Готовый перевод The Emperor's Heir Was a Substitute Leopard Queen and It Went Too Far / Мой ручной леопард оказался наследным принцем: Глава 3

Бай Юй подумал, что после сегодняшнего дня они больше не встретятся, так какая ему разница, как его зовут? Хмыкнув, он развернулся и зашагал к выходу, но услышал, как альфа за спиной продолжает:

— Нынешний император Империи — мой отец, покойная императрица — моя мать. С самого рождения я был провозглашен Кронпринцем.

Шаги Бай Юя на мгновение замедлились. Он знал, что этот альфа обладает высоким статусом, но никак не ожидал, что настолько высоким. Кронпринц... Разве это не будущий император? Выходит, сегодняшний смотр невест на самом деле был выбором будущей жены для наследника? Или это любовница Императора изо всех сил старалась пристроить его сюда?

Впрочем, стоило ему перешагнуть этот порог, как всё это переставало иметь к нему какое-либо отношение. Сохраняя бесстрастное выражение лица, Бай Юй продолжил идти. Какой там император, лучше бы подумать, когда на его счет упадет компенсация за межзвездный перелет, не то во время сегодняшней вечерней трансляции ему снова придется давиться противной куриной грудкой.

— Касательно того странного явления, которое мы только что обсудили, я поручу своей медицинской группе заняться этим вопросом, но вам не удастся остаться в стороне. Я хочу, чтобы вы временно поселились в моем дворце под именем будущей жены Кронпринца и сотрудничали с моими врачами, дабы они могли как можно скорее добиться результатов. Разумеется, в знак благодарности я буду выплачивать вам по одному миллиону межзвездных кредитов ежемесячно.

Бай Юй резко остановился.

……

— Три месяца, я пробуду у тебя максимум три месяца. — Бай Юй прямо встретился взглядом с Цзинь Цяо, хотя его руки под столом мелко дрожали. — Сразу договоримся: в течение этого времени у меня должна быть собственная комната. Без моего разрешения ты не имеешь права входить туда или устанавливать камеры слежения. Я буду высвобождать феромоны только во время твоих приступов мигрени, чтобы облегчить боль, и безоговорочно помогать твоей медицинской группе в исследованиях, если это не вредит моему здоровью. В остальное время ты не смеешь вмешиваться в мою жизнь, мы связаны исключительно отношениями работодателя и наемного работника.

Цзинь Цяо нахмурился:

— Я не могу гарантировать, что моя медицинская группа за три месяца разберется, почему именно твои феромоны облегчают мои головные боли, и разработает замену. Сроки слишком жесткие.

Бай Юй с трудом подавил желание прижать уши:

— Три месяца — это срок, на который я согласен поселиться у тебя, после чего я обязан съехать. Если за три месяца проблему решить не удастся, в дальнейшем, когда у тебя снова начнется приступ, можешь позвать меня, и я приеду. Когда твоей медицинской группе потребуется мое участие, я тоже смогу выкроить время и приехать самостоятельно. Разумеется, вознаграждение мы обсудим отдельно. Тебе даже не стоит спрашивать, почему именно три месяца: прошу прощения за прямоту, но твоя медицинская группа наверняка вечно пытается найти способ избавиться от твоих мигреней? И что, за столько времени они нашли решение?

Цзинь Цяо промолчал, и Бай Юй еще сильнее утвердился в своем мнении:

— Даже если сейчас вдруг появилось такое исключение, как я, раз за три месяца не удается добиться серьезного прорыва, значит, твоя болезнь по-прежнему остается трудноизлечимой, как и раньше, и найти способ быстрого исцеления просто невозможно. И сколько же мне здесь жить? Я знаю, что миллион для тебя сущие пулости, но что, если под предлогом неизлеченной болезни ты запретишь мне уходить? Чем это отличается от тюремного заключения? Деньги мне, конечно, нужны, но я хочу жить свободной жизнью и не собираюсь вечно быть запертым в четырех стенах.

Цзинь Цяо слегка удивился:

— А ты далеко глядишь. Что ж, омега с мозгами — это неплохо. Ладно, я временно согласен на твой план, пусть будет три месяца. Но сразу предупреждаю: хотя мой дворец находится за пределами императорской резиденции, избежать толпы зевак не удастся, и мне, как Кронпринцу, вечно грозит оказаться в эпицентре водоворота событий. Именно поэтому я хочу, чтобы ты поселился здесь под именем будущей жены Кронпринца. Я не стану объявлять о твоем статусе открыто, но если возникнут непредвиденные обстоятельства, подобное прикрытие поможет сгладить углы и послужит защитой как для тебя, так и для меня. Однако ты должен морально подготовиться: если в случае необходимости статус будущей жены Кронпринца будет предан огласке, то выдвинутое тобой условие насчет того, что в остальное время я не должен вмешиваться в твою жизнь, боюсь, я не смогу выполнить.

На этих словах Цзинь Цяо замолчал, бросил взгляд на Бай Юя и, заметив, что тот молча поджал губы, понял: до того дошло. Он продолжил:

— Разумеется, я тоже надеюсь, что наши отношения сведутся исключительно к лечению и пациенту. В этом вопросе, полагаю, мы солидарны. Я сделаю все возможное, чтобы ситуация не вышла из-под контроля, и от тебя жду того же. Например, в течение этих трех месяцев тебе лучше без нужды не покидать дворец, а если придется выйти — обязательно отчитаться управляющему, чтобы он распорядился насчет машины и водителя. Возможно, тебе покажется, что это ущемляет твою свободу, но когда случается непредвиденное, одно дело — справляться в одиночку, и совсем другое — иметь рядом людей со мной. Последствия будут совершенно разными.

Глядя на то, как за спиной Бай Юя бессознательно и размашисто ходит пушистый хвост — явный признак раздражения и беспокойства кошачьих, — Цзинь Цяо решил больше не растекаться мыслью по древу и подвел итог:

— О подобных мелочах управляющий расскажет тебе, когда ты заселишься, надеюсь на твое понимание и сотрудничество. И последнее: я хочу, чтобы ты держал в строжайшем секрете мою болезнь и наше соглашение, никому об этом не пробалтывался. Если не сможешь, не обессудь, если я заставлю тебя замолчать иначе.

Закончив говорить, Цзинь Цяо взглянул на помрачневшее лицо Бай Юя и безрадостно усмехнулся:

— Прости, последняя фраза прозвучала не слишком по-джентльменски.

— Три месяца, пять миллионов межзвездных кредитов. — Бай Юй не желал больше слушать долгие речи Цзинь Цяо и решительно заявил: — Я согласен на все твои условия.

— Идет, — легко согласился Цзинь Цяо. — Я велю канцелярии как можно быстрее составить контракт, он вступит в силу сразу после подписания обеими сторонами. Надеюсь, после этого ты незамедлительно переедешь в мой дворец.

Бай Юй немного смутился:

— Эм... Вообще-то я могу заселиться уже сегодня вечером. Я прилетел на межзвездном корабле и сразу сюда, жилье еще не подыскал, а все вещи лежат в вашем казенном хранилище.

— Тогда въезжай сегодня. — Цзинь Цяо взглянул на часы. — Цзялиань, подготовь для него комнату, а после того, как заберете багаж, сразу проводи его туда.

Управляющий поспешно поклонился в знак согласия.

— У меня еще есть дела. Если возникнут вопросы, обращайся напрямую к управляющему, а контракт я подпишу и перешлю с курьером. — Цзинь Цяо поднялся, несколько слуг молча шагнули вперед, чтобы привести в порядок его одежду, после чего так же быстро опустили глаза и отступили.

Бай Юй бросил короткое «хорошо», подумал секунду и добавил «до свидания». Цзинь Цяо кивнул, скользнув взглядом по его шее.

— И еще, Цзялиань. Прикажи принести ледяной компресс, пусть приложит к шее.

Его снежный барс вернулся?

Когда Цзинь Цяо вернулся во Дворец Политон, уже совсем стемнело. Управляющий Цзялиань встретил его на пороге и доложил об обстановке с Бай Юем:

— Когда господин Бай прибыл во второй половине дня, я устроил ему небольшую экскурсию. Он проявил огромный интерес к Небесному саду во внутреннем дворе, так что я взял на себя смелость поселить его в главном здании на одиннадцатом этаже, в комнатах как раз с видом на сад. Из его окон открывается прекрасный вид на цветник. Кажется, он остался доволен, ха-ха, какой прелестный ребенок.

Цзинь Цяо бросил на него короткий взгляд. Цзялиань кашлянул и тихо произнес:

— Ваше Высочество, я знаю, вы не любите, когда вас беспокоят. Но он все же поселился здесь как ваша будущая жена, и вся прислуга во двореце наблюдает за этим. Если бы я не поселил его на том же этаже, где ваши покои, это выглядело бы странно. Впрочем, уверяю вас, комнаты господина Бая находятся на некотором удалении от ваших, они никак вас не потревожат.

Дворец Политон был подарком деда на совершеннолетие Цзинь Цяо, когда тому исполнилось восемьнадцать. Назывался он дворцом, но изнутри главное здание больше походило на административный корпус. С первого по шестой этажи занимали преимущественно общественные зоны для приема гостей, а начиная с девятого располагалось личное пространство Цзинь Цяо. Спальня Цзинь Цяо находилась на одиннадцатом этаже. Он от природы не выносил шума, и без специального вызова прислуге строго-настрого запрещалось подниматься наверх — по вечерам на этом этаже оставался только он один.

Но теперь здесь будут жить двое.

Лифт звякнул, открывая двери. Больше ничего не говоря, Цзинь Цяо перевел разговор на медицинскую группу:

— Завтра в девять утра жду доктора Диня с его командой. Я хочу услышать их мнение по поводу ситуации с Бай Юем и дальнейшее направление лечения. Ладно, здесь больше делать нечего, ступай.

— Погодите, Ваше Высочество, есть еще кое-что, — замялся Цзялиань. — Перед ужином я спросил господина Бая, что он предпочитает и есть ли у него пищевые ограничения. Он ответил, что пока не голоден, только сделал заказ — попросил принести еду прямо в комнату.

— Мм. — Цзинь Цяо был равнодушен к таким мелочам. — Пусть делает как хочет.

— Слушаюсь. Подобные пустяки, конечно, не должны отнимать ваше время, но господин Бай попросил стакан молока и... — лицо управляющего сделалось странным, — эм... три больших блюда жареной рыбы с зеленым сычуаньским перцем.

Цзинь Цяо:……

……

— Мяу~ — Пепельно-серый мейн-кун уселся на стул и поприветствовал только что запущенную трансляцию.

В ответ не полетело ни единой реплики из чата. Бай Юй бросил взгляд на правый верхний угол голографического экрана: в графе зрителей красовался удручающий ноль.

Настроение Бай Юя упало лишь на мгновение, а затем вновь взлетело. Ведь на столе перед ним возвышались три огромных блюда с жареной рыбой под зеленым перцем.

Три! Огромных! Блюда с рыбой! Бай Юй чувствовал, что ради такого готов простить весь мир — по крайней мере, на минуту.

Забыв про пустой чат, Бай Юй загоревшимися глазами нетерпеливо уткнулся мордой прямо в тарелку посередине.

Именно тот самый вкус! Бай Юй блаженно прищурился и, не поднимая головы, принялся уплетать рыбу за обе щеки, так что его пухлые щеки раздулись до предела.

Вдруг на голографическом экране мелькнуло сообщение.

【Потрясающе! Тот самый Не-Едящий-Рыбу сегодня и впрямь жрет рыбу!】

Ник аккаунта Бай Юя гласил Мейн-кун Ест Рыбу Каждый День, однако из-за стесненных финансовых обстоятельств рыба в его эфирах появлялась от силы пару раз в год, за что редкие преданные фанаты прозвали его стримером Не-Едящим-Рыбу.

Услышав звуковой сигнал, Бай Юй поднял голову, взглянул на чат, взмахнул пушистой лапкой и приветственно помахал единственному зрителю, пришедшему поддержать его.

— Мои жизненные условия в последнее время немного улучшились, так что, похоже, теперь рыба будет на моем столе постоянно, — произнес Бай Юй.

【Ого-го-го, поздравляю!】

— Спасибо, — бросил Бай Юй и продолжил трапезу. Не прошло и минуты, как с первой рыбой было покончено.

Бай Юй вскинул голову, облизываясь с чувством легкой недосказанности, и с головой погрузился во второе блюдо. В этом и заключался главный плюс мукбанга в истинном обличье: если бы стрим вел человек, ему бы неизменно приходилось прерываться, чтобы описать вкус еды зрителям, и пока он так болтает да жует, еда безнадежно остывает. С животным все иначе: достаточно время от времени между делом помахивать хвостом или облизывать лапку, чтобы зрители пришли в полный восторг и утонули в этой пушистой милоте. В такие моменты лишние слова только портят картину — остается лишь продолжать уплетать за обе щеки.

http://bllate.org/book/36378/4518576