Готовый перевод Golden Cypress: A Life Thrown / Золотой кипарис: Вкус чужой судьбы: Глава 15

Он действительно беспокоился, что Цзинь Бо могут обнаружить репортеры. У него был особый статус, и если бы их сфотографировали, то возникла бы целая череда проблем, основанных на пустых домыслах. Кто бы мог подумать, что Цзинь Бо зайдет так далеко в своих размышлениях и при каждом удобном случае будет приплетать сюда Шэнь Сюлиня.

Они еще немного постояли в обнимку, когда Цзинь Бо, видимо, о чем-то вспомнил. Хотя пустая болтовня всяких ничтожеств не стоила упоминания, он все же решил продолжить расспросы:

— Тогда почему люди из твоей съемочной группы тоже меня не знают?

— Ты их видел?

Цзинь Бо не знал, кто был тот мужчина, но раз он жил на двенадцатом этаже, то наверняка тоже был из съемочной группы. Он кивнул и просто сказал, что столкнулся с каким-то человеком днем, когда забирал ключ-карту на стойке регистрации.

Янь Чжу промолчал, и Цзинь Бо продолжил допытываться:

— К тому же сегодня твой старый однокурсник звонил мне и спрашивал, когда мы успели расстаться.

Цзинь Бо, играя с кадыком Янь Чжу, высказал все, что его тревожило:

— Ты сказал им, что мы расстались?

Выступающий кадык заметно дернулся вверх-вниз. Янь Чжу, казалось, снова тяжело вздохнул и произнес:

— Наши отношения пока не подходят для того, чтобы о них знали все.

Янь Чжу не был человеком, склонным к огласке, да и гомосексуальные отношения не стоили того, чтобы кричать о них на каждом углу.

Даже если сейчас верным направлением считается борьба за равноправие ЛГБТ, голоса подают лишь единицы, а молчаливое большинство по-прежнему остается консервативным и упрямым. Сейчас в прокате шел его старый фильм, готовился к съемкам новый, а его собственная компания только начинала вставать на ноги. Янь Чжу не был настолько глуп, чтобы в такой момент высовываться вперед, тем более что, как бы он ни поступил, после трактовки в СМИ и интернете все будет искажено и выставлено как дешевое позерство.

У них с Цзинь Бо все было хорошо, так зачем нужно, чтобы об этом узнал весь свет? Счастье ведь не становится настоящим только тогда, когда его кто-то благословляет.

Янь Чжу рассуждал просто. В его планах на будущее даже не было мысли везти Цзинь Бо знакомиться с семьей. По сравнению с одобрением родителей и кучи родственников, ему казалось куда более практичным подписать с Цзинь Бо договор о назначении опекуна в рамках закона и объединить имущество. Если же Цзинь Бо так уж сильно нужен был символический документ, то они могли бы съездить за границу и получить свидетельство о браке — в конце концов, это не так уж сложно, можно и порадовать человека.

Поэтому на сегодняшней встрече выпускников, когда кто-то намеками расспрашивал его о Цзинь Бо, Янь Чжу не сказал прямо, что они расстались, но занял уклончивую позицию и парой фраз перевел тему. В конце концов, это была их частная жизнь, и им не нужно было объясняться перед старыми однокурсниками, с которыми они не общались много лет.

Единственное, чего он не ожидал, так это того, что какой-нибудь любитель совать нос в чужие дела позвонит прямо Цзинь Бо.

— Но неужели даже старым однокурсникам нельзя знать?

Цзинь Бо не был неразумным человеком. В их кругу немало тех, кто скрывает свой брак, но в основном это актеры. За личной жизнью режиссеров обычно следят не так пристально, тем более что фильмы Янь Чжу всегда отличались смелостью, а в частной жизни он проявлял такую осторожность.Цзинь Бо любил пустить пыль в глаза. Он слишком сильно хотел поставить на Янь Чжу клеймо собственной собственности — возможно, лишь так он мог отыскать для себя подходящее место рядом с ним, заполучить собственное кресло во время совместных выходов на мероприятия с Янь Чжу, делить с ним один номер в поездках и даже, подобно Шэнь Сюлиню, совершенно естественно стоять в объективах камер подле Янь Чжу, совсем близко, словно находясь под защитой.

Но статус гомосексуала принес бы Янь Чжу немало хлопот, и он не мог позволить себе столь капризное поведение.

— В этом нет никакой необходимости. Знают они или нет, какая разница? — Янь Чжу считал, что никогда не усердствовал с излишней конспирацией, просто не желал, чтобы посторонние слишком сильно лезли в их с Цзинь Бо жизнь. До определенной степени ему даже хотелось спрятать Цзинь Бо от всех целиком.

— А как же люди на съемочной площадке? — продолжал допытываться Цзинь Бо. В конце концов, границы этой скрытности казались донельзя размытыми: нужно прятаться от прессы, прятаться от старых знакомых, даже на совместной работе в съемочной группе тоже нужно прятаться. А он ведь еще планировал после начала съемок 《Связь потоков》 нагрянуть туда под видом члена семьи, чтобы навестить Янь Чжу и во все услышанье заявить остальным, что его сердце уже занято.

— Здесь нет каких-то абсолютных рамок, — Янь Чжу уже начал клонить в сон, он прижимал к себе Цзинь Бо, от которого исходил едва уловимый аромат. — Но чем меньше людей знает, тем лучше.

Цзинь Бо словно смирился, но всё же не унимался и спросил:

— А Шэнь Сюлинь? Он знает, что я у тебя есть?Вопрос всё же сводился к Шэнь Сюлиню. Янь Чжу перехватил руку Цзинь Бо, которая продолжала озорничать, и не особо серьёзно ответил:

— Он знает, не волнуйся.

Цзинь Бо наконец остался доволен, но в то же время подумал, что Шэнь Сюлинь всё-таки особенный. Никто из других сотрудников не знал, насколько близки были их отношения, и Шэнь Сюлинь стал исключением. Однако этот вечер не подходил для ревности. Цзинь Бо слегка ущипнул Янь Чжу за кадык и, закутавшись в одеяло, уснул.

На следующий день Цзинь Бо всё ещё был в городе Т. Как и обещал, он не стал беспокоить Янь Чжу, и даже уезжал сам: просто катил свой чемодан и поймал такси до вокзала. Янь Чжу получил от него сообщение:

— Я поехал. Жду тебя дома~~~~

В тот момент Янь Чжу торопился на самолёт и не помнил, ответил ли он. Когда он снова вспомнил о сообщении, наступил следующий вечер. Он сидел на церемонии вручения ежегодной премии кинокритиков, а Цзинь Бо сказал ему:

— Если сегодня вечером ты получишь награду, меня покажут в кадре.

Только тогда он вспомнил: примерно месяц назад, когда Цзинь Бо играл в видеоигры и не мог пройти проверку капчи, он зашёл в свою почту, которой не пользовался сто лет. Там он увидел запылившееся письмо — это было приглашение на данную церемонию. В нём говорилось, что Янь Чжу номинирован на премию за художественные достижения, и его просили присутствовать на церемонии в качестве исполнителя главной роли в «Погружении в воду».Цзинь Бо счёл это приглашение шуткой и переслал его Янь Чжу.

Тогда Янь Чжу, казалось, даже вздохнул с облегчением. Он вовсе не желал, чтобы Цзинь Бо снова появлялся на публике, а раз Цзинь Бо не говорил, что собирается идти, и даже высмеивал «Погружение в воду» в шутливой форме, возможно, он действительно всё отпустил. К тому же подобные приглашения, если их просто рассылают по электронной почте всем подряд, скорее всего, означали, что Цзинь Бо позвали лишь для массовки.

Но почему-то сегодня вечером, сидя в тёмном зале, Янь Чжу вдруг почувствовал между строк того сообщения лёгкую заинтересованность и ожидания Цзинь Бо. Он неожиданно передумал получать награду, предпочтя, чтобы «Погружение в воду» так и осталось забытым и больше не тревожило их жизнь.

Сидевший рядом Шэнь Сюлинь вдруг дёрнул его за рукав. Янь Чжу поднял голову и увидел, что камера направлена прямо на них. Он убрал телефон, а придвинувшийся ближе Шэнь Сюлинь шепнул ему на ухо:

— Кажется, скоро твоя очередь, держись.

Янь Чжу улыбнулся ему в ответ. Вскоре Шэнь Сюлинь поднялся на сцену в качестве вручанта, и, вставая, ему пришлось протиснуться перед Янь Чжу. Тот протянул руку и слегка поддержал его, а огни в зрительном зале снова погасли.

Зал ежегодной премии кинокритиков был оформлен с преобладанием струящихся лент, а освещение напоминало золотые, сияющие и мягкие нити, обвивавшие сцену. Шэнь Сюлинь стоял в самом центре, освещённый лучом прожектора, и его серебристо-белый костюм отливал таинственным светом.

— А теперь давайте объявим, что обладателем Двадцать седьмой ежегодной премии кинокритиков за выдающиеся достижения в области искусства становится... — Шэнь Сюлинь прекрасно чувствовал темп ведения, делал паузы в нужных местах и, глядя в зрительный зал, интригующе затягивал момент.

Ведущий рядом вовремя подхватил разговор и пошутил:

— Учитель Шэнь, а вы ведь тоже изрядно нервничаете.

Шэнь Сюлинь опустил голову, тихо усмехнулся и снова посмотрел в зал. На большом экране замелькали кадры с номинированными режиссерами. Бросив на него быстрый взгляд, он опустил глаза на конверт в руке. В ту секунду, когда он увидел имя, всегда безупречно вежливый Шэнь Сюлинь даже при ярком свете софитов не смог скрыть искренней радости:

— Двадцать седьмая ежегодная премия кинокритиков за выдающиеся достижения в области искусства присуждается — Янь Чжу.

Зал взорвался бурные аплодисментами, зажглись огни. Янь Чжу поднялся с места, с улыбкой приветствуя сидевших рядом людей, обнялся с другими режиссерами-номенантами и направился к сцене. Судя по кадрам с большого экрана, он шёл к Шэнь Сюлиню сквозь золотое сияние. В то же время на центральном экране транслировалась нарезка из прошлых фильмов Янь Чжу: в основном он был номинирован за прошлогоднюю ленту 《Беспокойная весенняя любовь》, но попадались и кадры из «Погружение в воду» и 《Безмолвная ночь》.

Янь Чжу заметил живой взгляд Цзинь Бо, но тот мелькнул лишь на мгновение. К тому моменту, как он поднялся к Шэнь Сюлиню, на экране уже сменились кадры на закулисье съемок 《Беспокойной весенней любви》, где он объясняет сцену Шэнь Сюлиню.

Янь Чжу внезапно и совсем некстати подумал о том, как хорошо, что Цзинь Бо не пришёл, иначе он бы наверняка закатил страшную скандал.

Шэнь Сюлинь неторопливо зачитывал отзыв жюри, но его взгляд был прикован к Янь Чжу. Каждая похвала исходила из глубины души — он действительно восхищался талантом Янь Чжу.

Видео закончилось, отзыв жюри тоже подошёл к концу. Шэнь Сюлинь не спешил передавать микрофон Янь Чжу, а лишь смотрел на него сияющими глазами и от себя добавил:

— Для меня это честь.

Фраза Моя честь мгновенно вышла на первое место в трендах Вейбо в тот вечер. Её толковали по-разному, но большинство восхищалось тем, что Янь Чжу и Шэнь Сюлинь — просто божественный тандем. Их общение на залитой золотом сцене разбирали покадрово, а кое-кто даже смонтировал другие фрагменты их шепота в тот вечер.

Вообще-то для обычных партнеров по работе в этом не было ничего особенного: и награду, и вручанта организовали спонзоры, текст речи написало жюри, режиссер трансляции выбирал кадры на экране, да и та самая широко разошедшаяся фотография с якобы шепотом вплотную была сделана в момент, когда Шэнь Сюлинь напомнил Янь Чжу о камере, пока тот отвечал на сообщения — иначе, если бы засняли, как кто-то сидит в телефоне во время чужого награждения, поднялась бы очередная волна обсуждений.

Вся ситуация от начала и до конца была безупречной, однако Янь Чжу чувствовал, что из-за Цзинь Бо он стал каким-то нервным: ему казалось, что даже сидеть рядом с Шэнь Сюлинем — это уже какое-то преступление. Но ведь и места рассадки определяли организаторы, он лишь следовал правилам.

К тому же, после этого фильма будет следующий, у них с Шэнь Сюлинем впереди ещё много совместной работы, и Янь Чжу не собирался из-за капризов Цзинь Бо портить отношения с таким прекрасным актером-партнером.

Но в тот вечер телефон молчал всю ночь, Цзинь Бо не прислал ему ни единого сообщения. Янь Чжу не находил себе места и, показавшись на банкете лишь ради того, чтобы осушить три бокала за здоровье присутствующих, уехал раньше времени.

Он среди ночи полетел домой на самолете, надеясь, что едва переступит порог, как окажется в чьих-то тёплых объятиях, но дверь открыл незнакомый мужчина.

Тот был чуть ниже ростом и носил знакомую пижаму — Янь Чжу сразу узнал Губки Ббоба на ней. Цзинь Бо вечно бегал по дому в этой одежде и звал его играть Патрика, который ловит медуз.

И теперь эта рабочая форма для поимки медуз красовалась на незнакомце.

— Ты кто? — сдержанно спросил Янь Чжу, окинув его оценивающим взглядом с ног до головы. Хотя мужчина выглядел вполне сносно, но с его тонкими руками и ногами Янь Чжу был абсолютно уверен, что, вышвырнув этого парня за дверь, у него останется еще достаточно сил, чтобы привязать Цзинь Бо к постели.

http://bllate.org/book/36480/4533029