Готовый перевод The Young Mistress Wants to Overtake Her Nemesis / Наследница и её неприступный враг: Омегаверс: Глава 5

Сяо Ши, изучив данные, ответила:

— Должно быть, так.

— Что значит «должно быть»? — Шэнь Цзяньси была не слишком довольна ее ответом.

Тут же последовал ответ Тан Яньчжао:

— Шэнь Цзяньси, ты беззаботная старшая барышня из семьи Шэнь, а я от тебя отличаюсь. У меня нет времени с тобой возиться, и тем более я не хочу становиться твоей игрушкой.

— Мне это не по карману. — Тан Яньчжао встретилась с ней взглядом, и в ее словах звучала непреклонность.

Сяо Ши в ее голове тоже разъяснила настройки системы:

— Человеческие эмоции — это сложнейшая наука, и по сей день невозможно отобразить их абсолютно точно, можно лишь опираться на вспомогательные данные. Проявление влюбленности у человека обычно включает в себя целый ряд физиологических реакций: учащенное сердцебиение, повышение уровня адреналина, рост артериального давления, учащенное дыхание, расширение капилляров и так далее. Система проводит комплексный анализ на основе этих данных и в итоге делает вывод.

— То есть только что у Тан Яньчжао действительно возникла физиологическая реакция из-за моего приближения?

— Да.

Получив утвердительный ответ, Шэнь Цзяньси преисполнилась уверенности.

Тан Яньчжао всегда отличалась гордым и немногословным нравом, ее эмоциональные колебания были ровны, как прямая линия. Если бы она не заговорила первой, как кто-то другой мог бы заметить бурю у нее в душе?

Но язык у Тан Яньчжао был твердым, как створки ракушки — жестким и плотно сжатым. Она мастерски умела говорить не то, что думает, как и сейчас.

Услышав ее слова, Шэнь Цзяньси позволила улыбке на угольках губ стать еще более дерзкой. Она окликнула: «Тан Яньчжао», — а ее кошачьи глазки лучились весельем.

Выражение лица Тан Яньчжао не изменилось, но Шэнь Цзяньси не падала духом.

Наклонив голову влево, она позвала:

— Тан Яньчжао. — Капризуля.

— …

Склонив голову в другую сторону, она снова окликнула:

— Тан Яньчжао. — Скрытная царевна.

— …

Так повторялось много раз: «Тан Яньчжао, Тан Яньчжао…»

В глубине этих кошачьих глаз мерцали искорки звезд, и Тан Яньчжао пришлось признать свое поражение — она отвела взгляд, лишь бы не смотреть на нее.

Шэнь Цзяньси радостно хихикнула, и та тягостная атмосфера незаметно растворилась без следа.

-

Разобравшись с ранами, девушки уже собирались уходить, как вдруг висевший позади занавес отдернули, и, обернувшись, Шэнь Цзяньси увидела ученицу в спортивном костюме.

— Сиси? Ты почему здесь?

— Цзян Лань?

Клан Цзян и семья Шэнь поддерживали дружеские отношения из поколения в поколение, так что обе девушки естественным образом стали подругами детства. К тому же Цзян Лань была альфа-омегой ранга А, и семьи вечно не прочь были свести их вместе — впрочем, обычно такие разговоры заводились старшими лишь ради шутки во время семейных застолий.

Хотя кланы Шэнь и Цзян принадлежали к высшему кругу, к счастью, у них не было дурацких замашек вроде заключения помолвок с пеленок, и они давали младшим право на свободную любовь.

К тому же после того, как обе девушки несколько раз пояснили, что они просто подруги и между ними нет никакой искры, этот вопрос сам собой сошел на нет.

Цзян Лань напролом втиснулась внутрь:

— Отлично, что ты здесь, помоги мне обработать рану.

Тут Шэнь Цзяньси заметила длинную царапину, тянувшуюся от ладони правой руки до внутренней стороны предплечья, и нахмурилась:

— Что случилось?

— Спортивный класс старшеклассников спорил с нами за тренировочную площадку, устроили товарищеский матч. Эти парни сыграли не по правилам: не смогли победить честно и пустились на хитрости. Хорошо, что я вовремя увернулась, только упала.

Казалось, все баллы навыков за умственное развитие Цзян Лань вложила в спортивный талант. С самого детства она была невероятно подвижной, и домашние даже водили ее в больницу на обследование. На удивление, Цзян Лань оказалась абсолютно здоровой, у нее просто наблюдался гиперактивность в чистом, духовном смысле.

Заметив, что подруга Шэнь Цзяньси пришла, а тесное пространство стало еще более тесным, Тан Яньчжао как раз собралась уходить. Воспользовавшись тем, что Шэнь Цзяньси встала, чтобы пропустить ее, она тут же поднялась, взяла учебники и встала в стороне, уступая им дорогу.

— Больше ничего нет, я пойду.

С этими словами Тан Яньчжао ушла, не оглядываясь.

Шэнь Цзяньси была занята Цзян Лань и вдогонку успела выдать лишь «эй».

Цзян Лань обладала толстой кожей и совершенно не заметила их странного поведения. Она согнула палец и легко щелкнула по ране, выбивая оттуда застрявший черный камешек.

— Быстро-быстро, обработай мне тут.

На лице Шэнь Цзяньси так и читалось недовольство тем, что ее прервали:

— А где врач?

— Противники схитрили и сами же сломали себе кости, теперь все доктора помогают там.

— …

Шэнь Цзяньси могла лишь проводить взглядом удаляющуюся спину Тан Яньчжао. С мрачным выражением лица она принялась обрабатывать рану подруге, но движения ее рук назвать нежными было никак нельзя.

— Ай, Сиси, ты не могла бы помягче?

Шэнь Цзяньси с натянутой улыбкой процедила:

— Не могла бы.

Цзян Лань от боли невольно затрясла пальцами и, понизив голос, спросила:

— Чего это ты, мне кажется, сердишься?

Шэнь Цзяньси одарила ее самым откровенным презрительным взглядом и поленилась отвечать.

Цзян Лань же ломала голову в догадках, и тут, поразмыслив, внезапно вспомнила ушедшую Тан Яньчжао. Словно озаренная вспышкой, она хлопнула себя по лбу:

— Это ж была… как ее там? Тан кто-то там, которая пришла оттяпать твое наследство?

Едва слова сорвались с губ, как их продолжил вопль самой же Цзян Лань.

У Шэнь Цзяньси злость буквально на лице была написана:

— Она не такая.

— Ладно-ладно, раз не такая, так не такая. Ты что, меня убить хочешь?

Шэнь Цзяньси снова опустила голову, продолжая обрабатывать рану. Простодушная Цзян Лань благоразумно замолчала, чтобы снова ненароком не наступить на больную мозоль подруги — в противном случае мучиться пришлось бы ей самой.

Ни одна из них не заметила, что силуэт, застывший в дверях, лишь теперь сдвинулся с места и удалился.

-

В полдень Шэнь Цзяньси и Цзян Лань, закончив с ранами, направились в столовую и по указаниям Е Тао поднялись на второй этаж.

— Сюда-сюда-сюда!

Е Тао возбужденно махала им рукой.

— Персик! — Цзян Лань быстро подошла и по привычке ущипнула Е Тао за щеку.

Е Тао недовольно зыркнула на нее и безжалостно шлепнула по руке:

— Убери лапу, нечего меня щипать.

Цзян Лань ни капли не смутилась от предупреждения. Она приподняла бровь, перевела взгляд на сервированный обед на столе и восхищенно воскликнула:

— Малышка Персик, до чего же ты хороша! Откуда ты узнала, что я хочу глиняный горшочек с рисовой кашей со второго этажа?

Цзян Лань целыми днями тренировалась в спортивной команде и в столовую всегда приходила поздно. Сегодня она освободилась раньше только из-за ЧП, но жаль, что глиняный рис на втором этаже расходился с такой скоростью, что у Цзян Лань обычно даже не было шанса взглянуть на него.

По дороге она как раз жаловалась Шэнь Цзяньси на то, что школа занимается искусственным созданием дефицита, и вот надо же — сюрприз подоспел так быстро.

Е Тао фыркнула:

— Не льсти себе. Это я ради нашей Сиси возвращение отмечала, а ты в лучшем случае просто халявщица, пристроившаяся поесть.

Цзян Лань не придала этому значения и просто плюхнулась на стул:

— Ну и ладно, халявщица так халявщица, мне все равно, лишь бы поесть.

Она тщательно перемешала всё ложкой, зачерпнула огромный кусок, отправила в рот и с блаженным вздохом восторженно указала на еду:

— Именно этот вкус!

Е Тао только руками развела от такого зрелища. В конце концов, Цзян Лань из богатой семьи, каких деликатесов она не пробовала? А сейчас уплетает глиняный рис так жадно и бесцеремонно, будто деревенщина, впервые выбравшаяся в город.

Смотреть было просто не на что.

— Персик! — Шэнь Цзяньси появилась с опозданием.

Е Тао усадила ее рядом с собой и с набитым ртом невнятно спросила:

— Сиси, ты куда пропала? Только оставила рюкзак — и след твой простыл.

— У Тан Яньчжао возникли проблемы, я ходила ей помочь.

Е Тао недоверчиво распахнула глаза:

— Тан Яньчжао? Это с ней-то что?

— Ян Юйхань публично выпустила феромоны, пытаясь спровоцировать у нее течку, да еще и полезла в драку, — в голосе Шэнь Цзяньси сквозило открытое отвращение.

Если не считать Цзян Лань, которая целиком и полностью сосредоточилась на глиняном рисе, Е Тао отреагировала донельзя спокойно и лишь протянула «о». Брови Шэнь Цзяньси сошлись на переносице так тесно, что, казалось, могли прихлопнуть муху:

— И это вся твоя реакция?

Тогда Е Тао достала телефон:

— В чате сплетен кто-то перепостил пост с школьного форума, только популярность у него небольшая, да и расходится немного с тем, что ты говоришь.

Шэнь Цзяньси взяла у нее телефон и увидела бросающийся в глаза заголовок: #Переведенная во втором полугодии ученица второго курса Тан Яньчжао публично выпустила феромоны, пытаясь спровоцировать течку у альфы#.

Далее утверждалось, что Тан Яньчжао ради того, чтобы прибиться к влиятельным людям, бесстыдно использовала феромоны омеги, чтобы соблазнить альфу, но альфа сохранила стойкость и оттолкнула ее, в результате чего Тан Яньчжао в жалком виде упала и поранилась.

К посту прилагалась размытая фотография со спины Тан Яньчжао, а шедшая рядом с ней Шэнь Цзяньси была обрезана.

Личность так называемого альфы от начала и до конца не раскрывалась, впрочем, местным диванным воинам было все равно — ведь внешности самой Тан Яньчжао уже вполне хватало, чтобы сделать ее мишенью для всеобщего осуждения.

Под постом уже набралось больше трехсот комментариев, и цифра продолжала расти. На первый взгляд казалось, что абсолютно все поверили в написанное.

[Я же говорила, что Тан Яньчжао та еще дрянь, сучка конченая, ивинкой прикидывается.]

[Корчит из себя недотрогу, а сама за спиной неизвестно как шляется.]

[Эта Тан Яньчжао приперлась в Жунцин только ради того, чтобы подцепить богатого папика, неужто кто-то еще этого не знал?]

[Из достоинств — только мордашка, а носит сплошное дешевое барахло с маркетплейсов по девять девять.]

[Тихонько подниму руку: а Тан Яньчжао — это кто вообще?]

[Ответ предыдущему оратору: новенькая, перевелась в 1-й класс второго года.]

[Ого, Тан Яньчжао сейчас прославится.]

[Какое же это удовольствие, когда наконец все узнают о какой-то мерзкой бабе и начнут ее ненавидеть!]

— Чушь собачья! — Шэнь Цзяньси аж дым из ушей пустила от злости и так вренула ладонью по столу, что ложка в руке Цзян Лань с лязгом упала в тарелку. — Это кто такую дрянь выложил?

Е Тао испуганно вздрогнула и поспешила погладить подругу по спине, успокаивая:

— Это анонимный вброс на форуме. Айпишник общественный, найти автора будет трудновато.

У Шэнь Цзяньси зубы скрежетали от ярости. Е Тао озадаченно спросила:

— Сиси, ты же вроде терпеть не можешь Тан Яньчжао? Сама говорила, что она фальшивая недотрога, притворщица и всё такое.

— Я ее вовсе не терпеть не могу, — с абсолютно серьезным лицом заявила Шэнь Цзяньси. — Я еще с Ян Юйхань не разобралась, а они уже лезут бесчинствовать. Персик, а в школе форум многие смотрят?

Е Тао, совершенно не уловившая сути происходящего, тупо кивнула:

— Ну, так себе.

Шэнь Цзяньси прищурилась:

— Тогда помоги мне выложить одно видео.

С этими словами она переслала Е Тао фрагмент с камер наблюдения, который попросила вырезать. Посмотрев видео, Е Тао только восхищенно выдала:

— Ничего себе!

— Эта Ян Юйхань просто обнаглела, но Тан Яньчжао и правда безумно жалко.

http://bllate.org/book/36363/4516503