Готовый перевод Unaware the Imperial Uncle Is a Lady / Не зная, что государев дядя — девушка: Глава 28

Доу Цзинин смотрел в костёр, рассеянно:

— Что?

— Моё дело.

— Какое у тебя дело?

— …

Дэн Ми молчала. Доу Цзинин обернулся и взглянул на неё. Увидев, как она покраснела, сжала губы и опустила голову, он сразу всё понял:

— А… Ты имеешь в виду, что ты не можешь.

— Спасибо.

— Но я не пойму: ты ведь явно девушка… Зачем притворяешься юношей?

В ответ Дэн Ми спросила:

— А ты когда это узнал?

Доу Цзинин немного помолчал:

— Давно.

— Насколько давно?

— С самого начала мне показалось, что ты похожа на девушку, но все утверждали обратное — даже Дэн Кань был в этом совершенно уверен, так что я не осмеливался думать дальше. Потом Юньнян сказала, будто с тобой что-то не так, и у меня вновь возникли подозрения. Окончательно я убедился лишь спустя несколько дней после нашего посещения павильона «Сунчжу» — тогда Юньнян прислала мне письмо с намёком.

На лице Дэн Ми появилась горькая улыбка:

— Выходит, вся та вольность Юньнян была по твоей просьбе? Я даже обиделась не на того человека.

Доу Цзинин смутился, помолчал и спросил:

— Теперь твоя очередь отвечать на мой вопрос.

Дэн Ми подняла на него ясные глаза, но тут же снова опустила взгляд в землю и долго молчала.

— Ты ещё слишком молода, чтобы самой принимать такие решения, — предположил Доу Цзинин. — Это Куньянцзюнь велела тебе так поступать?

Дэн Ми неуверенно кивнула и уставилась на пляшущее пламя:

— Моя мать возлагает на меня большие надежды.

— По-моему, Куньянцзюнь поступает крайне опрометчиво.

— Что ты имеешь в виду?

— Она погубит тебя.

Дэн Ми улыбнулась:

— Нет, мама на самом деле очень меня любит.

— Если бы она по-настоящему любила тебя, не заставляла бы жить чужой жизнью, — возразил Доу Цзинин, покачав головой. — Куньянцзюнь поступает так лишь ради собственных амбиций.

— Её амбиции — это и мои амбиции.

— Ты уверена, что это твои истинные чувства?

— …Да.

Доу Цзинин отвернулся и посмотрел на человека, лежавшего на куче сухой соломы:

— А если встретишь того, кто тебе нравится… что ты тогда сделаешь?

Дэн Ми не совсем поняла его слов. На её лице появилось растерянное выражение:

— Что?

Доу Цзинин пристально посмотрел на её юное лицо и усмехнулся:

— Забудь. Эти слова я сказал самому себе.

Было уже поздно, и все легли спать.

Всю ночь слышался дождь — капля за каплей до самого утра.

На следующий день небо затянуло тучами.

Доу Цзинин выехал верхом и вскоре вернулся с двумя свежими рыбами.

— Проехал десять ли, повсюду одни заброшенные дома, ни души не встретил.

— И что?

— Так что, как видишь, пришлось поймать пару рыб в реке.

Едва рыбу почистили и бросили в глиняный горшок, раненый проснулся.

Вода в горшке закипела, и вскоре повсюду разлился аромат рыбного супа.

Доу Цзинин прислонился к стене и долго смотрел на угрюмого и молчаливого убийцу.

Тот был чересчур сдержан: с момента пробуждения прошло уже полчаса, а он произнёс всего три фразы — пять слов.

Первая — Дэн Ми: «Это ты».

Вторая — в ответ на её вопрос: «Не больно».

Третья — снова Дэн Ми: «Воды».

Ян Ян заметил его холодный взгляд и тоже посмотрел на Доу Цзинина.

Тот подошёл ближе и спросил:

— Скажи, почему за тобой гоняется чиновничество?

Ян Ян спокойно ответил:

— Я убил губернатора уезда Дунлай.

Дэн Ми была потрясена.

Доу Цзинин спокойно кивнул и продолжил:

— А много дают за голову губернатора?

Ян Ян сдержал кашель и ответил:

— Я лишь исполняю приказ, не интересуясь наградой.

Дэн Ми с грустью посмотрела на него.

Доу Цзинин указал на неё и спросил Ян Яна:

— Ты её знаешь?

Ян Ян посмотрел на Дэн Ми, помолчал и кивнул.

— Как вы познакомились? — продолжал Доу Цзинин. — Вы, должно быть, очень близки, раз она готова была рисковать жизнью ради тебя.

Ян Ян выглядел озадаченным.

— Доу Цзинин! — Дэн Ми вспыхнула и тут же прикрикнула: — Замолчи, не болтай ерунды!

Доу Цзинин взглянул сначала на неё, потом на Ян Яна и еле слышно фыркнул:

— Впрочем, тебе, парень, больше всех следует благодарить меня. Без меня ты бы точно погиб. А она… ну, возможно, выжила бы, но уж точно не без потерь.

Ян Ян с трудом сел и, сложив руки в поклоне, сказал:

— Благодарю за спасение жизни.

— Я сделал это не ради тебя, а ради неё.

Сказав это, Доу Цзинин отошёл и занялся супом.

Дэн Ми натянуто улыбнулась:

— Не обращай на него внимания. Он всегда странный — и в речи, и в поступках.

Ян Ян опустил голову и тихо сказал ей:

— Вижу, он очень о тебе заботится.

Дэн Ми опешила.

— Он знает твою тайну?

— …Знает.

— Это хорошо. Он заботится о тебе, и ты тоже переживаешь за него.

Лицо Дэн Ми вспыхнуло, и она горячо возразила:

— Да я вовсе не переживаю за него!

Доу Цзинин бросил на неё боковой взгляд.

Её лицо стало ещё краснее.

Ян Ян, прислонившись к стене, тихо рассмеялся:

— Когда я пришёл, я лишь пригрозил ему мечом, а ты тут же бросилась защищать его. Разве это не забота?

Дэн Ми рассердилась, но, помня о третьем слушателе в храме, вынуждена была говорить тише:

— Я сказала — нет! Такой безрассудный человек, как он, никому не нужен, и уж точно не мне!

Вскоре суп был готов, и Доу Цзинин подал миску Ян Яну.

Тот, принимая её, случайно задел рану. Хотя он стиснул зубы и не издал ни звука, выражение лица выдало боль.

Дэн Ми сжалась от жалости и умоляюще сказала:

— Не возвращайся туда! Поезжай со мной в Лоян!

Она повторяла эти слова уже в третий раз.

Доу Цзинин услышал их и почувствовал, как сердце колет болью, но лишь опустил глаза, делая вид, что ничего не слышит.

— Не говори глупостей, — на сей раз Ян Ян ответил, хотя раньше упорно молчал. — С детства меня учили быть убийцей и наёмником. Раз ступив на этот путь, я уже не могу вернуться. Даже если я поеду с тобой в Лоян, это ничего не изменит. Я скоро умру, а ещё хуже — втяну в беду тебя и твою семью. А-ми, у меня нет выбора. Я обязан вернуться и доложить о выполнении задания.

Дэн Ми опустила ресницы, глаза её наполнились слезами. Внезапно она вскочила и выбежала из храма.

Доу Цзинин вздохнул и снова протянул миску Ян Яну:

— Пей, пока горячее. Надеюсь, твоя рана скоро заживёт.

Ян Ян поблагодарил и тихо проговорил:

— Неважно, сколько времени займёт выздоровление — завтра я не могу здесь задерживаться.

— Ты уйдёшь, и ей будет больно.

— Это лишь временное горе.

Лучше держаться подальше от неё, исчезнуть навсегда. Со временем она забудет меня.

Забыв, перестанет страдать.

Оставшийся день Ян Ян почти всё время провёл в медитации, почти не разговаривая.

Ночь пролетела незаметно. Едва небо начало светлеть, все трое вышли из храма.

Ян Ян снова надел свой чёрный наряд, отчего его лицо казалось ещё бледнее и измождённее.

— Прощайте.

Кроме благодарности, у него остались лишь слова прощания.

Дэн Ми молчала всё это время. Но когда Ян Ян уже собрался уходить, она вдруг окликнула:

— Подожди!

Ян Ян остановился, но не обернулся.

— Бери мою лошадь. Если по дороге встретишь тех, кто тебя преследует, тебе будет легче скрыться.

— Не нужно.

— Разве ты не спешишь доложить о задании?

…

Перед уходом Ян Ян сказал ей последнее:

— Ты из хорошей семьи. Не стоит иметь ничего общего с таким, как я.

Рассвет. Прохладный ветерок касался лица.

Золотые лучи солнца освещали одинокие горы и реки.

— Что тебе в нём нравится? — спросил Доу Цзинин.

Никто ему не ответил.

В сердце у него было горько, но он всё же заставил себя улыбнуться:

— Лошадь осталась всего одна. Я повезу тебя. Я быстро езжу — держись крепче.

Когда солнце уже клонилось к закату, ворота старого особняка бывшего князя Цинхэ громко застучали.

Старая няня Чжоу, прихрамывая, поспешила открыть.

За воротами стояли два красивых юноши — один очень высокий, другой худощавый, почти мальчик.

Высокий молчал, а худощавый юноша вежливо поклонился и спросил:

— Бабушка, это ведь старая резиденция князя Цинхэ?

Няня Чжоу кивнула:

— Да, да! А вы… кого ищете?

Юноша улыбнулся, обнажив ровные белые зубы — он выглядел очень мило:

— Бабушка, я — маркиз Вэйян, прибыл из столицы.

Ранее чиновник уже предупредил обитателей особняка, что скоро приедет знатный гость.

Хотя няня Чжоу и была в годах, ума она не потеряла. Услышав титул «маркиз Вэйян», она поспешно распахнула ворота:

— Ой-ой! Да ведь вы знатный гость из столицы! Простите старуху за медлительность!

И, обернувшись, закричала в дом:

— Главный управляющий Чжао, тётушка Гуй, Чжуцзы! Быстрее выходите, прибыли важные гости!

Высокий юноша и мальчик вошли в особняк.

На зов няни Чжоу из дома один за другим стали выбегать люди — их набралось человек семь-восемь: седовласый старик, средних лет женщина, молодой парень, даже двое малышей с пучками на голове.

Старик плохо видел, но всё равно с волнением вышел на крыльцо и стал спрашивать:

— Приехали гости? Приехали гости?

Няня Чжоу представила всем юношу в шёлковой одежде:

— Это маркиз Вэйян.

С этими словами она опустилась на колени, и все остальные последовали её примеру.

Юноша поспешно сказал:

— Не нужно церемоний!

И сам помог няне Чжоу подняться.

Затем няня Чжоу представила ему всех обитателей двора: седовласый старик — главный управляющий Чжао; женщина средних лет — тётушка Гуй, отвечает за кухню; парень — Чжуцзы, сын тётушки Гуй, с детства живёт в особняке; молодая женщина с двумя детьми — жена и дети Чжуцзы; ещё одна седая женщина по фамилии Цао — раньше ухаживала за садом.

Наконец, няня Чжоу представила себя:

— Меня зовут Чжоу. Я была кормилицей бывшего князя Цинхэ, ныне — маркиза Вэйши. Мы все здесь — люди без пристанища, поэтому добровольно остались в этом старом доме.

Бывший князь Цинхэ Лю Суань был втянут в заговор и понижен в ранге до маркиза Вэйши.

Над воротами особняка уже не висела позолоченная доска с титулом. Серый, запылённый особняк стоял одиноко и мрачно, безжизненно. Внутри тоже было запустение, хотя всё было аккуратно прибрано.

Главный управляющий Чжао долго разглядывал юного маркиза и наконец вздохнул:

— Говорят, герои рождаются в юном возрасте. Не думал, что маркиз Вэйян окажется таким юным.

Этот юноша, разумеется, был никто иной, как Дэн Ми.

Всё её знатное положение зависело от сестры — императрицы. Дэн Ми смутилась и, не желая об этом говорить, потянула за рукав высокого юношу и представила собравшимся:

— А это Доу Цзинин — мой друг. Он сопровождает меня в уезд Цинхэ и будет жить здесь вместе со мной.

Заметив бедность обитателей особняка, Дэн Ми достала мешочек с золотом и передала его главному управляющему Чжао, велев распоряжаться им по своему усмотрению.

Мешочек был тяжёлым.

Все были поражены и обрадованы. Няня Чжоу тут же велела Чжуцзы проводить двух гостей в заранее подготовленные покои.

Когда гости скрылись из виду, тётушка Гуй радостно воскликнула:

— Маркиз Вэйян и господин Доу такие красивые! За всю свою жизнь, а мне уже за сорок, я ни разу не видела таких прекрасных людей. Если бы мне сказали, что они небожители, я бы, пожалуй, поверила!

Старуха Цао потерла глаза и потянула тётушку Гуй за рукав:

— Мне кажется, господин Доу мне где-то встречался…

Няня Чжоу тоже задумалась:

— Теперь, когда ты говоришь, и мне так показалось… Может, просто лицо доброе? А маркизу Вэйяну я тоже будто бы где-то видела.

Тётушка Гуй фыркнула:

— Всё вы врёте! Просто красивых людей захотелось припомнить. Да разве в нашем особняке хоть кто-то бывал в последние годы? Если и видели кого-то похожего, так разве что их родителей. Раньше-то у нас гостей было не счесть — вся знать подряд ходила!

http://bllate.org/book/3617/391789