Готовый перевод Where Dust Settles / Где оседает пыль: Оковы запретной привязанности: Глава 4

Стук в дверь прервал спутавшиеся в сновидении Хэ Чэня пестрые краски. Хэ Чэнь открыл глаза и понял, что на улице уже стемнело.

Взглянув на экран телефона, он увидел, что уже исполнилось восемь часов вечера. Это Ли Янин стучала, чтобы позвать его спуститься поужинать.

Хэ Чэнь потер заспанные глаза: хотя аппетита после только что прерванного сна не было совсем, он все же послушно последовал за Ли Янин в столовую.

Хэ Маньжун и Ли Цзиняо уже сидели за обеденным столом. Хэ Чэнь подошел, поздоровался с Ли Цзиняо и тоже занял свое место. Обещанного Ли Цзиняо сводного брата, который, по его словам, должен был присоединиться к ужину, за столом не наблюдалось.

Ли Цзиняо общими палочками положил в миску Хэ Чэня креветку: Твой брат сегодня задержится из-за дел, поедим пока без него, ждать не будем.

Сопоставив это с тем, что Ли Цзиняо говорил днем, Хэ Чэнь примерно догадался: этот его братец, судя по всему, вовсе не желал возвращаться и видеться с ними.

В конце концов, не каждый способен легко смириться с тем, что родной отец вскоре после развода с матерью с нетерпением привел в дом любовницу и ее сына.

За ужином Хэ Маньжун непрерывно беседовала с Ли Цзиняо. Хэ Чэнь, не имея аппетита, не смел при этом встать из-за стола раньше времени, поэтому оставалось лишь отрешенно смотреть на изобилие блюд.

Ли Цзиняо неожиданно перевел тему на Хэ Чэня: В какой школе Сяо-Чэнь учится сейчас?

Услышав свое имя, Хэ Чэнь мыслями вернулся за стол и, заметив, что Хэ Маньжун не сразу нашлась с ответом, заговорил сам: Я учусь в пятой школе.

Ли Цзиняо немного подумал и произнес: В пятой школе не самый высокий процент поступления в вузы, а Синлань учится в первой. Может, я переведу тебя в первую школу? Во-первых, вы будете приглядывать друг за другом с братом, а во-вторых, водителю будет удобнее вас возить.

Хэ Чэнь был несколько удивлен. Первая школа славилась высокими показателями поступления и поступить туда было крайне сложно; он почему-то думал, что отпрыски богатых семей вроде Ли Синланя учатся в элитных частных заведениях.

Дядя Ли, мои оценки вряд ли позволят мне поступить в первую школу.

Точнее, не вряд ли, а точно не позволят. К тому же ему вовсе не улыбалось иметь какую-либо опеку со стороны брата, который заранее был настроен к нему враждебно.

Однако Ли Цзиняо совершенно не заметил его нежелания и продолжил: Ничего страшного, если не сдашь экзамены. В первой школе отличный преподавательский состав и учебная среда, я могу устроить тебя вольнослушателем.

Но если я отстану от программы, боюсь, мне придется очень тяжело.

Ничего страшного, Синлань учится хорошо, попросишь его чаще помогать тебе.

Хэ Чэнь уже хотел попытаться возразить, но вдруг заметил, что взгляд сидящей рядом Хэ Маньжун устремился на него.

Многолетний опыт позволил Хэ Чэню мгновенно сообразить, что злить Хэ Маньжун в таком состоянии не стоит, и ему пришлось смириться. Он ответил Ли Цзиняо: Тогда побеспокою дядю Ли.

Лишь после этого на лице Ли Цзиняо появилось довольное выражение, и он перевел разговор на другую тему.

Время ужина наконец подошло к концу, и Хэ Чэнь поспешил вернуться в свою комнату.

Прошло едва ли две минуты, как в дверь снова постучали. Хэ Чэнь тихо цыкнул, напустил на лицо доброжелательное выражение и открыл.

Стоявшая на пороге Ли Янин с улыбкой произнесла: Я заметила, что ты почти не притронулся к еде, и испугалась, что ночью ты проголодаешься. Решила напомнить: в холодильнике у поворота коридора лежат молоко и хлеб, если проголодаешься, можешь сам взять.

Я понял, спасибо.

Когда Ли Янин ушла, Хэ Чэнь с досадой сыграл несколько партий в мобильную игру и, потерпев череду поражений, швырнул телефон на кровать с застывшей на экране надписью о проигрыше.

Было уже половина первого ночи, но из-за дневного сна Хэ Чэнь ни капли не хотел спать. Поворочавшись от скуки туда-сюда на постели, он все же почувствовал голод. Вспомнив слова Ли Янин, он поднялся с кровати и вышел в коридор.

Кругом царил непроглядный мрак. Нащупав выключатель, Хэ Чэнь зажег свет в коридоре и уже собирался направиться к холодильнику за углом, как вдруг снизу донесся какой-то шум.

Прильнув к перилам, Хэ Чэнь увидел, как кто-то отворил входную дверь, после чего в прихожей загорелся свет.

Из-за слишком большого расстояния Хэ Чэнь не мог разглядеть лицо вошедшего. Было заметно лишь, что он высокого роста, в свободной белой футболке, а рядом неотступно следует белоснежный самоед, который так и норовил поткнуться носом о его ноги.

Хэ Чэнь подумал, что это, должно быть, тот самый сын Ли Цзиняо — Ли Синлань.

Ах да, и его собака по кличке Андерсен.

Ли Синлань, судя по всему, заметил свет наверху и поднял голову. Встретившись с ним взглядом, Хэ Чэнь внезапно забавы ради изобразил кроткую улыбку и, понизив голос, протянул: Брат.

Ли Синлань не расслышал этого приветствия, но стоило ему разглядеть мальчишку наверху, как он нахмурился. Проигнорировав Хэ Чэня, он сам по себе повел собаку наверх и обнаружил, что этот парень стоит прямо у его двери.

Их взгляды встретились, и только теперь Хэ Чэнь смог как следует рассмотреть лицо Ли Синланя.

Хотя, судя по рассказу Ли Цзиняо, Ли Синлань был старше всего на несколько месяцев, черты его лица оказались резкими и глубокими. Вместе с высоким ростом это выдавало в нем зачатки зрелого мужчины, а на переносице красовались очки в полукруглой металлической оправе, придающие ему интеллигентный книжный вид.

Ли Синлань ничего не сказал, лишь бросил на незваного гостя раздраженный взгляд, требуя уступить дорогу.

Ли Синлань давным-давно знал, что эта любовница со своим сынком переедут именно сегодня.

Он не мог постичь поступков Ли Цзиняо: с тех пор как мать открыла ему правду об измене отца, образ Ли Цзиняо в его глазах полностью разрушился. И все же парень никак не ожидал, что отец посмеет в открытую привести этих двоих в дом всего через несколько дней после завершения бракоразводного процесса, да еще и потребует от него жить с ними в мире и согласии.

Весь день Ли Цзиняо звонил и торопил его домой, но он так и не исполнил волю отца и не стал ужинать вместе с ними, а упрямо дождался полуночи, прежде чем вернуться. И кто бы мог подумать, что он все равно нос к носу столкнется с сыном любовницы.

Хэ Чэнь чуть склонил голову, разглядывая его, и, казалось бы, вовсе не замечая исходящей от того неприязни, сам нарушил тишину: Брат уже поужинал?

Ли Синлань не ожидал такой реакции, лишь нахмурился и бросил: Дорогу.

http://bllate.org/book/36121/4480700