Готовый перевод The Pretty Cannon Fodder's Daily Shura Field / Прекрасный статист в эпицентре любовных драм [Быстрый переход]: Глава 6

Насчёт того призрачного существа Цзян Хуайчу посоветовался только с главным героем-атакующим.

Раз сюжет дошёл до этого шага, разве до его ухода из этого мира не остался ещё один шаг?

Главный герой-атакующий — Чу Сили.

Он, как и Цзян Хуайчу, происходил из какого-то рода заклинателей.

Чу Сили бросил взгляд на Цзян Хуайчу:

— Я полагаю, тебе не стоит так спешить избавляться от этого призрачного существа, в конце концов, оно вряд ли причинит вред тебе.

Досказав, Чу Сили вновь перевёл мрачный взгляд на Хуай Линя:

— Что касается его... это призрачное существо не похоже на того, кто собирается его убивать. Без стопроцентной уверенности лучше не действовать, чтобы случайно не разгневать ЕГО.

Столкнувшись с мрачным взглядом Чу Цзиня, Хуай Лин внезапно ощутил дурное предчувствие.

Неужели таинственная вещь, о которой только что говорили эти двое, — это то, что первоначальный хозяин тела передал Чу Сили целый столичник «секретов»?

Каждый раз при встрече с ним взглядом тот выглядел пугающе.

Чу Сили быстро отвёл взгляд, словно всё только что было лишь иллюзией, и продолжил:

— Я пойду первым, вы тоже давайте собирайтесь, скоро начнётся урок.

Провожая взглядом спину Чу Сили, Хуай Лин похлопал ресцами. Характер Чу Сили был слишком холодным и к тому же таким... надменным, как он вообще смог выделиться среди толпы?

Погруженный в свои мысли, он с опозданием ощутил на себе взгляд Цзян Хуайчу. Заметив его мрачный взор, Хуай Лин подумал, что Цзян Хуайчу снова думает о произошедшем, и решил утешить его:

— Не вини себя, я правда не сержусь. Если бы не вы все, я, наверное, до сих пор ломал бы голову над собственным будущим.

Цзян Хуайчу скривил губы. Его пальцы продолжали гладить шею Хуай Линя, а глядя на те глаза, подобные полированному стеклу, он чувствовал, как в сердце нарастает раздражение.

Тот пухлый и тот тощий юноши чувствовали себя так, будто видели сон. Сон рассеялся, и перед их глазами погрузилось во тьму.

В головах взорвалась острая боль, и они невольно стали биться головами о стену, надеясь хоть так унять эти муки.

На лужайке виднелись разрозненные пятна крови. Позади тех двоих стоял человек и наблюдал за каждым их движением.

ОН стёр с рук кровь. Его волосы были немного длинными и тоже испачкались в крови; ОН стряхнул запачканные пряди и, вспомнив, что только что позволил Хуай Линю испачкаться в крови этих двоих, почувствовал некоторое сожаление.

Не стоило быть столь опрометчивым: Хуай Лин тогда был расстроен, и чужая кровь наверняка только запятнала его руки.

Уроки пролетели незаметно, и вскоре настала перемена.

Хуай Лин вернулся в класс на своё прежнее место, а Чу Сили уже низко склонился над книгой.

Цзян Хуайчу сел рядом с ним и Чу Сили.

Наблюдая за тем, как Цзян Хуайчу и Чу Сили контактируют друг с другом, Хуай Лин теперь испытывал некоторую радость: пусть развитие идёт быстрее, чем больше продвижения, тем быстрее он сможет отсюда уйти.

Правда, видя то отвращение, которое оба изредка выказывали при случайных соприкосновениях, радость в его сердце тут же рассеивалась.

Путь предстоял долгий и извилистый.

Вспомнив кое о чём, Хуай Лин придвинулся к Цзян Хуайчу и тихо спросил:

— Ты ведь не видишь ЕГО, откуда ты узнал, что я с НИМ столкнулся?

На обычно озарённом улыбкой лице Цзян Хуайчу сейчас не было и следа эмоций, его глаза упорно вглядывались в Хуай Линя:

— Я подумал, братец, что ты средь бела дня не стал бы пугаться без всякой причины, кроме как из-за этих призрачных существ.

С этими словами он достал из сумки шарф и аккуратно повязал его Хуай Линю на шею:

— Метка у тебя на затылке слишком заметна, боюсь, это вызовет лишние проблемы.

Хуай Лин кивнул, но в глазах его застыло растерянное выражение.

Оказывается, посторонние могли заметить, как он теряет самообладание перед НИМ.

Однако чем больше Хуай Лин размышлял об этом, тем страннее ему казалось. Если дело обстояло так, то в машине Цзян Хуайчу должен был заметить его странности.

В конце концов, он тогда так шумно возмущался.

Он как раз обдумывал это, как слова сидевших рядом двоих разом вернули Хуай Линга в реальность.

— Когда я шёл сюда, то заметил на дороге пару глазных яблок. Такие реалистичные, словно их и впрямь вынули из живого человека.

— Да ну тебя, не пугай меня! Я сегодня чуть не опоздал, нёсся в класс сломя голову, и посреди дороги мне показалось, будто кто-то меня схватил. Правда, всего на мгновение... Как думаешь, у нас тут что, призраки водятся?

Произнеся это, парень бросил крайне быстрый и незаметный взгляд на Чу Сили, после чего тут же отвёл глаза.

Всё время, пока они беседовали, Хуай Лин внимательно за ними наблюдал, и, разумеется, не упустил из виду этот манёвр.

Хуай Лин нахмурился, в его голове мелькнула одна догадка, которую он тут же отмёл.

Невозможно, не может такого быть.

Это больше походило на то, что было сделано специально для глаз Цзян Хуайчу.

Точно, если подумать так, всё вставало на свои места.

Всё, что ОН делал до сих пор, было лишь ради того, чтобы Цзян Хуайчу об этом узнал.

Сегодняшние уроки тоже пролетели быстро, и вскоре прозвенел звонок.

Цзян Хуайчу повёл Хуай Линга к выходу, в то время как Чу Сили даже не думал сдвинуться с места.

Разве между главным героем-атакующим и главным героем-пострадавшим может не быть эмоционального взаимодействия?Тогда Хуай Лин подёргал Цзян Хуайчу за рукав.

Увидев, что Цзян Хуайчу смотрит на него, Хуай Лин кивнул в сторону Чу Сили:

— Разве ты не пойдешь с ним?

Цзян Хуайчу легко улыбнулся:

— Не нужно. У него есть руки и ноги, сам дойдет.

Сказав это, он положил руку Хуай Лину на спину и слегка похлопал:

— Пойдём.

Хуай Лин заметил у Цзян Хуайчу одну маленькую привычку: тот время от времени любил действовать руками и периодически инициировал тактильный контакт.

На самом деле Хуай Лин невероятно любопытствовал насчёт того, как развиваются отношения между Чу Сили и Цзян Хуайчу.

Хотя в делах сердечных он был ужасно тугодумом, это ничуть не мешало ему с удовольствием слушать чужие романтические истории.

Выйдя наружу, они не стали спешить домой. Цзян Хуайчу направился в то самое место и, едва дойдя, опустился на колени, принимаясь что-то выискивать.

Хуай Лин опустил взгляд на собственные носки туфель, не понимая, что именно сейчас затеял Цзян Хуайчу.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Цзян Хуайчу резко выпрямился. На ладони у него лежали две пары глазных яблок. Спрятав их, он зашагал обратно к Хуай Лину.

Он спросил:

— Те двое всё время задирали старшего брата?

Хуай Лин покачал головой:

— Откуда ты знаешь про тех двоих?

Движения Цзян Хуайчу на секунду замерли:

— Чу Сили мне рассказал. Говорит, какие-то придурки путались у тебя под ногами.

Хуай Лин усмехнулся:

— А я думал, ему нет дела до подобных глупостей. Видимо, я ошибался.

Цзян Хуайчу коснулся головы Хуай Лина. Во взгляде его заледенела тьма, но голос остался абсолютно ровным:

— Старший брат так сильно о нём беспокоится, что я уже начинаю думать, будто это он здесь младший брат, а не я.

Хуай Лин отшутился:

— Вы оба. Вы оба мои младшие братья.

Цзян Хуайчу приходился ему младшим братом — пусть у них были разные родители, но если рассуждать так, то и Чу Сили, связавшись с Цзян Хуайчу, оказывался в том же положении, словно тоже был роднёй Цзян Хуайчу.

Цзян Хуайчу продолжал гладить Хуай Лина по волосам, опуская руку снова и снова.

Какая же жадность. Неужели он хочет заманить в свои сети ещё кого-то?

Жадные люди не кончают добра. Жадные люди должны быть наказаны, чтобы в следующий раз неповадно было совершать ошибки.

Подумав об этом, Цзян Хуайчу вернул на лицо привычную мягкую улыбку.

Хуай Лин поинтересовался:

— Кстати, Хуайчу, зачем ты забрал их глаза?

— Боюсь, как бы они ни напугали остальных. Вдруг кто-нибудь заметит, что за тобой увиваются призраки, — испугаются ведь.

И правда, всё предусмотрел, подумал про себя Хуай Лин, только вот, боюсь, эта забота пропадет впустую.

Он сам того и гляди загнётся.

Разобравшись с этими глазными яблокáми, они наконец собрались домой.

Окружающие пейзажи непрерывно сменяли друг друга. Цзян Хуайчу бросил взгляд в окно и внезапно велел водителю остановиться.

Вместо того чтобы вернуться домой, они затормозили в каком-то глухом и безлюдном месте.

Оглядев заброшенный парк развлечений, Хуай Лин озадаченно посмотрел на Цзян Хуайчу:

— Зачем мы остановились здесь?

Цзян Хуайчу ответил:

— Внутри есть одна вещь. Она должна помочь тебе избавиться от ночных визитов нечисти.

Вот оно что, Хуай Лин невольно проникся чувством благодарности.

Цзян Хуайчу оказался точь-в-точь таким, каким его описывала Система.

Он тихо пробормотал:

— Спасибо.

Едва эти слова сорвались с губ, Хуай Лин почувствовал холод в запястье.

Этот призрак снова объявился.

К счастью, леденящий холод лишь обхватил запястье кольцом, и больше призрачная сущность ничего не предприняла.

Однако Хуай Лин всё равно испугался: это походило на мину замедленного действия — кто знает, когда этого призрака в очередной раз переклинит.

К тому же одной лишь хватки призрака было вполне достаточно, чтобы до смерти напугать Хуай Лина.

— Цзян Хуайчу, — голос Хуай Лина слегка дрожал. Едва произнеся это имя, он почувствовал, как невидимая рука призрака сжала его запястье ещё сильнее.

Цзян Хуайчу посмотрел на Хуай Лина, переводя взгляд на пространство рядом с ним.

Шагнув ближе к Хуай Лину, он участливо поинтересовался:

— Почему ты остановился? Боишься?

— Нет, — сдвинув брови, Хуай Лин попытался угадать, что у того на уме.

Знает ли теперь Цзян Хуайчу о преследующем его призраке?

— Пойдём, впереди всё спокойно, — произнёс Цзян Хуайчу и попытался взять Хуай Лина за руку, но тот отмахнулся.

Выражение лица Цзян Хуайчу ни капли не изменилось, и неловкости он тоже не почувствовал.

Хуай Лин холодно бросил:

— Идём так. Нечего распускать руки.

На лице его при этом застыла жалобная улыбка, совершенно не вяжущаяся с суровыми словами.

Хуай Лин никак не мог взять в толк, какими именно извращёнными наклонностями обладает этот призрак. Раз уж он так любит Цзян Хуай Лина, почему бы просто не действовать напрямую? Что это вообще такое? Какая-то новая извращённая форма признания в любви?

Наблюдая за тем, как Цзян Хуайчу углубляется в территорию парка, Хуай Лин двинулся следом, однако каждый раз, стоило ему подойти ближе к Цзян Хуайчу, как призрак оттягивал его назад, удерживая на почтительном расстоянии.

Парк аттракционов забросили Бог знает сколько лет назад: кругом простирались руины, откуда-то из ниоткуда тянуло неприятным, тяжёлым запахом.

http://bllate.org/book/36219/4496616