Готовый перевод My Rival Became My Husband / Заклятый враг? Мой муж!: Глава 12

— Мне всё равно, — Мэн Вэйюй с довольным видом откинулся обратно на кровать. — К тому же здесь полно красивых сестричек-медсестёр, которые будут приходить и болтать со мной.

— Ты старше каждой из них, — напомнил ему Шэнь Чжоуду. — Перестань называть их сестричками.

А главное — никаких шашней на стороне!

— Но выгляжу-то я всё ещё очень молодо, — услышав это, Мэн Вэйюй с возмущением поднялся с кровати, самовлюблённо откинул прядь волос и посмотрел на своё отражение в окне.

Назвать это лицо семнадцатилетним было бы сильной натяжкой, но вот для двадцати двух с хвостиком — вполне сойдёт. А самое главное — его красота никуда не делась.

— Вот прямо сейчас брошу этого старого ворчуна и отправлюсь на поиски второй весны, — Мэн Вэйюй указал на Шэнь Чжоуду пальцем, а решимость в его глазах была такой, будто он собрался идти на поле боя.

Из горла Шэнь Чжоуду вырвался тихий смешок, после чего он незаметно вздохнул и поднялся вслед за движениями Мэн Вэйюя.

Мэн Вэйюй ощутил, как его накрыла тень, и растерянно поднял взгляд.

Обычно он не боялся ввязываться в конфликты, но сейчас у него совсем не было сил, да к тому же всё тело болело. Если этот человек снова его изобьёт, ему, пожалуй, придётся пролежать в больнице ещё несколько дней.

Шэнь Чжоуду протянул обе руки, надавил ему на плечи и уложил обратно на постель, после чего снова накрыл одеялом. Подтягивая одеяло, Шэнь Чжоуду мёртвой хваткой вцепился в края у самого плеча Мэн Вэйюя, накрепко зафиксировав его на кровати.

Мэн Вэйюй поднял на него глаза.

— Молодой господин Мэн, — позвал его Шэнь Чжоуду. На оправу его очков упала короткая чёлка.

— Мм, — отозвался Мэн Вэйюй.

Уголки губ Шэнь Чжоуду приподнялись, это едва ли можно было назвать улыбкой. На глазах у остолбеневшего Мэн Вэйюя он опустил голову и прижался лбом к его макушке. Со стороны это выглядело невероятно нежно, однако его светло-голубые глаза вдруг зловеще сверкнули за холодными серебристыми очками, излучая леденящую кровь ауру. Прильнув губами почти к самому уху Мэн Вэйюя, он зловещим голосом произнёс:

— Я среди ночи сорвался с самолёта и летел обратно, всю дорогу переживая и дрожа от страха. Сейчас я с трудом контролирую свой гвар, так что тебе лучше больше не говорить вещей, которые меня злят.

Вот это и был Шэнь Чжоуду из воспоминаний Мэн Вэйюя — мрачный, прячущий любые эмоции под невозмутимой маской, а на деле — зацикленный и извращённый.

Мэн Вэйюй поджал губы, секунду всё обдумывал, а затем с вредным и невинным видом выдал:

— А что, если я скажу нет?

Шэнь Чжоуду скрипел зубами, но поделать ничего не мог — он слишком переживал за нынешнее физическое состояние Мэн Вэйюя. Боясь причинить ему хоть малейшую боль, он в конце концов лишь повернул голову и слегка стукнулся лбом о его целый лоб, после чего развернулся и в ярости покинул палату.

Мэн Вэйюй проводил его взглядом, вытащил руку из-под одеяла и задумчиво потрогал себя за голову.

Из туалета доносился шум льющейся воды.

Как только Нин У вышел в коридор, его тут же от неожиданности бросило в дрожь.

Шэнь Чжоуду стоял перед умывальником, сняв очки, и мрачно вглядывался в собственное отражение в зеркале. Его природные волосы отдавали светлым каштаном, а зрачки — казалось, будто он носит цветные линзы — были светло-голубыми. Обладая столь невосточной внешностью, он тем не менее выглядел утончённо и красиво.

— Ого, Сяо Ду, ты тоже понужде? — осторожно начал Нин У.

— Пришёл в зеркало посмотреть, — Шэнь Чжоуду бросил на стоящего позади человека взгляд через отражение, после чего подобрал очки и водрузил их на нос.

— Ну надо же, вы так долго живёте вместе, что ты заразился самолюбованием от Сяо Юя.

Заметив напряжение в атмосфере, Нин У поспешил выдать что-то приятное для слуха Шэнь Чжоуду.

— Да я вроде не так уж плохо выгляжу, — Шэнь Чжоуду с ровно на пустом месте заговорил о том, на что обычно вообще не обращал внимания, и мрачно открутил кран, чтобы вымыть руки.

— Да не то чтобы не плохо! С такой внешностью, если расклеить плакаты, желающих взять листовку станет в несколько раз больше.

Нин У подошёл к Шэнь Чжоуду.

Шэнь Чжоуду остался к этому равнодушен.

— Это Сяо Юй раньше говорил, — добавил Нин У.

Шэнь Чжоуду наконец повернулся к нему лицом, перестав разглядывать человека странными взглядами исподлобья.

На лице Нин У появилась понимающая улыбка.

— Значит, для семнадцатилетнего Мэн Вэйюя я слишком стар, — глаза Шэнь Чжоуду потускнели.

— Что случилось?

Уж кому-кому, а человеку, способному дружить с Мэн Вэйюем, положено иметь поистине ангельское терпение и выдающийся навык чтения людей.

— Он только что назвал меня старым ворчуном.

Шэнь Чжоуду держался с каменным лицом, но на самом деле переживал невероятно сильно.

— Пф-ф, — Нин У чуть не прыснул со смеху, но в следующее же мгновение Шэнь Чжоуду перевёл на него взгляд. Встретившись с этими синими глазами, Нин У тут же слегка сбавил улыбку и поспешил успокоить друга:

— Ты же прекрасно знаешь: Сяо Юй раньше не ладил с родителями, с членами их новой семьи отношения тоже не клеились, да и большинство остальных родственников были те еще чудики. Его привычка изъясняться ядовитыми намёками — это инстинкт самозащиты. Считай, что это вредный кот, который бесконечно мяукает, или скучающий щенок, лающий на прохожих в надежде привлечь внимание, ну или любое другое милое создание, которое без всякого злого умысла просто поднимает крик. Короче говоря, я к тому, что тебе не стоит принимать это близко к сердцу. Вот восстановит он память — и всё пройдёт.

Мысленно Нин У добавил: а если память вернётся, то к его ядовитым намёкам добавится ещё и личные оскорбления.

Шэнь Чжоуду поджал губы и перед лицом друга, с которым они общались много лет, озвучил ещё одну вещь, не дававшую ему покоя:

— Он даже хочет со мной развестись.

— Насчёт этого можешь не переживать, — с тяжёлым выражением лица Нин У хлопнул Шэнь Чжоуду по плечу. — На свете больше не найдётся второго человека, который захотел бы на нём жениться. Так что это счастье — исключительно твоё.

Шэнь Чжоуду по-прежнему оставался мрачнее тучи. Он никогда не любил вступать в словесные перепалки с окружающими, но сейчас просто не смог удержаться от возражения:

— Ума не приложу, как на свете вообще может кто-то не любить его.

Внешне Нин У мягко улыбался, но внутри него всё буквально раскалывалось от головной боли.

Наверное, именно так и думает каждый дурак, по уши увязший в любви.

— Ладно, давай сделаем так, — нашёл выход Нин У. — Раз с его здоровьем ничего серьёзного, а ты всю ночь нёсся сюда и устал, отправляйся-ка домой отдохнуть, а я побуду здесь и поухаживаю за Сяо Юем.

http://bllate.org/book/36415/4522673