Готовый перевод Sword Qi Sweeps the Autumn / Клинок в осенних небесах: Глава 7

Лин Жанцзинь посмотрел на него и со слабой улыбкой произнёс:

— В таком случае возьми и это.

Он едва заметно повелел пальцем — и на его ладони, словно из воздуха, возникла изящная маска.

Бу Фаньшуан на мгновение замер. Поддев маску кончиками пальцев, он поднял её к свету и покрутил, не удержавшись от восхищённого цоканья:

— Надо же, и эта из Павильона Призрачных Снов.

— Я специально выбрал облик посимпатичнее, чтобы не умалить достоинства моего дорогого Фаньшуана, — безмятежно отозвался Лин Жанцзинь. — Нам стоит держаться скромнее. Твоё истинное лицо... о, вовсе не подумай, будто оно мне не по душе, напротив! Однако оно сокрушительно бросается в глаза. Если прознают люди из Ордена Остаточной Пустоши, они непременно станут чинить козни, а это испортит нам всю прогулку.

Договорив, он ласково погладил собеседника по плечу, будто приглаживая мнимые перья:

— Впрочем, насколько бы красива ни была эта личина, ей ни за что не сравниться с твоим собственным ликом, от которого я без ума.

Бу Фаньшуан тихо усмехнулся. Надев маску, он подхватил медное зеркало. Из полированной поверхности на него и впрямь глянуло весьма недурное, утончённое мужское лицо. Своей настоящей красоте оно, конечно, уступало, но очаровать парочку девиц на улице хватало с лихвой. Для его специфического развлечения — разыграть властного владыку демонов, воспылавшего страстью к невзрачному уроду — вариант подходил идеально. Не принимая возражений, Бу Фаньшуан велел Лин Жанцзиню тоже надеть свою личину. Прихватив кошель с духовными камнями, серебром и драгоценностями, а Лин Жанцзинь — девятисегментного волка, они наконец покинули покои.

Девятисегментный волк вёл себя смирно: свернулся калачиком на руках у Лин Жанцзиня и с аппетитом хрустел сочным плодом. Умилённый его видом, Бессмертный почтенный улыбнулся:

— Не дать ли ему имя?

— Твоя зверюшка — ты и выдумывай, — отмахнулся Бу Фаньшуан.

Он первым поднялся на борт повозки, способной лететь на мечах, и протянул спутнику ладонь. Лин Жанцзинь вложил пальцы в его руку и невесомым прыжком взошёл в экипаж.

Застывшие неподалёку заклинатели-демоны, провожавшие их в путь, онемели.

Останься оба в своём истинном облике, картина получилась бы невероятно поэтичной: болезненно-хрупкий, излучающий бессмертную благодать Почтенный протягивает тонкую кисть, а безумный, но неотразимый и могущественный Владыка демонов с нежной улыбкой переплетает с ним пальцы... Поистине загляденье!

Увы, нынешнее фальшивое лицо Лин Жанцзиня превращало эту трогательную сцену в нечто невообразимо дикое. Собравшиеся поглазеть демонические заклинатели зажимали ладонями горящие от такого зрелища глаза и в спешке разбегались. Лишь Дева Цин осталась стоять, скрестив руки на груди. Она и сообщила, что Фэн Цюнъе и Бянь Чэньу уже отправились в путь.

Затем она, подумав, добавила:

— Впрочем, сейчас вы смотритесь удивительно гармонично. Я прямо-таки вижу, как всю дорогу всякие девицы и юноши, сгорая от зависти к вам, Бессмертный почтенный, пытаются строить вам козни. Вы, разумеется, кротко терпите, Владыка до полусмерти защищает своего фаворита, а под конец, стоит вам остаться в одиночестве и подвергнуться нападению толпы, вы срываете маску, устраиваете кровавую бойню и посрамляете глупцов!

Лин Жанцзинь молча взглянул на неё.

«У этой девицы весьма специфический вкус на любовные истории...»

Зато Владыка демонов пришёл в неописуемый восторг. Он щедро бросил Деве Цин флакон с драгоценными пилюлями высшего качества:

— Мыслишь точно в унцию с моим замыслом!

Дева Цин с благоговением подхватила снадобье и с чувством поклонилась:

— Благодарю, Владыка! Желаю вам исполнения всех помыслов! Только Бессмертный почтенный ныне слаб здоровьем, так что будьте изворотливее и умереннее в утехах. Покудова гора стоит, деревья вырастут, а бессмертных для постели всегда найти можно! Если же вы замучаете его до смерти прямо сейчас, кого потом будете убивать? И от чьей руки согласитесь пасть сами?!

Лин Жанцзинь неторопливо обмахивал веером девятисегментного волка и заметил:

— А у девы Цин удивительно гибкие убеждения.

Дева Цин смущённо улыбнулась:

— Ну что поделать, если Владыка слишком щедр.

Опустив бамбуковую занавеску кареты, Лин Жанцзинь качнул головой и со смешком вздохнул:

— На Одинокой горе собрались поистине забавные личности.

Тем временем запряжённые в повозку крылатые кони взмыли в небеса, оседлав потоки духовной энергии, и понеслись на северо-запад. Бу Фаньшуан откинулся на мягкие подушки, одной рукой подперев голову, а другой небрежно обняв Лин Жанцзиня за талию. Прищурившись, он лениво пробормотал:

— Какими бы забавными они ни были, их всех до единого переманил на свою сторону предводитель вражеского лагеря. Сознавайся: когда и какими ухищрениями ты подослал кого-то из моих подчинённых за этими масками?

— Прошлой ночью я очнулся от дурного сна, — с улыбкой ответил Лин Жанцзинь, гладя зверька. — Увидев, что ты крепко спишь, я вышел подышать свежим воздухом и замешкался у дерева, где страж Чёрный Кот как раз ловил птиц. Я всего лишь намекнул, что если он не сходит за масками, я утащу его с собой в покои и уложу спать ровно между нами...

Бу Фаньшуан распахнул глаза и искренне похвалил:

— Мудрецы не лгали: с кем поведёшься, от того и наберёшься. Прожил со мной всего ничего, а перенял всё моё бесстыдство без остатка!

— Полно тебе хвалить, — кротко улыбнулся Лин Жанцзинь, опустив взор. — Бедный страж тут же шерсть дыбом поднял. Теперь даже немного совестно перед ним.

— Ерунда, — Бу Фаньшуан закинул ногу на ногу. — На то он и страж, чтобы разделять мои заботы.

— Тогда и у меня есть к тебе вопрос, — молвил Лин Жанцзинь. — Зачем ты обратился кроликом, когда увязался за моим учеником на Куньлунь?

— Пути на гору не знал, — лениво отозвался Бу Фаньшуан, разжигая курильницу и разравнивая пепел. — А если бы и нашёл, пароля-то всё равно не ведал. Вот и подумал оборотиться кроликом да выскочить перед тобой, когда станешь спускаться с гор. Ты ведь слаб до всякой пушистой твари. Авось растрогался бы да сам притащил волка в дом — мне бы и напрягаться не пришлось. Кто же знал, что мне подвернётся твой придурковатый ученик? Так вышло даже проще.

— О, тогда я бы непременно забрал Владыку демонов с собой... — Лин Жанцзинь выдержал паузу. — И отдал бы моему медвежонку вместо мячика.

Бу Фаньшуан ничуть не раздосадовался. Прикрыв нефритовой крышечкой курильницу, он лишь ядовито усмехнулся:

— Что за досада! Такой шанс выпадает раз в жизни, а глупый медведь упустил единственный яркий миг своего жалкого существования.

Пока они пикировались, повозка опустилась на землю возле Заставы Мечевой Равнины. Местность эта походила на древние границы с безбрежными песками: минешь заставу — и перед тобой раскинется бескрайняя пустыня, где лишь изредка встречаются островки оазисов. Застава была последним оплотом цивилизации. Северо-Западная пустошь мало напоминала обычный мир людей с его шестнадцатью государствами. Здесь царствовало мёртвое море песков, пустое, суровое и таящее смертельную опасность на каждом шагу. Простым смертным тут выжить не удавалось, но даже для заклинателей путь через Великую пустыню грозил гибелью девяти из десяти.

— Задержимся здесь на сутки, — вальяжно произнёс Бу Фаньшуан. — Выведаем слухи, пополним припасы.

— Великому Владыке демонов с Одинокой горы приходится лично собирать сплетни? — Лин Жанцзинь спустил девятисегментного волка на землю, позволив тому семенить рядом. — Кажется, твоим подчинённым пора урезать жалование.

— Коли играть роль, так до конца, — фыркнул Бу Фаньшуан. — К тому же самому во всём участвовать куда забавнее.

За разговорами они подошли к крупнейшему постоялому двору Города Мечевой Равнины. В самом городе кипела жизнь: пески сулили не только гибель, но и неисчислимые сокровища. И пусть сгинувшими здесь заклинателями можно было заселить ещё один Альянс бессмертных, соискатели удачи всё равно сходились сюда, точно мотыльки на огонь, сменяя друг друга в нескончаемом хороводе смертников.

Впрочем, нынче среди постояльцев преобладали демонические заклинатели — давали о себе знать происки Ордена Остаточной Пустоши. Праведные заклинатели предпочитали лишний раз не лезть на рожон и не вступать с Орденом в открытую схватку. И хотя в своё время Лин Жанцзинь подкосил могущество Остаточной Пустоши, даже истощённый верблюд крупнее лошади: против бывшего соперника самого Альянса бессмертных рядовые адепты предпочитали не выступать, уступая им дорогу.

Стоило экипажу замереть, как к нему со всех ног бросился услужливый трактирный слуга, чтобы принять поводья. И повозка, и скакуны с первого взгляда выдавали невероятное богатство владельцев. Из кареты действительно ступил благородный молодой человек — статный, исполненный величия, со смутно угадываемой глубокой духовной силой. Слуга тут же расплылся в подобострастной улыбке:

— Добро пожаловать, почтенный господин! Сколько вас будет? Пообедать изволите или на постой?

Не успел он закончить фразу, как из повозки выбрался второй пассажир. Взглянув на него, слуга чуть не поперхнулся: контраст между ослепительным красавцем и этим уродцем оказался настолько разительным, что бедняга едва сдержал судорожный смешок.

Улыбка на лице слуги на мгновение застыла, но многолетний опыт взял своё. Кое-как подавив изумление, он отвесил нижайший поклон и пригласил гостей внутрь, хотя в голове неумолчно крутилась мысль: «Как у такого знатного господина в слугах оказался подобный уродина?»

Но не успел он додумать эту мысль, как видный красавец с ласковой улыбкой обратился к своему спутнику:

— Ну как, тебе здесь нравится? Место, конечно, заурядное, но сгодится с дороги. Чего бы ты хотел откушать? Можем пройтись по лавкам, выберешь по вкусу.

Хотя лицо уродца не отличалось привлекательностью, голос его прозвучал мягко и чисто, а сам он оказался статным и стройным, с тонкой талией и длинными ногами. Да и норов у него, судя по всему, был весьма приятным. Он улыбнулся и возразил:

— К чему такие сложности? Поедим прямо здесь.

С этими словами он вложил в руку слуги кусочек серебра и благодушно добавил:

— Благодарю за труды. Позаботься, пожалуйста, о наших лошадях.

После этого красавец по-хозяйски обнял уродца за талию, и они вальяжно прошествовали в заведение.

Слуга пару мгновений ошеломлённо смотрел им вслед, после чего, спотыкаясь на ровном месте, поплёлся исполнять поручение.

Трактирщик, ещё не подозревавший о странной парочке, стоял за стойкой. Подняв глаза и увидав перед собой этакое сочетание красоты и уродства, он радушно поинтересовался:

— Желаете остаться на ночь, господа?

— Нам лучшие покои, — отрезал статный красавец.

Трактирщик кивнул:

— Сию минуту! Почтенные гости, пожалуйте наверх! Два номера категории «Цянь»...

Не успел он договорить, как молодой человек постучал пальцем по стойке:

— А кто тебе сказал, что нам нужно два?

Трактирщик осёкся:

— Э-э?..

— Управляющий должен быть более проницательным, — проговорил красавец с улыбкой, от которой у бедного хозяина мурашки побежали по спине. — Даже если у тебя свободен весь постоялый двор, надлежит отвечать, что осталась всего одна комната.

Трактирщику и раньше приходилось содействовать чужим любовным утехам, но тут он на мгновение опешил. Мотнув головой, чтобы вернуть самообладание, он осторожно уточнил:

— Вы... супруги?

— Вовсе нет, — ответил гость.

Едва хозяин успел перевести дух, как тот добавил:

— Мы лишь чистые и невинные ложеразделители.

Трактирщик застыл с открытым ртом.

— Д-да... Простите дурака, господин! Комната категории «Цянь», одна! Прошу наверх!

Довольный такой понятливостью, красавец небрежно бросил на стойку слиток серебра и духовный камень, бросив, что сдачи не надо. Второй, что победнее видом, с виноватой улыбкой вежливо поблагодарил хозяина и пошёл вслед за спутником на второй этаж.

Вернувшийся слуга подошёл к стойке и тихо прошептал:

— Хозяин, тот, что непригляден, на редкость душевный человек. Вот, серебром одарил.

Трактирщик утёр пот со лба:

— Зато второй, с красивой рожей, видать, настоящий зверь. Улыбаться-то улыбается, а в глазах у самого — смертный приговор. Смотрите у меня, прислуживайте им с предельной осторожностью, не ровён час пришибёт без причины.

Перешептывания на первом этаже, разумеется, не укрылись от чуткого слуха Лин Жанцзиня. Он тихо усмехнулся, но от движения грудь отозвалась тупой болью — сказались незалеченные раны, и во рту мгновенно разлился солоноватый приторный вкус. Он бесстрастно сглотнул подступившую к горлу кровь и, встретившись взглядом с обернувшимся Бу Фаньшуаном, как ни в чём не бывало поддержал разговор.

Даже Бу Фаньшуан не заметил, что у его спутника вновь открылись старые увечья.

Комната действительно оказалась отменной. Немного передохнув, Лин Жанцзинь подошёл к окну и вгляделся в улочки приграничного городка.

— Говорят, в этих краях подают крепкое вино, — с улыбкой заметил он. — Почему бы нам не прогуляться до какой-нибудь лавки? Заодно перемолвимся словом с местными за чаркой — глядишь, выведаем что-нибудь полезное.

— Вина испить — дело хорошее, — откликнулся Бу Фаньшуан. — А вот расспросы устраивать... Зачем нам эта волокита? Ворвёмся в Орден Остаточной Пустоши, скрутим пару-тройку старейшин, выбьем дурь, да и выпытаем всё, что нужно.

— А ты хотя бы знаешь, где именно находится логово Ордена? — мягко поинтересовался Лин Жанцзинь.

— Понятия не имею, — отрывисто отчеканил Владыка демонов. — Но ты подал мне мысль. На Одинокой горе со слугами проблем нет. Сейчас отправлю весть, пусть ищут. А мы пока пойдём пропустим по чарочке да прикупим кое-какие безделушки.

Он сделал паузу, и его губы тронула хищная усмешка:

— Я хочу, чтобы весь этот городишко видел, как я спускаю состояния ради твоей улыбки.

http://bllate.org/book/36108/4568078