковыряясь в тарелке:

— И что это такое? Я никогда не ем то, что стоит дешевле трех тысяч.

Шэнь Юньшу грациозно проткнул вилкой лист салата, отправил его в рот, нахмурился и промокнул губы салфеткой:

— Я вспомнил, что врач просил меня не есть на ночь. Спасибо за угощение.

Затем он обратился к помощнику режиссера:

— Будьте добры, упакуйте порцию с собой. Ли Сынянь все еще в отключке, положите побольше зелени, это полезнее.

Пока остальные воротили носы, Ци Цзи уже доел свою порцию и с энтузиазмом просил у режиссера еще. Янь Хэгуан пододвинул свою тарелку к Ци Цзи и с надеждой в глазах улыбнулся:

— Не мог бы ты применить свою магию, чтобы сделать еду вкуснее?

Ци Цзи, уже успевший снять парик и платье горничной, сделал это с тем же самым безжизненным выражением лица, что и всегда. Все присутствующие вдруг почувствовали, будто на тарелку Янь Хэгуана легла тень, отчего еда стала выглядеть еще менее аппетитно.

Мо Тяньтянь съел пару ложек, сославшись на необходимость следить за весом, отложил приборы и, поблескивая глазами, посмотрел на режиссера:

— У меня сейчас нет съемок, можно мне остаться еще на несколько дней?

Режиссер, разумеется, был только рад лишним рейтингам и с радостью принял Мо Тяньтяня, а в следующую секунду неожиданно объявил следующую профессию для испытания.

http://bllate.org/book/36513/4537438