Готовый перевод The Vicious Beauty Escapes Death Three Times / Коварный красавец и три фальшивые смерти: жизнь злодея в книге: Глава 5

— Это отпрыск какого клана, раз так быстро наносит удары?!

— Второй молодой господин клана Лин сейчас на Ранней ступени Золотого Ядра, неужели этот человек находится на Стадии Зарождающейся Души?

— Стадия Зарождающейся Души! Если это действительно так, то молодой господин из клана Лин нарвался на крепкий орешек.

Прислушиваясь к возгласам толпы, Линь Цинхань опустил взгляд на Лин Яньхэ и заметил, что тот размеренно постукивает пальцами по подлокотнику кресла, судя по всему, пребывая в отличном расположении духа.

Заметив это, Линь Цинхань приподнял бровь, слегка наклонился и прошептал ему на ухо:

— Господин, вы сегодня необычайно отважны.

Лин Яньхэ скосил на него взгляд, но ничего не ответил. Однако его пальцы продолжили постукивать еще более расслабленно и лениво.

Ребячество, — подумал про себя Линь Цинхань.

Гул голосов вокруг становился всё громче, отчего лицо Лин Юаня помрачнело.

Сегодня мать велела ему отправиться в Зал Четырех Морей и сопровождать Су Няньхуань, чтобы они могли получше узнать друг друга. Случилось так, что во время учебного поединка она неосторожно порезала палец, что дало ему повод проявить заботу. Он поспешно привел её в Зал Возвращения Весны, а чтобы побыть наедине, специально приказал управляющему никого не впускать.

Кто же мог знать, что пока он перевязывал ей рану, снаружи начнется шум. Вспыхнув от гнева, он выскочил наружу, но, увидев нарушителей спокойствия, невольно обрадовался — это был прекрасный шанс блеснуть своей силой перед Су Няньхуань.

Изначально, увидев, что возмутительница спокойствия — девушка, Лин Юань посчитал некрасивым поднимать на неё руку, но стоило ему заметить человека в маске призрака, спокойно сидящего в кресле, как все сомнения отпали. Он поднялся и, применив пятьдесят процентов своей силы, решил проучить наглеца.

Кто бы мог подумать, что его самого подло уколют скрытым оружием.

Лин Юань смотрел на противника, чье лицо выражало полную расслабленность, и на свой собственный шелковый наряд, кусок которого был безжалостно срезан. Контраст был настолько очевиден, что лицо Лин Юаня мгновенно исказилось от досады.

— Брат Юань, ты в порядке? — Су Няньхуань подошла ближе и поддержала его. Её голос звучал нежно и мелодично, но в нем проскальзывало удивление.

Лин Юань поспешно взял себя в руки и выдавил из себя улыбку, пытаясь успокоить спутницу:

— Пустяки. Просто я не ожидал, что этот тип использует скрытое оружие, на секунду отвлекся и позволил ему добиться своего.

Су Няньхуань кивнула, но всё же внимательно оглядела его.

— Вы двое — как змеи, сговорившиеся в своей подлости! Наш господин одолел тебя вполне честными методами, а ты еще смеешь обвинять нас в использовании скрытого оружия? Просто не умеешь достойно проигрывать! — Шэнь Мяомяо обладала немалой силой культивации и прекрасно слышала каждое слово, поэтому не преминула воспользоваться случаем, чтобы вставить свою шпильку.

— Ах ты, мегера! Разве я не прав? Если бы он не прибег к своим низким уловкам, он бы даже до края моего рукава не дотронулся! — Лин Юань и так был вне себя от ярости, а после слов Шэнь Мяомяо его гнев вспыхнул с новой силой.

— Раз уж этот господин утверждает, что мой господин одержал победу нечестно, почему бы вам двоим не сразиться по-настоящему? — внезапно подал голос Линь Цинхань. — Если наш господин проиграет, то прямо здесь, перед Залом Возвращения Весны, на глазах у всех принесет вам глубочайшие извинения. А если проиграем мы, то будем в вашем полном распоряжении. Как вам такое предложение?

Услышав это, Лин Яньхэ на мгновение замер. Оказывается, Линь Цинхань задумал именно это. В его черных как смоль глазах промелькнуло удивление, но останавливать своего спутника он не стал.

Лин Юань с презрением посмотрел на Линь Цинханя, который тоже был в маске:

— Где это видано, чтобы подлый раб вмешивался в разговор своего господина!

Мощная духовная сила, обволакивая острое лезвие, устремилась прямо в лицо Линь Цинханю. Удар был стремительным и беспощадным — очевидно, Лин Юань вложил в него семьдесят процентов силы, намереваясь убить противника на месте.

Зрители почувствовали, как мимо пронесся ледяной ветер, и невольно вздрогнули, в глубине души посочувствовав невезучему слуге. Е Чжаоянь и Шэнь Мяомяо в то же мгновение, когда духовная сила прорезала воздух, подняли руки, готовясь защитить Линь Цинханя.

Все вокруг были охвачены тревогой, и только Лин Яньхэ сидел с невозмутимым видом, а затем вдруг тихо усмехнулся.

В мгновение ока мощная волна духовной энергии рассеялась. Все вокруг инстинктивно перевели взгляд на Линь Цинханя, ожидая увидеть плачевный финал, но, узрев результат, застыли в немом изумлении.

Тот, кого все считали обреченным, стоял в стороне как ни в чем не бывало: одной рукой он опирался на инвалидное кресло, а другой легко удерживал лезвие двумя пальцами. Даже под маской, скрывающей половину лица, было видно, насколько он спокоен и уверен в себе.

— Хрусть…

Он слегка сжал пальцы, и стремительное лезвие с легкостью переломилось пополам.

— Ах, прошу прощения, нечаянно повредил артефакт господина, — Линь Цинхань отряхнул руки и виновато улыбнулся Лин Юаню. Хотя в глазах последнего это выглядело как наглое издевательство.

Лин Яньхэ смог уклониться от атаки противника лишь благодаря эффекту неожиданности и трусости самого Лин Юаня. Но ведь истинный уровень культивации Лин Яньхэ — Поздняя ступень Золотого Ядра, в то время как Лин Юань — лишь культиватор на Ранней ступени Золотого Ядра, достигший этого уровня благодаря пилюлям. Даже используя лучшие артефакты, он едва ли мог выжать из них силу, сопоставимую со Средней ступенью Золотого Ядра. Как он мог тягаться с ним?

— Как это возможно… — лицо Лин Юаня внезапно осунулось.

Только что он использовал скрытое оружие, подаренное матерью — Лезвия Десяти Тысяч Цветов. Этот артефакт был невероятно прочен и остер, и если прибавить к этому его полную силу, он должен был убить противника одним ударом. Но лезвие было так легко сломано обычным слугой!

Лин Юань мгновенно осознал: этот невзрачный слуга куда сильнее, чем тот, кто сидит в кресле. Он совершил роковую ошибку.

— Вы только что обвиняли нас в использовании низких трюков, а сами пустили в ход смертоносное скрытое оружие, чтобы лишить нас жизни. Вот уж поистине: на словах одно, на деле — совсем иное.

— Люди, взгляните на истинное лицо этих великих кланов! Клан Лин и клан Су сегодня мало того, что не дают нам получить лечение, так еще, когда мы предложили честный поединок, попытались убить нас! Неужели на этом свете нет никого, кто мог бы вас урезонить?! — Шэнь Мяомяо, пораженная мастерством Линь Цинханя, быстро сориентировалась, увидев мертвенно-бледное лицо Лин Юаня, и тут же решила подхватить инициативу, увлекая за собой толпу.

— И правда! Я ведь слышал, как управляющий говорил, что внутри важные гости и никого не впускают!

— Они просто пользуются своим положением! Всего-то у девушки царапина, а они приватизировали аптеку, какая наглость.

— Проигрывают и сразу за подлые приемы берутся! Все эти кланы на одно лицо!

— Да и этот Зал Возвращения Весны — лишь по названию лекарни, никакой чести!

Среди тех, кто пришел на испытание, было много вольных культиваторов. Адептов из великих кланов было от силы человек двести, остальные — выходцы из малых родов, приехавшие в надежде попытать счастья. По пути сюда они не раз сталкивались с предвзятым отношением, и теперь накопленное недовольство выплеснулось наружу. Каждый старался вставить слово, готовые едва ли не утопить в гневе тех, кто загородил вход в Зал Возвращения Весны.

Управляющий Зала Возвращения Весны, увидев такое, почувствовал, как мир потемнел перед глазами. Он всего лишь хотел немного нажиться, а в итоге ввязался в конфликт между кланами, да еще и столкнулся с противниками, которые оказались куда опаснее этих самых кланов. Теперь он был готов рвать на себе волосы от раскаяния. Но выхода не было — ему оставалось лишь понурить голову и терпеть проклятия окружающих.

А в центре этого водоворота Лин Юань и Су Няньхуань чувствовали себя еще хуже. Лин Юань надеялся запугать толпу этим приемом и поскорее уйти, но всё обернулось против него.

Выражение лица Су Няньхуань было еще более неприглядным — её маска невинности почти треснула. Она лишь хотела поманипулировать Лин Юанем, чтобы тот и дальше исправно исполнял её прихоти, но никак не ожидала, что её втянут в подобный фарс. Она посмотрела на трусливого, паникующего Лин Юаня с нескрываемым отвращением.

— Сегодняшнее происшествие, я готов поверить, было лишь неосторожностью молодого господина Лина и госпожи Су, но боюсь, окружающих убедить будет нелегко, — посреди общего шума человек в инвалидном кресле медленно заговорил, и толпа постепенно затихла, обратив на него свои взгляды.

— Почему бы не поступить так, как предложил мой строптивый слуга? Давайте проведем честный поединок, что скажете? — Лин Яньхэ, подперев подбородок рукой, слегка поднял взгляд на ошеломленную пару.

— Какой поединок? — машинально спросил Лин Юань.

Из-за маски с клыками послышался легкий смешок, от которого у Лин Юаня по спине побежали мурашки.

— Бросаем вызов Залу Четырех Морей.

Как только эти слова прозвучали, толпа замерла, а затем взорвалась бурными обсуждениями. Причина была проста: вызов Залу Четырех Морей в сочетании с личностями оппонентов привел всех в невероятное возбуждение.

Поединки в Зале Четырех Морей всегда распределялись согласно рейтингу очков: обладатели высоких очков сражались с мастерами, а те, у кого очков было мало — с такими же неудачниками. Очки начислялись в зависимости от исхода боя, силы противника и показанного мастерства. Любой, кто регистрировался, должен был начинать с самого низа списка, постепенно пробиваясь вверх, чтобы получить шанс встретиться с сильным соперником.

Если же кто-то не хотел ждать, существовал лишь один путь — бросить вызов лидеру или сильному игроку, занимающему высокое место. У входа в Зал Четырех Морей висел список рейтинга, который обновлялся в реальном времени. Если ты бросал вызов и побеждал — занимал место побежденного, а его очки обнулялись. Если же проигрывал — оказывался в полной власти противника.

Поскольку наказание за проигрыш при таком вызове не было регламентировано, противник мог даже лишить тебя жизни, и ничего нельзя было с этим поделать. Конечно, столь радикальные меры применялись редко, чаще всё ограничивалось конфискацией артефактов. Даже при таком риске большинство бросавших вызов выбирали противников из середины списка: это экономило время, повышало известность и было относительно безопасно.

Однако Лин Юань и Су Няньхуань не были середнячками: один входил в пятерку лучших, другая — в десятку, они были самыми обсуждаемыми участниками турнира. Такого вызова здесь не видели уже очень давно — именно поэтому толпа была так взбудоражена.

— Что?! — Шэнь Мяомяо, явно не ожидавшая такой дерзости, поспешила подойти и спросить шепотом: — Ты не собираешься остановить своего господина?

Линь Цинхань, глядя на столь же озадаченную Е Чжаоянь, лишь слегка улыбнулся:

— Я верю в своего господина.

Рука, постукивающая по подлокотнику, на мгновение замерла, а затем возобновила прежний ритм.

http://bllate.org/book/36337/4513298