Готовый перевод My Rival's Pregnant with My Baby / Заклятый враг под сердцем: Глава 2

Он ведь не дурень: сначала дать пощёчину, а потом кинуть подачку. Этот его августейший дядюшка до сих пор пытается обращаться с ним как с малым ребёнком.

Однако, когда Гу Чжихуай увидел в парадном зале полутораметровый предмет, накрытый красной тканью, он на мгновение растерялся, не понимая, что на уме у венценосного дядюшки.

Евнух уже удалился, Сюань Ин стоял неподалёку. Гу Чжихуай спросил:

— Ничего не сказал?

Сюань Ин покачал головой:

— Оставил это и ушёл.

Юнь Лэ встревоженно спросил:

— Наследный княжич, это какой-то заговор?

Немногословный Сюань Ин тоже посмотрел на Гу Чжихуая — судя по всему, он думал точно так же.

— Заговор или нет, а раз Ваше Величество мне что-то дало, я должен это принять, — с лёгкой усмешкой произнёс Гу Чжихуай, даже перестав называть правителя дядюшкой.

Какая уж тут искренняя кровная привязанность в императорском роду.

Юнь Лэ с беспокойством спросил:

— Так снять красную ткань?

— Мм.

Гу Чжихуай ухватился за край красного полотна и резко дёрнул. Ткань соскользнула, обнажив скрывавшуюся под ней клетку.

А внутри клетки находился человек. Он был облачён в алые одежды, и при ближайшем рассмотрении наряд этот подозрительно напоминал свадебное платье.

— Это... — Юнь Лэ растерянно хлопал глазами. Зачем присылать Наездному княжичу такое?

Сюань Ин же помрачнел. Его рука легла на рукоять меча, готовая в любой момент обнажить клинок для защиты Гу Чжихуая.

Ключ висел прямо на прутьях клетки. Гу Чжихуай отпер замок, шагнул внутрь, а Юнь Лэ тут же предостерегающе окликнул его:

— Осторожнее!

Неужели подослали убийцу? — с некоторой легкомысленностью подумал Гу Чжихуай. Вряд ли их противостояние с сидящим на высоком троне императором зашло так далеко, чтобы убивать друг друга наотмашь, однако расслабляться он всё же не спешил.

Даже когда он вошёл внутрь, человек в клетке никак не отреагировал. Его лицо было скрыто растрёпаными прядями чёрных волос. Гу Чжихуай протянул руку и откинул их в сторону: лицо незнакомца оказалось мертвенно-бледным, глаза плотно закрыты, а на лбу проступали капли холодного пота.

Но всё это было далеко не самым главным.

Самым главным было то...

Зрачки Гу Чжихуая расширились от изумления. Он не верил своим глазам: этим человеком оказался Му Юйань!

Тот самый Му Юйань, что дважды побеждал его на поле боя, столь блистательный и гордый — теперь он докатился до такого жалкого состояния, да ещё и в клетке был преподнесён ему в подарок.

Кровь забурлила в венах, сердце бешено заколотилось, и Гу Чжихуай в первые секунды не мог понять, испытывает он радость или гнев.

Гу Чжихуай приподнял подбородок Му Юйаня. Сначала он ощутил проникающий до самых костей холод, а следом — глухую, безнадёжную ауру смерти.

Изначально он просто хотел получше рассмотреть пленника, но теперь по его коже побежали мурашки. Отпустить руку он уже не мог — казалось, его собственные пальцы намертво примёрзли к чужой коже.

— Му Юйань?

Му Юйань слегка нахмурился, продолжая пребывать в беспамятстве, и инстинктивно прижался своим ледяным лицом к источнику тепла.

Гу Чжихуай: «...»

Если Му Юйань придёт в себя и осознает, что ластился к нему, он наверняка заколет его мечом.

Но прежде чем быть заколотым, ему стоило бы побеспокоиться о другой вещи.

Му Юйань был при смерти.

Опасаясь, что такой Му Юйань возьмёт и отбросит концы прямо здесь, Гу Чжихуай подхватил его на руки. Сам он вышел сюда прямо из спальни и даже не захватил накидку — неужели Му Юйань замёрзнет насмерть?

Пока Гу Чжихуай ломал голову, сообразительный Юнь Лэ без лишних слов стянул с себя плащ и протянул его господину.

Гу Чжихуай не взял его, а бросил:

— Сходи принеси другой.

Юнь Лэ: «?»

Гу Чжихуай поудобнее перехватил Му Юйаня, устраивая того у себя на груди, чтобы временно послужить для него живой печкой.

Юнь Лэ: «?»

Ваш Наследный княжич, взгляните сюда! На плащ! Он абсолютно новый, невероятно тёплый, между прочим, сшитый на заказ!

К счастью, в комнате за ширмой в парадном зале обнаружился ещё один плащ. Гу Чжихуай тщательно закутал в него Му Юйаня с головы до ног, а Сюань Игу велел срочно растопить подогрев кан в его спальне и добавить ещё несколько жаровен.

Когда Гу Чжихуай вошёл в свои покои, неся на руках Му Юйаня, похожего на ледяную глыбу, внутри уже было тепло, как весной.

Он уложил Му Юйаня на постель и уже собирался уходить, как Юнь Лэ озадаченно спросил:

— Наследный княжич, вы куда?

С мрачным лицом Гу Чжихуай бросил:

— Во дворец.

Краем глаза заметив движения Гу Чжихуая, Юнь Лэ поспешно напомнил:

— Ваше Величество запретило проносить во дворец оружие.

— Для меня сделают исключение.

Юнь Лэ помрачнел пуще прежнего:

— Ваше исключение Ваше Величество тоже отменило.

Это было ещё одним наказанием от императора, призванным охладить пыл племянника, чтобы тот не зазнавался из-за своего титула наследника княжеского двора и не забывал о долге простого подданного.

Лицо Гу Чжихуая окончательно осунулось. Он взял своё копье и резко развернулся. Он действительно хотел заполучить Му Юйаня, и император Государства Лин, поддавшись на его шутливую формулировку, и впрямь прислал его сюда.

Но совсем не так!

Ему нужен был живой, пышущий задором Му Юйань, а не эта бездыханная кукла, от которой веяло могильным холодом.

Император Государства Лин попросту обманул его, и за это он намерен потребовать ответа.

С таким Му Юйанем даже победа над ним не принесёт смыва позора — это будет лишь подлым актом использования чужой беспомощности.

Чем больше Гу Чжихуай размышлял, тем сильнее закипал. Ему не терпелось вломиться во дворец, схватить императора Государства Лин за воротник и потребовать вернуть ему того самого Му Юйаня, мчавшегося во главе конницы.

— Наследный княжич, он очнулся! — не успел Гу Чжихуай дойти до двери, как Юнь Лэ испуганно окликнул его.

Бросив копьё, Гу Чжихуай в два счёта преодолел расстояние до кровати и действительно увидел, что лежавший на ней человек приоткрыл глаза.

Взгляд этих глаз был затянут пеленой растерянности и помрачения, словно их обладатель не понимал, где находится.

Обычаи Государства Лин и Государства Лян разительно отличались, даже убранство комнат было совершенно иным.

Естественно, Му Юйань не мог узнать это место. Гу Чжихуай мёртвой хваткой вцепился в его запястье.

Кожа у Му Юйаня была нежной и белой, так что от грубых мозолистых пальцев Гу Чжихуая на ней мгновенно выступили красные следы.

Сморщив брови, Му Юйань перевёл взгляд на лицо Гу Чжихуая. Постепенно рассудок возвращался к нему, во взгляде промелькнуло удивление, и с пересохших губ сорвался хриплый шёпот:

— Гу Чжихуай?

— Я.

Получив подтверждение, Му Юйань изменился в лице. Он всё ещё выглядел донельзя слабым, но в его просветлевших глазах вновь вспыхнули те же свирепость и жажда убийства, что горели в них во время их прошлых сражений.

Точно хищный, исполненный смертоносной ярости сокол.

Гу Чжихуай внезапно почувствовал мощный прилив возбуждения. Он протянул руку и крепко сжал подбородок Му Юйаня:

— А ты всё тот же Му Юйань.

http://bllate.org/book/36166/4487388