Готовый перевод Prehistoric Seal Island Raising Record / Тюлень на необитаемом острове: как построить рай из ничего: Глава 4

Неизвестно, что это за семя, но Бай И в душе тихонько надеялся, что оно окажется съедобным.

— Было бы здорово, если бы это был кокос.

Кокосовые пальмы способны расти на океанских островах, к тому же они могут обеспечить пресной водой и энергией.

Однако, подумав немного, он сообразил, что если это кокосовая пальма, то до тех пор, пока она вырастет и начнет давать плоды, пройдет бог знает сколько лет.

— Неужели дальше её нужно будет еще и поливать? Но весь родник высосал тот кулон... — пробормотал Бай И. Он только собрался сходить к прежнему роднику и посмотреть, не появилась ли там вода, как вдруг почувствовал, что земля слегка задрожала, а из-за спины донесся шелест.

Бай И инстинктивно повернул голову, и его поле зрения загородил высокий древесный ствол, которого еще мгновение назад здесь не было.

— ...

Он растерянно задрал голову и увидел раскинувшиеся на макушке дерева огромные листья, а под ними — четыре крепких коричневых плода.

Разве это не тот самый кокос, о котором он только что загадал желание?

Но всё произошло слишком быстро!

Бай И приподнял висящий на ожерелье синий сапфир и моргнул:

— Волшебное удобрение?

Стоило закопать семечко, как оно мгновенно выросло в дерево?

В этот момент выражение лица Бай И резко изменилось, и он кубарем отлетел в сторону:

— Шлеп!

С дерева сорвался совершенно спелый кокос и чуть не прихлопнул Бай И.

Откатившись в безопасное место, Бай И перевел дух, похлопал себя по земле и испустил из приоткрытого рта громкое «ао-ао-ао».

Он снова превратился в тюленя.

Снова приняв человеческий облик, Бай И воодушевленно отыскал скатившийся в сторону кокос, зажал перезрелый плод между двумя камнями и разбил его третьим. Когда твердая скололась, внутри показалась белая мякоть и сладкий кокосовый сок, которыми Бай И, как раз начавший испытывать жажду, остался чрезвычайно доволен.

Уплетя целый кокос до последней крошки, Бай И вытер рот и, глядя на опустошенную скорлупу, не решился ее выбросить. Эта скорлупа была цельной на три четверти, так что потом сойдет за миску, а в худшем случае её можно будет высушить и пустить на дрова.

Но самое главное — это ожерелье у него на шее, способное за считанные доли секунды вырастить из семечка полноценную кокосовую пальму.

Если питаться исключительно одними кокосами вприкуску с крабами или моллюсками, питательных веществ, пожалуй, может и хватить... Бай И потрогал себя за подбородок, вспомнив, как в бытность свою исследователем тюленей-монахов ему доводилось бывать на островах субтропического и тропического поясов. Члены судовой команды рассказывали ему тогда, что питаться долгое время одними лишь кокосами и дикими морепродуктами опасно — это легко приводит к диарее, а в условиях нехватки лекарств сильная диарея смертельно опасна.

Впрочем, сейчас оставалось только плыть по течению и действовать по обстановке.

Бай И снова подошел к кокосовой пальме и изо всех сил тряхнул ствол — оставшиеся три кокоса, будучи уже совершенно спелыми, тут же рухнули вниз и едва не угодили ему на голову.

Бай И подобрал один орех, немного подумал, взял камень вместо лопаты и выкопал в земле неподалеку неглубокую ямку, куда и закопал один из кокосов.

Раз уж семя, дарованное ожерельем, способно в мгновение ока превратиться в исполинскую кокосовую пальму, то смогут ли плоды вырасти с такой же молниеносной быстротой?

К сожалению, сколько он ни ждал после посадки, прошло уже несколько минут, а с землей не произошло ни малейших изменений.

Бай И не расстроился — он решил заглянуть сюда завтра.

Осталось еще два кокоса, которые пойдут на ужин.

Спелые кокосы оказались тяжеловаты. Пройдя несколько шагов с двумя орехами наперевес и почувствовав некоторую усталость, Бай И поразмыслил: растительности на этом острове и так кот наплакал, хищников опасаться не стоит, так почему бы не оставить один кокос на куче камней, а самому не двинуться дальше, к недальнему леску?

Леском это можно было назвать лишь условно: большинство здешних деревьев едва достигали двух метров в высоту, самые высокие на глаз едва перешагивали за три метра, к тому же ветви у них были редкими, а листья — пожелтевшими и увядшими, являя собой картину полного запустения.

На ветвях кое-где висели ягоды размером с палец — оранжево-желтые, с

свежим ароматом, но были ли они ядовитыми, оставалось загадкой, так что рисковать и пробовать их он не стал.

Как и предполагал Бай И, никаких диких зверей здесь не обнаружилось — лишь изредка мелькали какие-то незнакомые морские птицы, свившие жалкое подобие гнезд на самых макушках деревьев.

Поскольку обуви у него не было, Бай И шел очень медленно, и когда он добрался до здешнего пляжа, солнце уже клонилось к закату, а море из спокойного превратилось в буйное.

Осторожно обо стороной места, куда набегали приливные волны, Бай И отыскал небольшую лужицу и погрузил в нее ожерелье.

Заработает ли расстройство желудка от кокосов — дело будущего, а сейчас — чем больше деревьев удастся вырастить, тем лучше.

Однако Бай И прождал минут семь или восемь, но вода в луже ни капли не убавилась, и новые семена не зародились.

Он вытащил ожерелье из воды и криво усмехнулся:

— Оно что, одноразовое? Или морская вода не подходит?

И правда, если бы семена зарождались от простой морской воды, этот артефакт не остался бы незамеченным теми, кто поднимал вещи с затонувшего корабля. Да и когда он только перенесся сюда, шел проливной дождь, и дождевая вода заливала ожерелье, но никаких аномалий не наблюдалось.

Потерев подбородок в раздумьях, Бай И пришел к выводу: на данный момент единственной водой, с которой он может контактировать и которая способна на такое, судя по всему, является та самая родниковая вода.

Это место находилось недалеко от пляжа, куда его занесло изначально, и, пока окончательно не стемнело, Бай И заспешил по песку обратно к кострищу, где хранил огонь.

К счастью, хотя костер сильно потускнел, угольки внутри еще источали слабое красноватое свечение. Из-за неполного сгорания древесины ветки, брошенные в огонь ранее, превратились в древесный уголь.

Бай И подбросил еще немного сухих сучьев, чтобы огонь не погас за ночь.

К этому времени небо уже полностью заволокло темнотой, и усталость от бесчисленных дневных хлопот заставила Бай И сладко зевнуть.

Прислонившись к камню рядом с костром, он постепенно прикрыл глаза.

Порыв ветра заставил Бай И задрожать всем телом.

Кроме белого фартучка на поясе, на нем ничего не было.

Потерев озябшие руки, Бай И озарился блестящей идеей и прямо на месте превратился в пухлого, круглого морского тюленя.

И верно, сразу стало намного теплее. Морской котик снова зевнул, пустил пузырь и мгновенно погрузился в сладкий сон.

……

Проснувшись на следующее утро, он обнаружил, что уже рассвело.

Выспавшись за всю ночь и переполненный бодростью, Бай И, любуясь мягким бледно-золотым сиянием утреннего солнца, почувствовал непреодолимое вдохновение и во всю глотку заорал:

— Ау-ау...

http://bllate.org/book/36129/4481717