Готовый перевод Bottomless Scammer: Hooking Straight Guys for Cash / Любовь за деньги: Искусство обольщения от «девочки-мальчика: Глава 13

Твою ж дивизию! Если бы не социофобия, он бы уже давно нашел себе пару! Разве пришлось бы ему тайком смотреть, как танцуют стримерши?

Звук открывающейся двери прервал его раздумья. Се Вэньчу тут же обернулся и, завидев выходящего из комнаты Цзян Сюйяня, засуетился вокруг него, словно верный прихвостень.

Цун Е украдкой закатил глаза.

Вид Се Вэньчу, смотрящего на Цзян Сюйяня, напоминал собаку, увидевшую лакомую косточку: в его поведении не было никакой разницы с поведением прихлебателя.

Он перевел взгляд на доставленную еду, стоящую на обеденном столе, и опустил влажные ресницы, скрывая за ними сложные чувства. К счастью, они оба мужчины, а то он бы точно надумал себе лишнего.

Цун Е медленно вошел в комнату и закрыл дверь. Прислонившись спиной к дереву, он пробормотал себе под нос:

— Маленькая Лоли уже два дня не появлялась в сети. Неужели пошла на свидание к своему главному донатеру?

От одной мысли об этом он закипал. Тот богатей по прозвищу Си, едва появившись на стриме, начал швыряться деньгами. Мало того что дважды отправил щедрые подарки, так еще и начал болтать всякую чушь на глазах у всех мужчин.

Мерзавец!

Чем больше он думал, тем вероятнее это казалось. В глубине его глаз вспыхнул огонь. Сжав кулаки, он прошипел сквозь зубы:

— Проклятый капитализм! Верните мне мою любимую стримершу!

За дверью Цзян Сюйянь, усаженный Се Вэньчу, сел за стол. Се Вэньчу подал ему суп, который специально приготовил для укрепления здоровья:

— Это куриный бульон с питательными добавками, пей, пока горячий.

Цзян Сюйянь сказал спасибо, взял ложку, но, выпив половину, вдруг нахмурился.

— Почему ты только смотришь, как я ем? Сам не будешь?

Только сейчас он заметил, что суп всего один, да и порция каши тоже одна. Се Вэньчу погладил свой крепкий живот и дважды кашлянул:

— Мы с Цун Е уже наелись до отвала, устроив себе пир, так что я еще сыт.

Услышав это, Цзян Сюйянь отложил ложку и смерил его пристальным взглядом:

— Говори прямо: с чего вдруг такая забота? Какова твоя цель?

На лице Се Вэньчу застыла гримаса. Заикаясь, он ответил:

— Да нет же… Разве я не говорил? Мы теперь соседи, разве забота о соседе не является естественным делом?

Цзян Сюйянь отрезал прямо:

— Это нелепое оправдание.

Кто сказал, что забота о соседе — обязанность? Сосед — это тебе не жена.

Се Вэньчу угрюмо буркнул:

— Считай, что я просто слишком добрый человек. Не могу спокойно смотреть, как сосед голодает.

Цзян Сюйянь принял это объяснение и в несколько глотков допил суп. Се Вэньчу снова засуетился:

— Тут еще куриная ножка и каша.

Цзян Сюйянь взял небольшую пиалу, наложил полпорции каши и тихо сказал:

— Мне хватит этого, остальное доедай сам.

Се Вэньчу снова приуныл. Неудивительно, что он такой худой — разве можно наесться такой малостью?

Доев кашу, Цзян Сюйянь поднялся и посмотрел на мужчину, который явно хотел что-то сказать, но медлил.

— Спасибо за ужин, но впредь не нужно ничего для меня готовить.

Настроение Се Вэньчу упало ниже некуда. Он выдавил из себя улыбку, которая выглядела хуже, чем плач.

Эх, неужели я сделал только хуже?

***

Глава 17

Прошлым вечером, выпив порцию питательного куриного бульона, Цзян Сюйянь на удивление легко заснул до часа ночи. В его сне он, благодаря спонсорской поддержке брата Си, осуществил мечту всей жизни и купался в пятидесяти миллионах, наслаждаясь жизнью. Не жизнь, а сказка.

Однако звук телефонного звонка прервал сладкий сон, вырвав его из гор золота. С мрачным видом он выудил телефон из-под подушки и взглянул на экран. Ровно десять утра. Номер был незнакомым, и он сразу нажал на отбой. Он никогда не отвечал на звонки с чужих номеров.

Но звонивший был настойчив — явно не ошибся номером. У Цзян Сюйяня возникло предчувствие, что это кто-то из той самой компании охотников за его костным мозгом.

Когда после шестого гудка трубку так и не взяли, собеседник наконец сдался, но прислал несколько сообщений.

«А-Янь, ты переехал?»

«Умоляю, возьми трубку, с твоим младшим братом беда!»

«Он упал в обморок прямо на улице во время утренней прогулки. Врачи говорят, болезнь больше нельзя откладывать».

«Папа и мама встают перед тобой на колени, приедь в больницу, пожалуйста?»

Цзян Сюйянь нахмурился. Столкнуться с таким с самого утра — верный способ испортить себе настроение. Он ответил лишь двумя словами:

«Не приеду».

Проявив предельную холодность и безразличие, он тут же добавил номер в черный список.

Тем временем в Пекинской центральной больнице.

Мать Ян бессильно опустилась на стул и, горько рыдая, запричитала:

— Фаньфань ведь твой родной брат! Как можно быть таким жестоким и не помочь в такой мелочи!

Ян Фань, полулежавший на больничной койке, одной рукой держал яблоко, а другой — телефон. Несмотря на бледность лица, его дух был бодр.

— Мам, раз он не хочет помогать, то и не надо. Разве костный мозг отца не подходит мне?

Несколько дней назад он случайно услышал от врача, что костный мозг отца ему подходит. Родители до последнего скрывали это, но сейчас он не удержался и спросил.

Лицо матери Ян застыло:

— Фаньфань, кто тебе сказал?

Ян Фаню расхотелось есть яблоко, и он небрежно бросил его в мусорное ведро у кровати:

— Мам, врач сам сказал, зачем было скрывать?

Отец Ян как раз вошел в палату с контейнером еды и, услышав это, спокойно ответил:

— Фаньфань, я уже не молод. После донорства могут возникнуть серьезные последствия, поэтому врач посоветовал в первую очередь искать подходящего донора среди братьев и сестер.

Ян Фань понимающе кивнул, а затем обиженно пожаловался:

— Но ведь мой брат не хочет! Вы что, так и будете смотреть, как я умираю?

— Тьфу-тьфу, не говори таких вещей, — мать Ян поспешно прикрыла ему рот, чтобы отогнать беду. — Фаньфань, разве я могу смотреть, как ты страдаешь? Не бойся, мы уговорим твоего брата.

Боковым зрением мать Ян заметила на экране его телефона мужчину с голым торсом и рельефными мышцами. Она с любопытством спросила:

— Это твой друг?

Ян Фань привычно выключил телефон и ответил с невозмутимым видом:

— Просто модель, а что?

Мать Ян улыбнулась, погладив его по руке:

— Да ничего, ты уже взрослый, чего не найдешь себе девушку?

— Мам, мне всего двадцать, куда спешить? — Ян Фань закатил глаза. — Да и кто пойдет за парня с такой болезнью?

Отец Ян присел на кровать и мягко произнес:

— Наша семья в Хэчэне довольно известна, так что проблем с выбором достойной женщины не будет.

Мать Ян полностью согласилась и тут же перевела разговор на старшего сына:

— Если бы я знала, что вырастет такой неблагодарный волчонок, то лучше бы сделала аборт!

Когда она забеременела Цзян Сюйянем, она была как раз на подъеме карьеры и сначала хотела избавиться от ребенка. Отец Ян, разумеется, был против, особенно когда узнал, что будет сын. Он был единственным мужчиной в семье и нес груз ответственности за продолжение рода. Если бы ребенок не родился, он бы не смог смотреть в глаза предкам.

Поддавшись на сладкие речи мужа, мать Ян отказалась от продвижения по службе и стала домохозяйкой. Когда спустя десять месяцев первенец появился на свет, отец Ян был вне себя от радости и пригласил предсказателя, чтобы тот составил гороскоп по дате рождения.

Предсказатель, взяв кисть, написал что-то на бумаге и витиевато заговорил:

— Этот ребенок рожден для богатства и славы, но, увы, он будет губителен для отца и матери, не принесет денег, связь с семьей будет слабой, сердце его будет черствым, а душа — недоброй.

Услышав это, отец Ян скривился, словно проглотил муху.

— В три года — малое испытание, в шесть — одиночество, в десять — великая беда, в двадцать пять — удача… Жизнь бездетная и безбрачная… А назовите его Ян Сяо.

Увидев, что его байки действуют, предсказатель сменил тон:

— Но не бойтесь, есть решение.

Даже зная о решении, отец Ян был неприятно поражен, и его любовь к старшему сыну заметно поубавилась. С того дня, как родился первенец, дела отца в бизнесе шли из рук вон плохо. Его характер портился, и он все больше недолюбливал постоянно плачущего младенца. А здоровье матери Ян таяло на глазах: то тут болело, то там ныло.

Когда ребенок потерялся в возрасте трех лет, они, напротив, вздохнули с облегчением. Поискав для проформы месяц-другой, они перестали тратить на это деньги.

Возможно, проклятие действительно сбылось, и мать Ян несколько лет не могла забеременеть. После долгого лечения китайскими травами она наконец выносила второго сына. Младший стал надеждой семьи, и отец Ян тут же назвал его Ян Фань.

Однако судьба распорядилась иначе — у младшего обнаружили серьезную апластическую анемию. Отец Ян возложил всю вину на старшего сына, считая, что именно его рождение принесло в дом столько бед.

В палате царила тяжелая атмосфера. Ян Фань украдкой снова открыл телефон и отправил сообщение:

«Фань: Мои родители здесь, давай созвонимся позже».

«Юй: Какой же ты послушный малыш, целую тебя, братик».

«Фань: Ты что, такой сентиментальный?»

«Юй: Нет, я твой муж».

Ян Фань тихонько кашлянул и поспешно выключил телефон. Его бледные щеки залил легкий румянец. С детства он знал, что его тянет к мужчинам, особенно к крепким и мужественным. Сначала он думал, что болен, и долгое время пребывал в депрессии. Пока случайно по совету однокурсника не скачал программу Momo и не понял, что таких, как он, полно.

У этой программы было две версии: для геев и для обычных пользователей. Он, разумеется, скачал версию для геев. Этот Брат Юй был красавцем, с которым он познакомился месяц назад. Рост метр восемьдесят восемь, восемь кубиков пресса — от одного вида у него сердце начинало биться чаще.

Они общались больше месяца, и Ян Фань составил первое впечатление о Брате Юй: сладкие речи, мастер флирта, высокий, мощный, и при этом у него не было недостатка во внимании. А то, что он сам приглянулся Брату Юй, скорее всего, было заслугой его собственной яркой внешности.

Если внешность Цзян Сюйяня можно было оценить на десять баллов, то он тянул на восемь. У них были похожие брови и черты лица, только сам он выглядел более хрупким.

http://bllate.org/book/36183/4489897