Молодой человек был миниатюрным, с аккуратной округлой головой, а светло-каштановые волосы делали его кожу ещё белее. Сидя сейчас на диване, он от неловкости так сильно нахмурился, что выглядел по-детски мило и послушно.
Дон.
Сидящий рядом Цзи Наньчэнь поставил чашку на стол, и Гу Цзинцзэ тут же перевёл на него взгляд. Подавшись вперёд, он с насмешливой ухмылкой прошептал:
— Неплохо, старина Цзи, спрятал сокровище в золотой клетке?
Он намеренно понизил голос, но в следующую же секунду Цзи Наньчэнь с видом полнейшей настороженности отодвинулся и с праведным возмущением произнёс:
— Не болтай ерунды. Сунь Чжиань здесь, чтобы ухаживать за мной.
— Он? Он приехал ухаживать за тобой?!
Гу Цзинцзэ едва не подпрыгнул от изумления. Рука Цзи Наньчэня была размером почти с голень Сунь Чжианя — неужели ему действительно требовался такой уход?
Не успел он закончить фразу, как Сунь Чжиань, заметно нервничая, вскочил на ноги:
— Не нужно так кричать! Господин Цзи ведь ранен!
Глядя на то, как юноша пытается защитить его от грозного тона Гу Цзинцзэ, последний лишь безмолвно хмыкнул. Кем был Цзи Наньчэнь? В деловых кругах его прозвали Цзи-Яньваном. Один его топот мог заставить весь финансовый мир содрогнуться, а эту травму он использовал лишь как предлог, чтобы содрать семь шкур со всех компаний, пытавшихся провернуть махинации. Разве мог такой человек испугаться громкого голоса?
Гу Цзинцзэ повернул голову, собираясь возразить, но увидел, как Цзи Наньчэнь опустил взгляд в чашку с чаем и едва заметно улыбнулся, молчаливо подтверждая слова Сунь Чжианя.
Цзи Наньчэнь может так улыбаться? Это что, днём с огнём не сыщешь?
Гу Цзинцзэ почувствовал, как по коже побежали мурашки. Взглянув на стоящего Сунь Чжианя, он заметил на нём маленький фартук. Уголок рта Гу Цзинцзэ нервно дёрнулся — он решил, что, должно быть, сам заболел. Или это сейчас у городской молодёжи такие игры в моде?
Гу Цзинцзэ поспешил уйти, боясь оставаться здесь дольше: вдруг в Цзи Наньчэня вселился призрак?
Проводив гостя, Сунь Чжиань отложил телефон. Цзи Наньчэнь, увидев его выражение лица, спросил:
— Что случилось?
Сунь Чжиань ответил, что ничего особенного:
— Господин Гу добавил меня в друзья в WeChat и скинул контакт одного мастера-даоса. Сказал, если ночью почувствую что-то неладное — сразу звать его, добавил, что по его имени можно получить скидку… — Сунь Чжиань тихо пробормотал себе под нос: — Странный человек.
— Не обращай на него внимания, он всегда такой.
Цзи Наньчэнь взял кусочек арбуза, вырезанный Сунь Чжианем в форме маленького динозавра, и не спеша отправил его в рот. Если бы это увидел Гу Цзинцзэ, он бы точно издал вопль ужаса.
Сунь Чжиань полностью согласился с оценкой друга. И всё же, вспоминая, как Цзи Наньчэня только что отчитали, он заволновался. Его наниматель слишком добр, и пусть с друзьями это ещё простительно, но если он встретит какого-нибудь негодяя, его же с потрохами съедят!
Размышляя об этом, Сунь Чжиань вздохнул и посмотрел на Цзи Наньчэня. Похоже, пришло время преподать нанимателю несколько уроков по распознаванию подонков.
Он подошёл и сел рядом с Цзи Наньчэнем, приняв максимально серьёзный вид. Сунь Чжиань соблюдал дистанцию, стараясь не нарушать личное пространство. Диван был мягким, и юноша почти провалился в него. Погода стояла приятная, ни холодно, ни жарко, но из-за недоедания в детстве, проведённом в приюте, температура тела Сунь Чжианя всегда была чуть ниже, чем у других, стоило воздуху немного остыть.
Стоило ему сесть, как он ощутил, что от Цзи Наньчэня исходит ровное, постоянное тепло. Сунь Чжиань слегка отодвинулся и заговорил:
— Господин Цзи, мне кажется, вы слишком простодушны. Так вас легко обмануть!
И причём обмануть не только на деньги, но и на чувства!
Цзи Наньчэнь отложил вилку и сцепил пальцы в замок, положив руки на колени. Он склонил голову, глядя на полоску белой кожи на шее юноши, и в его голосе зазвучала лёгкая усмешка, словно он дразнил милого кролика:
— О? Неужели?
Сунь Чжиань, решив, что тот не воспринимает его всерьёз, поспешил добавить:
— Конечно!
Он-то знал, сколько таких успешных, дерзких и влиятельных людей в конце концов становились жертвами подлых манипуляторов. Сунь Чжиань так увлёкся, что не заметил, как взгляд Цзи Наньчэня стал глубже. Губы юноши, чуть пухлые и нежно-розовые, блестели от влаги и при каждом слове подрагивали, как желе.
Простодушный? Слишком доверчивый? Цзи Наньчэнь впервые слышал такое описание своей натуры. Он обладал самосознанием и не считал себя «добрым человеком» в традиционном смысле. В его представлении у любого поступка была цель, миром правили интересы, а человеческие сердца были лишь самой непредсказуемой игрой на ярмарке тщеславия.
В шесть лет мать прыгнула из окна прямо на его глазах. В двенадцать, когда умер дед, его иссохшие руки вцепились в воротник мальчика, и старик, срывая голос, проклинал его, называя чудовищем, играющим людскими судьбами. В двадцать пять второй дядя, одержимый жаждой власти, с налитыми кровью глазами при всём совете директоров кричал, что он безумен, а затем в припадке разбился о край стола и угодил в психиатрическую больницу.
А в тридцать лет милый кролик с блестящими глазами сказал ему, что он слишком простодушен.
Сунь Чжиань продолжал перечислять:
— …И особенно опасайтесь тех, кто специально пытается подобраться к вам слишком близко!
Цзи Наньчэнь подался вперёд, встречаясь глазами с Сунь Чжианем, и спросил:
— Сунь Чжиань, а то, что ты делаешь сейчас — это считается слишком близко?
Глава 10. Выход в свет! Господин Цзи напился
Слишком красивое лицо Цзи Наньчэня внезапно оказалось совсем рядом, и Сунь Чжиань машинально подался назад. Но позади была спинка дивана, так что отступить далеко не вышло.
Приятный янтарный аромат мужчины, словно разлитые на полу шёлковые нити, начал обвивать его, проникая повсюду и полностью заключая Сунь Чжианя в свои объятия.
http://bllate.org/book/36295/4507990
Сказали спасибо 0 читателей