Готовый перевод Sword Qi Sweeps the Autumn / Клинок в осенних небесах: Глава 17

На следующее утро из Одинокой горы прибыли посланники. Они доложили Бу Фаньшуаню, что дело сдвинулось с мёртвой точки: Нефрит Подвешенной Осени спрятан в глубинах пустыни, в небольшом городке, затерянном среди песков оазиса. К донесению прилагалась подробная карта.

Бу Фаньшуан лишь бегло глянул на неё. Ему вовсе не хотелось тащить за собой случайную отару попутчиков — разве что из уважения к Лин Жанцзиню можно было взять деву Мэй Инъюэ. Однако выяснилось, что пройдохи, выдающие себя за людей Альянса бессмертных, получили ровно ту же информацию и направляются в то же самое место.

Раз так, оставался лишь один выход: держать их при себе. Под присмотром эти пройдохи причинят куда меньше вреда, чем если предоставить их самим себе.

К тому же Лин Жанцзинь проявлял к делам Альянса нешуточный интерес. Хотя он давно переложил основные заботы на плечи Бянь Чэньу, сам всё ещё числился верховным главой, да и прирождённая привычка обо всём беспокоиться никуда не делась — он просто не мог махнуть рукой и уйти.

Бу Фаньшуан, глубоко увязший в роли щедрого и покорного молодого господина, разумеется, спорить не стал. Одним взмахом рукава он велел всей компании собираться в путь.

Перед самым выходом Сяо Ни, держа на руках А-Шуана, заметил:

— Не стоит заточать беднягу в мешок Цянькунь. Раньше у нас не хватало рук, а теперь со мной столько слуг, мы уж как-нибудь присмотрим за девятисегментным волком.

Лин Жанцзинь на мгновение замешкался:

— Но в пустыне поднимаются сильные песчаные бури, боюсь, он не выдержит.

— Я накрою его защитным барьером и напою духовными пилюлями. Господин... то есть, Бессмертный почтенный, не извольте беспокоиться!

Лин Жанцзиню и самому казалось немилосердным держать зверька под замком, поэтому он со спокойной душой доверил А-Шуана Сяо Ни. Подле лекаря держался статный юноша с пером в ухе — человеческое воплощение летящего дракона. Духовная птица питала к девятисегментному волку естественную вражду и не спускала с него настороженного взгляда. Впрочем, крошечные мозги А-Шуана даже не подозревали, что его глуповатая тушка способна внушить тревогу высокому духовному зверю. Волчонок безмятежно спал на руках у Сяо Ни, крепко прижав к груди недоеденный плод.

Эта картина заставила Лин Жанцзиня улыбнуться. Оставив их, он направился к самозванцу Лю Линьфэну, чтобы разведать обстановку. Заодно он непринуждённым жестом смахнул с его плеч жёлтый песок.

Самозванец криво ухмыльнулся:

— Дрянное место. Вернёшься вечером в покои — и с одного платья можно полфунта песка стрясти.

Сун Чу как раз выслушивал жалобы Шэн Мина на то, с каким холодным пренебрежением Лин Жанцзинь отнёсся к ним накануне. Не найдя, куда выплеснуть раздражение, Сун Чу, завидев эту сцену, желчно усмехнулся:

— Ещё бы! Бывают же уродцы: едва выберутся в люди, сразу начинают корчить из себя барчуков.

Лин Жанцзинь едва заметно сощурился и мягко улыбнулся:

— Даочжэнь Сун, по правде говоря, меня давно мучит один вопрос.

Сун Чу лишь презрительно фыркнул.

Лин Жанцзинь продолжил вежливо:

— Коли вам так любезен даочжэнь Шэн, вам, казалось бы, должно быть невыгодно, чтобы он достался моему молодому господину. Выходит, мы с вами в одной лодке. К чему же питать ко мне такую неприязнь?

Сун Чу закатил глаза:

— Держишь меня за дурака? Твой господин на моего старшего брата и не взглянет, а раз брат никуда от меня не уйдёт, отчего бы мне не потакать его капризам и не выслушивать его жалобы?

Лин Жанцзинь сочувственно кивнул, изображая искреннее восхищение:

— Превосходная тонкая стратегия.

Сун Чу фыркнул и отвернулся к Шэн Мину.

Лин Жанцзинь же, удержав на губах лёгкую улыбку, повернулся к лже-Лю Линьфэну:

— Прежде даочжэнь Сун относился ко мне со всей душой, и я не смел расспрашивать вас в его присутствии. Вы упоминали, будто можете провести человека в Альянс бессмертных?

— Разве я стал бы лгать? — Самозванец небрежно крутанул на пальце нефритовый жетон. — Вот только за вход нужна достойная дань. Если тебе не жалко золота да редких духовных сокровищ, я мог бы замолвить за тебя слово где следует.

Лин Жанцзинь сохранял бесстрастие:

— Сокровища непременно найдутся. Но с кем именно придётся договариваться? Вы бы намекнули, чтобы я знал, к чему готовиться.

— Кому в поднебесной не ведомо, что мы с Лин Жанцзинем — неразлейвода? — с бесстыдным бахвальством выпятил грудь самозванец. — Разумеется, решать буду я сам.

"Отлично, — мысленно подытожил настоящий глава Альянса. — Стало быть, загребёшь всё себе в карман"

Лин Жанцзинь снова забросил удочку:

— Неужто не придётся советующих старейшин или хозяев Павильонов спрашивать?

— Разве что Старейшине Белого Тигра черкну пару строк для порядка, дело-то житейское, — махнул рукой лже-Лю Линьфэн. — Я всё улажу. Но одной мошной не обойтись. Как я уже сказал, нужна знатная дань, а она у нас считай уже в руках.

У Лин Жанцзиня дрогнуло сердце:

— Вы про Нефрит Подвешенной Осени?

— Именно! Наш глава жаждет заполучить эту диковину. Но, насколько я слышал, твой господин тоже созвал такую орду ради Нефрита?

Лин Жанцзинь улыбнулся:

— Коли перед нами откроются двери Альянса, зачем нам какой-то Нефрит?

— Понимающий человек! — с удовлетворением хохотнул самозванец. — Наш глава собирается с помощью этой вещицы усовершенствовать свои техники. Если вы поможете добыть артефакт и уступите его, Лин Жанцзинь без лишних слов примет вас в Альянс.

Лин Жанцзинь обменялся с ним ещё парой пустых любезностей, а затем резко насупился.

Утром от Бянь Чэньу прилетела бумажная бабочка с вестью: слежка за Старейшиной Чёрной Черепахи ничего не дала, тот чист, а вот вокруг вечно тихого и покорного Старейшины Белого Тигра в последнее время происходит нечто странное — его люди один за другим влипают в тёмные истории.

Старейшина Белого Тигра славился честностью и прямотой, Лин Жанцзинь глубоко доверял ему. Однако из-за своей мягкосердечности старик часто закрывал глаза на проделки подчинённых.

Не исключено, что этот самозванец — как раз один из его подручных.

Взгляд Лин Жанцзиня на мгновение стал опасным и ледяным, но он тут же подавил порыв и с невозмутимым видом направился к Бу Фаньшуаню.

Они шли впереди всей группы по тропе, которую заранее разведал Сяо Вэйшуан. Путь казался безопасным, однако когда из песков вдруг вынырнуло очередное пустынное чудище, Лин Жанцзинь невзначай потянул Бу Фаньшуаня за край одежд.

Бу Фаньшуань от неожиданности оглянулся. Чудовище, проигнорировав выхватившую меч Мэй Инъюэ, устремилось прямо на лже-Лю Линьфэна. Тот только что расписывал свои мнимые подвиги в Альянсе и от неожиданности едва не лишился чувств. В страхе он кинулся прочь, а Сун Чу со своими людьми с визгом разбежались. Лишь Мэй Инъюэ сориентировалась мгновенно и преградила твари путь.

Но зверь не обращал на неё внимания, упорно преследуя самозванца. Самозванец понял, что бежать бессмысленно, выхватил меч и вступил в схватку.

Лин Жанцзинь поджал губы, слегка кашлянул — беспомощно, точно увядающая ива на ветру, — и тяжело припал к плечу Бу Фаньшуаня. Тот обнял его за талию и с усмешкой ждал, что же поведает его «нежный спутник».

Лин Жанцзинь на мгновение задумался, а затем скопировал капризный тон Шэн Мина:

— Господин... мне что-то недужится.

— Какой ещё «господин»? — с улыбкой поправил Бу Фаньшуань. — Зови меня супругом. Кажется, тебе не по себе? Постоим тут, подождём. Дыхание у этой твари лютое, свирепое, немудрено, что тебе с непривычки дурно.

С этими словами он подал знак Сяо Ни. Лекарь тут же принялся со знающим видом копаться в своём сундучке со снадобьями. Лин Жанцзинь же, всё так же опираясь на Бу Фаньшуаня, пристально следил за боем.

Самозванец явно уступал зверю и уже находился на грани гибели. Но когда Лин Жанцзинь готовился уже вмешаться, глаза его внезапно расширились.

Оказавшись у края пропасти, лже-Лю Линьфэн решил поставить всё на карту. Его движения разительно изменились — всего в два-три стремительных выпада он сразил чудовище, хоть и запятнал себя с ног до головы алой кровью. Лин Жанцзинь всматривался в него: в глазах этого человека мешались свирепость и замешательство, а зрачки казались бездонными чёрными провалами.

— Его техники странны, — вполголоса произнёс Лин Жанцзинь. — Приёмы Альянса, но эта сила...

— Смесь светлого и тёмного искусств, — подхватил Бу Фаньшуань с лёгким смешком. — Твой высокочтимый соратник из Альянса неплохо владеет приёмами наших демонических заклинателей. Да и сквозит в нём едва уловимый демонический дух.

Лин Жанцзинь опустил взор.

— Что ты на него подсыпал? — поинтересовался Бу Фаньшуань.

— Попросил у Сяо Ни порошок, приманивающий тварей. Утром, пока разговаривали, незаметно смахнул ему на рукав, — Лин Жанцзинь сдержанно усмехнулся. — Похоже, в Альянсе и впрямь неспокойно. Найдём Нефрит — и мне снова придётся забыть про отдых.

Бу Фаньшуань язвительно фыркнул:

— Ты бы уже обвенчался со своим Альянсом, честное слово! Совсем не умеешь отлынивать от работы. Не отлежись ты те двести лет, латая раны, давно бы отдал концы над их бумажками. Что, жить надоело? Скажи — я мигом помогу. И вообще, Альянс — он что, твой личный? Бянь Чэньу и остальные старейшины там совсем даром хлеб едят?

Лин Жанцзинь мягко повёл рукой:

— Моя вина. Фаньшуан, не сердись. Пойдём дальше, хорошо?

Бу Фаньшуань некоторое время смотрел на него молча, а потом, не обронив ни слова, шагнул вперёд. Сяо Ни перевёл взгляд с Лин Жанцзиня на Бу Фаньшуаня и решил, что выслуга перед владыкой — дело первое. Он тут же устремился вслед за Бу Фаньшуанем.

Прежде чем тот успел прогнать его, Сяо Ни заговорил, вкрадчиво понизив голос:

— Владыка, мне кажется, рана Бессмертного почтенного не так проста.

Бу Фаньшуань поморщился:

— Говори делом.

Сяо Ни состроил хитрое выражение лица:

— Владыка, ты только подумай: раны от демонической цзи для Бессмертного почтенного — дело привычное, вы с ним столько лет сходились в боях. Почему же в тот раз он не смог подавить скверну, да ещё и так сильно пострадал? Даже если его что-то отвлекло, не мог же он довести себя до такого состояния, чтобы демоническая цзи выжгла ему внутренности! У меня есть одна догадка...

Бу Фаньшуань вскинул брови и мельком глянул на него.

Сяо Ни, тиская в руках А-Шуана, уставился в золотистую даль пустыни и как бы невзначай произнёс:

— Разве что в тот момент в его душе зарождался Демон Сердца. Демоническая цзи вступила в сговор с Демоном Сердца, они начали питать и усиливать друг друга. Бессмертному почтенному пришлось выбирать, кого давить первым. Демона Сердца он, похоже, изгнал, но из-за этого упустил время, и скверна вошла слишком глубоко... Вот почему он двести лет пролежал на ложе болезни.

Бу Фаньшуань задумался:

— Но в нём нет ни единого следа Демона Сердца. К тому же откуда у такого человека, как он, взяться Демону Сердца?

— Во-первых, — Сяо Ни пощекотал мордочку волчонка, — это мог быть ещё не полноценный Демон Сердца, а всего лишь навязчивая идея, блажь или страстное желание.

Он тихо ухмыльнулся:

— А во-вторых... Мой Владыка, с чего ты взял, будто у него не может быть Демона Сердца? Что, если этим Демоном Сердца... был ты сам?

Бу Фаньшуань промолчал. Лицо его сделалось непроницаемым, а в глубине глаз проскользнула тень. Он обернулся.

Над пустыней стоял ясный день: ни облачка, ни ветерка. В ярких лучах солнца Лин Жанцзинь, будто почувствовав его взгляд, тоже поднял голову. Их взоры встретились.

Глаза Бу Фаньшуаня оставались тёмными и глубокими, а Лин Жанцзинь, не понимая причин этой перемены, лишь кротко и тепло ему улыбнулся.

Бу Фаньшуань резко отвернулся и тяжело вздохнул:

— Дело дрянь.

Сяо Ни ничего не понял:

— Что за дрянь-то, Владыка?

Бу Фаньшуань вздохнул ещё тяжелее:

— Узнав об этой возможности, первой моей мыслью было не прикончить его... Похоже, я доигрался.

http://bllate.org/book/36108/4679269