Готовый перевод The Shadow Emperor Covets Me / Киноимператор жаждет моего внимания: Глава 1

— Как ни лети, не вылететь мне из~ этого цветастого мира~

— Оказывается, я всего лишь~ опьяневшая бабочка~

Изящная и задорная мелодия рингтона на мобильном телефоне внезапно нарушила тягучую атмосферу, царившую в попутной машине последние десять минут.

Пассажир на заднем сиденье прислонился к спинке, защищая глаза от слепящего солнца длинными пальцами, и полусонно дремал. Назойливые звуки не утихали даже после второго повтора, и он, не выдержав, опустил руку и бросил взгляд на водителя.

Густая борода, золотая цепь, майка-алкоголичка, развитая и мощная мускулатура.

Без постоянной готовности в любую секунду набрать полицию в такую машину лучше не садиться.

Этот громила выглядит чертовски сурово, а вкусы такие специфические?

Водитель был целиком поглощен дорогой, спину держал прямо, сидел напружиненной струной — точь-в-точь выпускник автошколы, только что переживший смертельную угрозу.

Песня в салоне зазвучала еще громче.

У пассажира дернулась жилка на виске, и он не выдержал:

— Уважаемый, послушайте...

Наконец зажегся красный свет, и водитель облегченно выдохнул. Быстро убавив звук на телефоне, он повернулся, обнажив ослепительно белые крупные зубы:

— Извини, братишка! Жена захотела поучаствовать в десятом конкурсе по танцам на площади и целыми днями гоняет меня дома, заставляя репетировать вместе с ней. Вот я и поставил эту песню на звонок, чтобы привыкнуть к ритму...

Говоря это, он украдкой поглядывал на молодого пассажира.

Белая толстовка, высокий рост.

Низкая посадка арендованной машины заставляла того сгибать в три погибели длинные прямые ноги, чуть наклонив голову, чтобы не попадать под лучи солнца, падавшего в салон. Из-под капюшона выбивалось несколько прядей золотистых волос средней длины, делая его кожу совершенно белой.

Даже если смотреть только на нижнюю половину лица, он выглядел чертовски приметно.

Водитель продолжил:

— У меня и навык-то еще не наработан, за дорогой слежу, в телефон смотреть боюсь...

Шэнь Цзи почувствовал неладное и вежливо прервал его:

— Позвольте спросить, сколько лет вам и вашим правам?

— Сорок пять, — гордо выпятил грудь водитель, а затем с отцовской нежностью ткнул пальцем в сторону прав. — Им исполнилось пол-месяца.

С этими словами дядя-водитель наклонился и выудил откуда-то сбоку поздравительную грамоту.

Черным по оранжевому размашистым почерком было выведено: «Поздравляем товарища Сюй Дагана, который боролся с автошколой Яньшаня целых двадцать лет и наконец-то счастливо заполучил водительское удостоверение, преодолев все преграды на пути к выпуску!»

Шэнь Цзи почувствовал реальную угрозу для жизни:

— ...Может, лучше я поведу?

Всю дорогу машину швыряло из стороны в сторону, и остаться в живых после такого — настоящее чудо.

Водитель принялся отмахиваться:

— Спасибо, конечно, но мне нужно побольше практиковаться.

Объект для практики уже вцепился в ручку двери, готовый на ходу сигануть наружу, если ситуация станет критической.

Водитель же с любопытством поинтересовался:

— Братишка, судя по всему, ты направляешься в Оранж Блоссом, ты что, звезда?

Шэнь Цзи помедлил и ответил:

— ...Вроде того.

Звезда — так звезда, не звезда — так нет, с чего это вдруг «вроде того»?

Водитель в недоумении хотел было расспросить дальше, но ехавшая позади машина яростно засигналила. Заметив, что светофор уже сменил цвет, он тут же принял строгую осанку, мысленно бормоча: «Левое сцепление, правый тормоз». Свято чтя правила дорожного движения и дрожа от страха, он продолжил путь к Оранж Блоссом.

В салоне снова стихло, и Шэнь Цзи прикрыл лицо рукой.

Его жутко клонило в сон, веки отчаянно рвались навстречу друг другу.

Прошлой ночью он провел без сна всю ночь, вытаскивая отца за шкирку из каждого игорного заведения подряд.

Опасаясь, что старый хрыч посреди ночи захлебнется собственной рвотой, он просидел у его постели до полудня. Когда старик проснулся и увидел его, то чуть не осквернился от страха, покорно опустил голову, признал вину и криво-косово нацарапал какую-то тарабарщину, гордо нарекши ее «письменным обязательством».

После чего даже сварил ему лапши со словами, требующими похвалы:

— Сынок, разве в следующем месяце у вашей группы не годовщина дебюта? Я тут глянул, ваши фанаты деньги собирают, я тебе пять тысяч перевёл!

Перевёл он, мать твою.

Взял мои же деньги и перевёл мне, ты головой вообще тронулся?

В сердце Шэнь Цзи бушевало целое море слов, но в итоге он не произнес ни звука.

На первом курсе он уперлся рогом и целое лето работал без продыху, чтобы накопить на учебу. На карманные расходы денег не осталось, и пришлось вспомнить старое — пойти подрабатывать певцом в бар (из тех, кто выступает в тени). Хозяин бара, оценив его вокал и скромные запросы, скрепя сердце согласился.

Он никак не ожидал, что очень скоро прославится в том районе. Скаут из Оранж Блоссом обладал отличным нюхом: измором добившись его контактов, он уболтал парня подписать контракт.

Пробыв стажером полтора года, в прошлом году Шэнь Цзи вместе с другими стажерами компании дебютировал в составе группы под названием OLIVINE. Их жалконькая группа канула в лету тихо и незаметно, за год дебюта — ни малейшего шума, и ни единого нормального живого выступления.

На прошлой неделе менеджер угостила пятерку парней ужином и в деликатной форме сообщила им, что в следующем месяце компания планирует официально объявить о расформировании OLIVINE.

Сегодня тридцатое августа.

Изначально Оранж Блоссом занималась преимущественно подготовкой актеров. В былые годы она процветала и даже вырастила актера года, гремевшего на всю страну, но в последние годы старики ушли, новички не блистали талантами, и дела пошли под откос.

Руководство компании попыталось спастись за счет мужских и женских поп-групп, набрав для пробы стажеров, и OLIVINE была одной из таких групп.

Слова менеджера до сих пор звучали в ушах:

— Сейчас шоу на выживание так популярны, потом сможете подать заявку и поучаствовать. Пусть возвращенцам на сцену сладко не приходится, но с вашей внешностью и способностями шансы получить место в дебютном составе огромные, вы обязательно выстрелите.

— В нашем расформировании нет вашей вины, каждый из вас великолепен...

Чушь собачья.

Попутка остановилась. Шэнь Цзи потер лицо. Дверь еще не открылась, а водитель уже выглянул в окно, пораженно изрекая:

— Матушка моя, сколько народу! Братишка, это они тебя встречают?

Чего?

Шэнь Цзи вовсе не смотрел на улицу, но на звук поднял глаза и только теперь заметил, что перед главным входом в компанию яблоку негде упасть. Стоявшие в первых рядах с пушками-объективами репортеры и мастерицы фансайтов перемежались с аккуратными рядами фанатов хрен знает чьего пошиба.

Заметив остановку машины, толпа солнечным приливом хлынула в их сторону.

Наверное, какая-то суперзвезда жалует своим визитом, а они перепутали машины.

В зеркале заднего вида Шэнь Цзи заметил еще одну машину — ярко-красный пошловатый Porsche, который явно играл в совсем другой весовой категории. Сообразив, в чем дело, он чуть опустил стекло и под всеобщими взглядами вытянул руку.

Аккуратно подстриженными пальцами он указал назад.

Тут-то публика и сообразила, что окружила не того, с шумом ринувшись в другую сторону.

Народу вокруг толпилось столько, что водителю было не припарковаться по-человечески. Шэнь Цзи с трудом протиснулся сквозь дверной проем и бросил взгляд в ту сторону.

Как раз в этот момент одна из фанаток с восторгом завизжала:

— Фу Цзайтун! Муженек! Посмотри на меня, а-а-а!

А, вот оно что.

Шэнь Цзи лениво скользнул взглядом по толпе, без всякого интереса отвернулся и зашагал к дверям компании, попутно отправляя сообщение в чат OLIVINE.

-Шэнь Цзи: У входа в компанию замечен твой кумир @Ло Ян

-Ло Ян: !!! Лечу к вам немедленно!!!

-Шэнь Цзи: Не надо лететь, пока доберешься, он уже уедет. Приедешь подышать воздухом, которым дышал твой кумир?

-Ло Ян: Можно ли считать это моей интимной близостью с кумиром [стесняюсь]

-Ло Ян: Сейчас это больше похоже на съемки для взрослых в массовке

-Ци Линь: ...Цыплёнок, твой образ непорочного и чистого парня вот-вот рухнет

-Ло Ян: [плачет] Это же последняя трансляция в прямом эфире, почему пошел только Цыплёнок! Знал бы, притащил с собой старшего брата для массовки!

Шэнь Цзи ответил с убийственным хладнокровием: потому что в полдень, когда я будил тебя, ты все еще сладко дрых.

-Ло Ян: ...

Участники OLIVINE были совсем молодыми парнями, и чат группы неизменно бурлил. Перекидываясь репликами, они болтали без умолку, а телефон вибрировал без остановки.

Подошел лифт. Шэнь Цзи убрал телефон, зашел внутрь и нажал нужный этаж.

В тот самый момент, когда двери лифта стали закрываться, снаружи донесся крик:

— Подождите!

Палец Шэнь Цзи замер, он нажал кнопку открытия. Шум голосов вперемешку с несколькими силуэтами ворвался внутрь. Все фигуры рослые, плечистые, так что лифт мгновенно забился под завязку.

Прямо перед Шэнь Цзи оказался очень высокий мужчина. Сам Шэнь Цзи был ростом метр восемьдесят, но этот тип возвышался над ним еще почти на полголовы. От него разило дорогим парфюмом, а рубашка была безупречно отглажена — дорогая, сшитая на заказ.

— Спасибо, дружище, — выдохнул кто-то рядом с мужчиной. — Брат Фу только что вернулся из-за границы, и надо же было кому-то слить информацию, толпа народу приперлась караулить у входа.

Брат Фу?

Услышав ключевое слово, Шэнь Цзи забыл ответить и слегка приподнял голову, переведя взгляд с чужой рубашки на лицо.

Лицо мужчины излучало пресыщенную истому, глубоко посаженные глаза казались особенно бездонными, черты лица очерчены четко, а веки полуприкрыты, словно он не выспался.

Даже если оценивать исключительно внешность, в нем было нечто агрессивно-красивое.

Лишь еле заметная, чуть ленивая усмешка в уголке рта смягчала ту самую нотку агрессии, что исходила от его облика.

Собеседник тоже смотрел на него.

Даже при том, что Шэнь Цзи редко смотрел фильмы, он все равно узнал в нем Фу Цзайтуна, по которому так сохнет Ло Ян.

В киноиндустрии о Фу Цзайтуне отзывались так: актерская игра мастера старой школы, а популярность — как у звезд-однодневок на пике хайпа.

Он взлетел на вершину с самого дебюта, причем не застрял на одном месте, а продолжал развиваться, превратившись в живую легенду.

Шэнь Цзи кино не особо жаловал и к Фу Цзайтуну интереса не питал. Нацепив маску доброжелательности, он улыбнулся и легонько кивнул стоящему рядом мужчине.

Лифт звякнув, доставил его на нужный этаж.

Заметив, что взгляд Фу Цзайтуна все еще прикован к его лицу с изрядной долей пытливости, Шэнь Цзи почувствовал себя неуютно. Он инстинктивно отвел взгляд, кивнул говорившему прежде парню и вышел из кабины.

Связь восстановилась, и он снова открыл групповой чат.

-Шэнь Цзи: Столкнулся в лифте с твоим кумиром @Ло Ян

-Ло Ян: !!! Автограф взял?

-Шэнь Цзи: Нет

-Ло Ян: Такая возможность свалилась с неба, а ты даже не попросил! Ты знаешь, за сколько автограф Фу Цзайтуна можно толкнуть на Сяньюе?!

Шэнь Цзи: «...»

А я-то думал, твоя любовь к кумиру чиста и бескорыстна.

Пока он размышлял об этом, на экране всплыл входящий вызов от менеджера Юй Цзин:

— Сяо Цзи, ты доехал до компании? Я еще в разъездах, иди пока накрасься, стрим начнется в семь.

Шэнь Цзи потер нос и послушно отозвался:

— Угу.

— Текст выучил? На сегодняшнем стриме можешь вскользь намекнуть на расформирование.

Шэнь Цзи снова издал утвердительный звук.

— Ты... — Юй Цзин замялась. — Правда не хочешь подыграть компании в пиаре? Ты раньше...

— Сестра Цзин, — прервал ее Шэнь Цзи, — то было раньше.

Эту тему они обсуждали уже не раз, но внешне послушный и податливый Шэнь Цзи в данном вопросе проявлял железобетонное упрямство. Юй Цзин вздохнула, оставляя попытки переубедить его:

— Ладно, иди готовься. Сегодняшний вечер — твой последний прямой эфир в статусе участника OLIVINE.

Шэнь Цзи помедлил, опуская длинные ресницы:

— Сестра Цзин, неужели все кончено?

Всю эту неделю они публично ругали компанию и в шутливой форме болтали о распаде, но на самом деле никто из них не хотел расставаться.

Особенно Шэнь Цзи.

— Кончено, разве что небожитель с небес спустится.

Бросив эту безжалостную фразу, собеседница на другом конце провода долго молчала. Вспомнив, как в день объявления новости у нескольких молодых парней покраснели глаза, Юй Цзин смягчилась и понизила голос:

— Скажу тебе одно: в вашей низкой популярности нет вины ни одного из вас.

Шэнь Цзи приподнял бровь, собираясь расспросить дальше, но звонок оборвался.

В то же самое время в конференц-зале на верхнем этаже.

Лежавший на столе телефон вибрировал, оповещая о новом сообщении.

Фу Цзайтун лениво глянул на экран, тихонько цыкнул и, нахмурившись, бормонул:

— Что за бред собачий, я отродясь никому не писал такой слюнтяйской мути...

Помощник Чжоу Цзисян стоял рядом, заложив руки за спину. Прислушиваясь к его бормотанию, он сгорал от любопытства:

— Брат Фу, вы о чем это?

Фу Цзайтун даже не поднял век, смачным шлепком отмахнувшись от его болтливой башки. Взяв стикер, он с зубом сорвал колпачок с ручки, бросил быстрый взгляд на текст сообщения и принялся строчить со скоростью света.

Закончив в два счета, он даже не глядя скомкал стикер и швырнул его в Чжоу Цзисяна, точно гранату:

— Отдай сотруднику Оранж Блоссом, пусть закинут в тот самый... ларец для жребия на сегодняшнем стриме. Шэнь Цзи звать, того самого, с которым мы в лифте столкнулись.

Чжоу Цзисян выдал короткое «о», но снедаемый любопытством тут же развернул записку, бросив на нее один глазок.

В ту же секунду, когда он разобрал текст, лицо помощника приобрело сложнейшую гамму оттенков. Он замялся, собираясь что-то сказать:

— Брат Фу, этот ваш стикер... вы всерьез хотите это передать?

Фу Цзайтун нетерпеливо цокнул языком:

— А по-твоему?

Чжоу Цзисян неуверенно протянул «ну», с тяжелым сердцем засунул записку за пазуху и вышел за дверь, направляясь к лифту.

Время поджимало, и коллеги по два-три человека тянулись вниз на обед, так что у лифта собралась целая толпа. Шэнь Цзи сначала заглянул в туалет, а по возвращении в гримерку как раз срезал путь мимо лифта.

Лифт звякнул, останавливаясь, и створки плавно разъехались в стороны.

Широкоплечий детина в черном костюме шагнул вперед. Словно грозная черная железная башня, излучающая кровожадную ауру, он одним своим видом заставил попятиться толпу коллег, собиравшихся в кабину.

Шэнь Цзи не удержался и бросил на него лишний взгляд. Траекторию движения заметив, тот повернул голову, и его глаза мгновенно сузились, а лицо приняло суровое выражение.

Шэнь Цзи замер на полушаге и прищурился.

Черная железная башня внезапно хрястнула каблуками.

И с абсолютной торжественностью отдала ему честь.

Шэнь Цзи: «…………»

С каких это пор их компания стала набирать психов по объявлению?

http://bllate.org/book/36182/4489793