Готовый перевод He Is a Little Bit Sick / Он слегка (неизлечимо) болен: Глава 11

— Что? — Сяо Ань удивлённо округлила глаза.

Доктор Чу разительно отличался от остальных врачей клиники. Если с директором Сяо Ань ещё могла позволить себе перекинуться парой шуток, то доктор Чу с первого взгляда казался человеком исключительно строгим и серьёзным.

Стоило лишь взглянуть на него: за своим рабочим столом он сидел неизменно собранный, холодный и отстранённый, застёгнутый на все пуговицы до самого воротника. Ткнуть в такого человека иголкой? Да у неё просто рука не поднимется.

— Это как-то неправильно, доктор Чу, — нерешительно покачала головой Сяо Ань.

— Всё в порядке. Раз я прошу — коли. А после сеанса я угощу тебя чаем с молоком.

Сяо Ань растерянно кивнула. Сгорая от любопытства и совершенно не понимая, зачем доктору понадобилась столь странная услуга, она уже собиралась выйти, чтобы поделиться этой новостью с коллегами на сестринском посту, как вдруг Чу Чжань окликнул её у самой двери:

— Сяо Ань, помнится, ты увлекаешься романами?

Девушка удивлённо моргнула, недоумевая, почему доктор сегодня так щедр на странные вопросы, но послушно кивнула.

— Тебе попадались книги в жанре принудительной любви?

Сяо Ань снова кивнула.

Чу Чжань на мгновение задумался, а затем поднял на неё взгляд:

— Можешь порекомендовать парочку лучших?

— А? — Сяо Ань мысленно пообещала себе пересмотреть своё отношение к доктору Чу. Оказывается, этот суровый трудоголик не такой уж и сухарь. Кто бы мог подумать, что в глубине души у него прячется столь романтичная натура!

Стоило заговорить о книгах, как у Сяо Ань загорелись глаза. До визита следующего пациента оставалось добрых полчаса, поэтому Чу Чжань жестом предложил ей присесть на стул напротив. Девушка с воодушевлением принялась перечислять самые популярные романы об одержимости и похищениях, расписывая их так эмоционально, что едва не переходила на крик от восторга.

Она даже вытащила телефон и открыла пару популярных сайтов с веб-новеллами. Голова Чу Чжаня быстро пошла кругом от обилия незнакомых терминов, и он поспешил прервать этот фонтан красноречия:

— Ладно-ладно, давай остановимся на первом романе. Расскажи в двух словах, о чём там речь.

— Ну, смотрите, — затараторила Сяо Ань. — Главный герой, то есть «гонг», — влиятельный и баснословно богатый магнат. Он положил глаз на…

— Погоди, — снова прервал её Чу Чжань. — Что ещё за «гонг»? И кто такой «шоу»?

Сяо Ань слегка смутилась и, пряча взгляд, пробормотала:

— Ну... это когда в отношениях двое мужчин. Один из них — ведущий партнер, актив, а второй — ведомый, пассив.

«...»

«Чу Чжань всё понял. Мать его, да это же один в один их ситуация с Гу Цзиньянем в мире гипноза!»

— Понятно. Продолжай.

Сяо Ань облегчённо выдохнула. Она-то боялась, что строгий доктор прочитает ей лекцию о морали, но этот убеждённый натурал оказался на удивление непредубеждённым.

— Так вот, пассив не отвечает активу взаимностью. Тогда тот запирает его под замком и начинает всячески изводить, подчинять своей воле, унижать за малейшее неповиновение...

Чу Чжань слушал её, хмурясь всё сильнее, и то и дело вставлял свои комментарии:

— Если похититель настолько влиятелен, то полиция вряд ли сможет помочь.

Сяо Ань закивала так неистово, словно нашла родную душу:

— Вот именно! Жертве приходится несладко. Но, справедливости ради, насильник ведь искренне его любит! В конце он осознаёт свои ошибки, ползает перед ним на коленях и умоляет о прощении.

— Это деструктивная модель поведения, — Чу Чжань подошёл к вопросу как профессиональный психотерапевт. — Никакие чувства не могут оправдать насилие и залечить нанесённые травмы. Подобные типы — типичные психопаты. И как бы такой человек ни каялся, от него нужно бежать без оглядки.

— Но в книге всё закончилось хорошо! Герой его простил, и в финале они жили долго и счастливо.

— Что? — Чу Чжань искренне изумился. — Простил после всего этого кошмара? У этого парня что, стокгольмский синдром или просто с головой не всё в порядке?

— Ну, актив же осознал свою вину и попытался всё исправить!

— Люди с подобной нестабильной психикой не меняются в одночасье, — отрезал Чу Чжань. — Даже если они временно примирились, это бомба замедленного действия.

Наткнувшись на суровый профессиональный взгляд врача, Сяо Ань испуганно притихла.

Чу Чжань устало потёр переносицу и уже мягче спросил:

— А нет ли книг, где похититель ломает жизнь и себе, и жертве, а в конце закономерно отправляется за решётку?

Сяо Ань мотнула головой.

— Ладно, иди работай.

«...»

«Изначально он надеялся подсунуть Гу Цзиньяню парочку романов о принудительной любви с трагическим концом, чтобы тот наглядно увидел, к какому краху ведут подобные наклонности. Но, похоже, современная литература романтизирует исключительно психопатов. Идея провалилась».

Полчаса спустя в кабинете появился Гу Цзиньянь. Он, как обычно, выглядел безупречно: элегантный дорогой костюм, безукоризненные манеры и мягкая, располагающая улыбка.

— Добрый день, доктор Чу, — приветствовал он врача.

Несмотря на то что они встречались уже дважды, Чу Чжань держался подчёркнуто официально и отстранённо. Он поднялся из-за стола и жестом пригласил гостя сесть.

— Мы можем начинать сеанс? — поинтересовался Гу Цзиньянь.

Опустившись в кресло, Чу Чжань защёлкал мышкой, демонстративно уставившись в монитор. Он даже не взглянул на мужчину.

— Минутку. Мне нужно обновить вашу историю болезни.

— Хорошо, — не возражал тот.

Гу Цзиньянь устроился поудобнее и принялся открыто, не отрываясь, разглядывать лицо терапевта. Чу Чжань прекрасно видел это боковым зрением. От столь пристального внимания ему стало не по себе.

Слегка откашлявшись, он нарушил затянувшееся молчание:

— Господин Гу, перед началом сеанса я хотел бы прояснить пару деталей. Это крайне важно для выстраивания дальнейшей терапии.

— Я весь внимание.

Чу Чжань наконец повернулся к нему:

— Вы помните, что происходило в иллюзорном мире во время предыдущих сеансов? Я имею в виду... — Справившись с неловкостью, он выдавил из себя: —...почему экранный «Чу Чжань» оказался у вас под замком?

— Понятия не имею, — покачал головой Гу Цзиньянь.

Чу Чжань почувствовал, как на него накатывает глухая усталость. Насильно лечить этого упрямца было выше его сил, и он не сдержался:

— Послушайте, господин Гу. Моя методика дала сбой. Я заперт внутри вашего подсознания без возможности наблюдать за процессом со стороны, как сторонний аналитик. В таких условиях терапия превращается в блуждание в потёмках, и я не могу гарантировать положительный результат. Если вас это не устраивает, я настоятельно рекомендую обратиться к кому-то из моих коллег. В нашей клинике много первоклассных специалистов.

Гу Цзиньянь лишь снисходительно улыбнулся в ответ:

— Доктор Чу, не нужно так себя недооценивать. Мой недуг сидит глубоко в голове, и я прекрасно понимаю, что полностью излечиться от него практически невозможно. Однако после наших сеансов я чувствую колоссальное облегчение. Похоже, всё внутреннее напряжение находит выход там, в вымышленном мире.

Чу Чжань выдавил из себя вымученную улыбку.

«...»

«Конечно, ты-то расслабился и сбросил пар! А каково мне отдуваться за твои фантазии?»

— Значит ли это, доктор Чу, что у вас готов новый план действий? — с явным интересом спросил пациент.

— Наброски есть.

Гу Цзиньянь подался вперёд, превратившись в слух.

— Пространство гипноза строится на ваших подавленных желаниях и страхах, — начал объяснять Чу Чжань. — Если однажды в ваших иллюзиях исчезнут сцены насилия и принуждения, это будет означать, что вы практически здоровы. Изначально я планировал докопаться до корня вашей проблемы через анализ подсознания, но сейчас этот путь закрыт. Поэтому я решил пойти иным путём: нам нужно найти для вас партнёра внутри проекции. Если вы сможете выстроить здоровые, гармоничные отношения, ваша психика стабилизируется.

Гу Цзиньянь нахмурился, обдумывая услышанное:

— Найти партнёра? Построить отношения?

— Именно.

— А почему этим кем-то не можете стать вы?

Чу Чжань саркастически усмехнулся:

— Сами как думаете? Будь я гомосексуалом, возможно, я бы пошёл вам навстречу ради терапевтического эффекта. Но у меня нет ни малейшего желания раз за разом прокусывать себе язык до крови, лишь бы поскорее выбраться из вашего транса.

В кабинете повисла тишина. Спустя минуту Гу Цзиньянь тихо произнёс:

— Доктор Чу, вам вовсе не обязательно калечить себя.

— Что вы имеете в виду?

— Мир гипноза — всего лишь иллюзия, — с явной неохотой и некоторым смущением пояснил он. — Даже если бы между нами... кхм... что-то произошло, реальный мир никак бы не пострадал.

— Я прекрасно это понимаю и без ваших подсказок, господин Гу. Но для меня это неприемлемо.

— Но поймите, ваши резкие действия вредят не только вам. Мне они тоже приносят ощутимый урон.

Чу Чжань опешил от такой наглости:

— Простите, урон? И какой же вред я вам наношу?

За время их недолгого знакомства Гу Цзиньянь прослыл в глазах Чу Чжаня образцом хладнокровия и утончённости. Но сейчас на холёном лице мужчины проступило редкое замешательство.

Сжав кулак, он неловко прикрыл рот рукой и тихо кашлянул:

— Дело в том, что каждый раз мы прерываемся на самом интересном месте. Я проконсультировался со специалистами... Говорят, подобные резкие обрывы в момент пика крайне вредны для мужского здоровья. Это может привести к необратимым последствиям.

«...»

«Чу Чжань почувствовал, как к лицу прилила краска. От возмущения его едва не разобрал истерический смех. Что за бред несёт этот человек? Он всерьёз требует, чтобы лечащий врач, прерывая сеанс, беспокоился о сохранности мочеполовой системы своего высокопоставленного пациента?!»

Несколько секунд Чу Чжань хватал ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова. Сделав пару глубоких вдохов, чтобы окончательно не сорваться на крик, он процедил:

— То есть вы предлагаете мне расслабиться и выполнять все ваши прихоти? Простите, господин Гу, но я психотерапевт. Спектр моих услуг ограничивается лечением. Интимные ласки в мой прайс-лист не входят!

— Доктор Чу, вы меня неправильно поняли, — поспешно примирительно поднял ладони Гу Цзиньянь. — Я лишь предупредил вас о возможных рисках.

— Тогда держите свои порывы в узде! — сорвался на шипение Чу Чжань. — Это избавит нас обоих от кучи проблем. Поверьте, гонорар за ваше лечение не стоит того, чтобы я жертвовал собственной гордостью. И давайте сразу проясним: если вы перейдёте черту, я немедленно прекращу...

Он осёкся на полуслове, уставившись на зажатую в пальцах собеседника связку ключей с массивным металлическим брелоком. Любой мужчина, мало-мальски разбирающийся в автомобилях, без труда узнал бы этот логотип. Гу Цзиньянь держал ключи от суперкара стоимостью в несколько миллионов юаней.

— Доктор Чу, мне искренне жаль, что мои бесконтрольные действия в прошлые разы причинили вам вред, — мягко произнёс Гу Цзиньянь, плавно опуская ключи на полированное дерево стола. — Пусть это послужит скромной компенсацией за доставленные неудобства.

Чу Чжань перевёл взгляд с дорогой безделушки на невозмутимое лицо мужчины. На губах врача заиграла скептическая усмешка, хотя раздражение ещё не улеглось до конца.

Сделав паузу, он резким движением сгрёб ключи со стола, выдвинул ящик и небрежно швырнул их внутрь. С грохотом задвинув ящик, он посмотрел прямо в глаза пациенту:

— Как бы то ни было, господин Гу, я настоятельно прошу вас держать себя в руках во время погружения.

Гу Цзиньянь довольно улыбнулся:

— Договорились. Я постараюсь. Но у меня тоже есть одна просьба.

— Слушаю.

— Если для моего исцеления действительно необходимы нормальные романтические отношения... я бы хотел, чтобы моим партнёром стали именно вы.

Чу Чжань промолчал, ожогом смерив его взглядом.

— Поверьте, я чувствую это на интуитивном уровне, — мягко добавил Гу Цзиньянь. — Моё подсознание настроено исключительно на вас. Никого другого я там просто не подпущу к себе.

«...»

«Вот ведь привязался, упрямый баран...»

Однако, принимая во внимание столь щедрое и искреннее извинение в виде новенького спорткара, Чу Чжань решил немного скорректировать свою стратегию.

«...»

«Чтобы исправить больные, абьюзивные отношения, нужно было вернуть всё к самому началу — к моменту их знакомства. Но если сюжет очередного погружения просто продолжится с того места, где они остановились, это ничего не даст. Если только...»

В голове Чу Чжаня вдруг вспыхнула спасительная мысль. Как же он сразу об этом не подумал?

К началу третьего сеанса всё было готово. Ассистенты настроили оборудование, медсестра дежурила у таймера. На этот раз Чу Чжань не испытывал прежней паники — его нервы заметно окрепли. В конце концов, после всего пережитого в иллюзорном мире его уже сложно было чем-то удивить.

Сосредоточив взгляд на мерно покачивающемся стеклянном маятнике, он медленно погрузился в глубокий сон.

http://bllate.org/book/36322/4633411