Готовый перевод The Jianghu Has Pits / Цзянху: Свадьба по ошибке: Глава 5

В зеркале отражался человек, сбросивший маскировку и явивший истинный облик: брови, словно летящие к вискам, высокая переносица, широкий лоб, волевой подбородок и губы правильной формы с чуть красноватым оттенком. Истинно прекрасное лицо, дополненное природным прищуром глаз, в которых вечно сквозила небрежность, будто его совершенно не заботило происходящее вокруг. Это придавало ему особое, отстраненное очарование.

Однако эта сладкая, слегка придурковатая улыбка на его лице выглядела так, будто напрашивалась на тумаки. Не Юньхань подумал: неудивительно, что А Сянь вечно с ним спорит.

Он еще раз вздохнул:

— Старина Лин, если уж собрался странствовать по Цзянху, то прежде всего опасайся Похитителей цветов.

— Да как они посмеют! — Лин Цинби вскочил на ноги и схватил свой верный клинок Шквал. — Я их своими быстрыми ударами в лоскуты искромсаю!

Чжоу Инсянь и Не Юньхань обменялись понимающими взглядами, на их лицах застыло многозначительное выражение.

Лин Цинби, почувствовав подвох, ткнул рукоятью ножа в плечо Не Юньханя:

— Что на уме, то и говорите!

— Честно говоря, твое изящное лицо в сочетании с этим свирепым выражением выглядит… довольно мило, — не сдержал смешка Не Юньхань.

Лин Цинби дернул щекой и перевел взгляд на Чжоу Инсяня:

— Твой мужчина расхваливает другого мужчину, называя его милым, а ты не собираешься его приструнить?

— Разве ты не любишь девушек? — Чжоу Инсянь сохранял невозмутимость. — О чем мне беспокоиться?

Разговор не клеился!

Лин Цинби фыркнул, подхватил одной рукой клинок, другой — свой небольшой узел с вещами, и зашагал прочь.

Во дворе его уже давно поджидал Чжоу Цзин. За спиной у него висел один тюк, а на груди — еще один, поменьше. Рядом стояли две статные лошади: одна вороная, другая рыжей масти, обе выглядели весьма бодро.

Лин Цинби с нежностью взял под уздцы рыжую лошадь и потрепал ее за уши:

— Чиянь, теперь ты будешь сопровождать меня в странствиях по миру.

Чиянь громко фыркнул, словно выражая свое согласие.

Лин Цинби радостно обернулся и заметил, что в маленьком узле на груди у Чжоу Цзина что-то шевелится. Он удивленно воскликнул:

— Ты и Лили с собой взял?

— Какая еще Лили? — Чжоу Инсянь тоже заметил движение в узле и полюбопытствовал: — Это какой-то зверек?

Чжоу Цзин без тени смущения развязал узел, показав кошачью мордочку:

— Это моя кошка, я должен был взять ее с собой.

Лили выглядела совсем молодой, ее кошачья мордочка была невероятно милой. Она совершенно не боялась людей: позволяла себя разглядывать и даже довольно мурчала, когда ее гладили.

Лин Цинби помрачнел:

— Мы же в Цзянху собрались, а ты тут целый обоз с семьей тащишь.

— Не волнуйтесь, Второй господин, я буду присматривать за ней, она точно не доставит хлопот.

Чжоу Цзин выглядел простодушным и честным, и любые его слова звучали как клятва, из-за чего окружающим было крайне трудно отказать.

Стоявший рядом Кун Тьюнь выразил обеспокоенность:

— Второй брат, чего ты хочешь добиться, странствуя по Цзянху? Воды там темные, это не армейская служба, где все просто.

— Я хочу основать свою секту! — Лин Цинби говорил решительно и твердо. — Вы знаете, что в Даяо главенствующий союз боевых искусств Центральных равнин — это Альянс Четырех Управ? Кто знает, может, следующим главой Альянса стану я!

Все присутствующие: «...»

Хань Тин немного замялся:

— Второй брат, а как будет называться твоя секта?

— Хм, есть пара вариантов на примете. Как раз поможете мне определиться, — Лин Цинби задумался. — Как насчет Секты Сосны и Журавля? Сосна и журавль — символы долголетия, к удаче!

Чжоу Инсянь скривил губы:

— Звучит как дед, опирающийся на клюку и несущий персик. Что, хочешь всем показать, что ты еще бодр духом, несмотря на возраст?

— Еще говоришь, что это у меня рот не закрывается, — обиженно пробормотал Лин Цинби. — Тогда, может, Секта Большого Ножа? Я ведь собираюсь прославиться именно мастерством владения клинком.

Не Юньхань покачал головой:

— Слишком примитивно.

— Секта Молнии?

— ...

Лин Цинби взмахнул мечом:

— К черту всё, назову в честь своего клинка — Секта Цзифэн!

Чжоу Инсянь искренне посоветовал:

— Это дело всей жизни, подумай хорошенько, спешить некуда.

— Ладно, еще подумаю, — Лин Цинби вскочил в седло Чияня, полный воодушевления. — В конце концов, это мое будущее дело, нужно подходить с осторожностью.

Кун Тьюнь спросил:

— Куда планируешь отправиться в первую очередь?

— В Линъюньфу, наверное. Горная усадьба Ланду там неподалеку, навещу их для начала.

— Серебряные билеты и наши жетоны взял?

Лин Цинби похлопал себя по груди:

— Все при мне!

Кун Тьюнь, словно мать, провожающая сына в дальний путь, с тревогой смотрел на него:

— Если что случится — присылай весточку.

— Не беспокойся, старший брат, — Лин Цинби сложил руки в приветственном жесте перед всеми. — Третий брат, старина Не, А Сянь, берегите себя. Я поехал! Мир велик, увидимся в Цзянху!

Старина Лин уже успел гордо поднять свое знамя.

«Линчи» — это элитный авангардный отряд убийц, созданный в былые времена командующим Хань Фаном специально для борьбы с Западными варварами. Лин Цинби подходил для этой службы лучше всех.

У него от природы был мятежный дух: вступив в ряды убийц, он преследовал Западных варваров, не только защищая страну, но и имея возможность вдоволь «погулять». Даже несмотря на то, что приходилось каждый день ходить по лезвию ножа, это была жизнь по душе.

Семь лет, проведенные в вынужденном заточении в Улинду, хоть и принесли успех в делах и позволили не знать нужды в деньгах, но ужасно его тяготили.

Получив наконец свободу, Лин Цинби воспрял духом. Он скакал на Чияне на юг, не останавливаясь даже под дождем со снегом, и его возбуждение было трудно скрыть.

Улинду, расположенный в центральной части земель Даяо, был местом, где перемешивались самые разные люди. В тысяче ли к югу начинались владения Альянса Четырех Управ.

Альянс Четырех Управ, как следует из названия, — это союз всех праведных школ боевых искусств, расположенных в четырех округах: Линъюньфу, Ваньшаньфу, Силинфу и Наньсюаньфу. Это крупнейший альянс в мире боевых искусств Центральных равнин Даяо.

В широком смысле, любой праведник, добровольно присягнувший на верность Альянсу, считался его частью, даже если его секта находилась за пределами этих четырех округов.Эти четыре округа располагались недалеко друг от друга, выстроившись с севера на юг в форме знака «откидная влево». Ближайшим к Улинду и самым северным из них был Линъюньфу.

http://bllate.org/book/36375/4517865