Глава 13. Хнык, братец, мне так страшно
Цзян Чуань, которого Жэнь Сичжоу повалил на землю и прижал к себе, даже чувствовал жар, исходивший от его груди. Этот жар словно взметнулся и ударил ему прямо в лицо, не давая возможности ни о чём думать.
Голова кружилась, и было жарко.
Слабая железа под пластырем на затылке снова начала бешено пульсировать, но не успел он ощутить что-то необычное, как Жэнь Сичжоу внезапно вскочил с земли и широкими шагами направился к хулигану из старших классов.
Цзян Чуань с трудом перевёл дух, но, видя, что дело принимает дурной оборот, поспешно крикнул: «Жэнь —»
В следующую секунду на его голову откуда ни возьмись упала сине-белая школьная форма, всё ещё хранившая тепло тела.
Мозг Цзян Чуаня тут же взорвался. Он остолбенел.
Феромоны альфы были словно пули — со свистом пронзили сердце, и паралич мгновенно разлился по всему телу. Из глубины мозга поднялось желание, настолько сильное, что он даже испугался, что потеряет над собой контроль.
Руки и ноги перестали слушаться. Он словно обмяк. В суматохе кто-то крикнул: «Старый Ма идёт!»
Окружающие с шумом бросились врассыпную. Цзян Чуань не успел даже встать, как в следующую секунду его, словно мешок, перекинули через плечо.
Выступающая лопатка подростка больно впилась ему в грудь, центр тяжести резко сместился, и он мгновенно выкрикнул: «Не надо!»
Школьная форма всё ещё была накинута ему на голову, и тут внезапно по его заднице звонко шлёпнули: «Да не похищение это, чего орёшь?»
Цзян Чуань рывком стянул форму с головы и, почти скрежеща зубами, процедил: «Жэнь Сичжоу, ты —»
Но, к его удивлению, Жэнь Сичжоу нёс его на плече по лесной тропинке кампуса. Парочки, занимавшиеся своими делами, услышав шум, подняли головы, и бесчисленные взгляды устремились на лицо Цзян Чуаня.
Фарфорово-белое личико Цзян Чуаня вмиг покраснело так, что, казалось, вот-вот закапает кровью.
Помедлив, он снова натянул форму на голову.
Всё из-за этого чёртова Жэнь Сичжоу!
Заведующий Ма с охранниками гнались за ними целых полчаса. Физическая подготовка Жэнь Сичжоу оказалась просто невероятной — он мог скакать с человеком на плече и даже не запыхаться.
Петляя по кампусу, он в конце концов нырнул в общежитие «Пьяный у воды», взбежал на пятый этаж, пнул дверь комнаты 520 и сбросил Цзян Чуаня с плеча на кровать.
Цзян Чуань плюхнулся на матрас, сила удара даже подбросила его вверх. Он стянул с головы форму и, не в силах больше терпеть, рявкнул: «Какого хрена ты меня тащил?»
Жэнь Сичжоу, вытирая шею полотенцем, покосился на него: «А ты мог бежать?»
Цзян Чуань промолчал.
Астматикам действительно нельзя бегать.
Жэнь Сичжоу усмехнулся: «Ха».
Но когда он уже собрался уходить, прохладная ладонь вдруг схватила его за запястье: «Погоди —»
Жэнь Сичжоу нахмурился, обернулся, собираясь грубо выругаться, но не успел даже рта раскрыть, как ватка, смоченная в йоде, сильно прижалась к ране у него на лбу.
От боли он втянул воздух сквозь зубы: «Ш-ш-ш...»
Всё лицо, лоб — всё было в синяках и ссадинах. Хотя он и одолел нескольких противников в одиночку, ему тоже изрядно досталось. Цзян Чуань, держа в руках пузырёк с йодом, стоял на коленях на краю кровати, выпрямившись, и сосредоточенно обрабатывал ему рану: «Не двигайся».
Жэнь Сичжоу был слишком высок, поэтому ему пришлось слегка наклонить голову. Взгляд его сам собой упал вниз и застыл на ногах Цзян Чуаня.
Летняя школьная форма для мальчиков состояла из белой рубашки и шорт. Из-за стройной и худощавой фигуры Цзян Чуаня стандартная футболка оказалась ему великовата — её нижний край доходил до бёдер, создавая впечатление, будто ниже пояса на нём вообще ничего нет.
Из-за позы на коленях его стройные, в меру полные бёдра слегка напряглись, линии были плавными и чёткими, словно выточенными из яшмы.
Жэнь Сичжоу сам не знал почему, но в горле вдруг запершило.
Обработав рану на лбу, Цзян Чуань сменил ватку, смочил её в йоде и потянулся к руке Жэнь Сичжоу, чтобы обработать ссадины на костяшках пальцев. Но, к его удивлению, Жэнь Сичжоу сам перехватил его ладонь и резко дёрнул вверх.
Их груди неизбежно соприкоснулись. Подняв голову, Цзян Чуань встретился с хищным взглядом Жэнь Сичжоу.
Тот заговорил грубо: «Цзян Чуань —»
«Какого хрена ты каждый день тайком на меня пялишься?»
Неожиданный вопрос заставил Цзян Чуаня на миг опешить: «Что?..»
Он никак не ожидал, что его тайная слежка всё это время была раскрыта, но тут же снова взял себя в руки: «Скажу тебе честно, на самом деле я...»
«На самом деле я умею читать по лицам. Я понял, что у тебя необычайный костяк и что на самом деле ты отличный материал для учёбы». Он врал не моргнув глазом и одновременно сильно ткнул ваткой в ссадину на пальце Жэнь Сичжоу. «Я хочу заниматься с тобой по сборнику „Пять-три“, учиться легко и радостно расти».
Он не заметил, что в тот момент, когда прозвучало слово «материал», зрачки Жэнь Сичжоу на миг расширились, но в следующую секунду он резко отдёрнул руку и заговорил ещё более свирепо: «Чушь! Я ни за что не стану долбить эту хрень».
Он решил высказаться начистоту: «Да я ненавижу таких отличников, как вы! Не смей больше таскаться за мной хвостом, а то буду бить тебя при каждой встрече!»
Ватка с хлопком упала на пол. Цзян Чуаня никогда так грубо не отвергали. Лицо его потемнело: «Жэнь Сичжоу...»
А Жэнь Сичжоу тем временем уже незаметно скривил губы в усмешке. Это выражение лица было ему слишком хорошо знакомо — он уже приготовился к ссоре или драке.
Но, к его удивлению, в следующую секунду Цзян Чуань вдруг опустил брови и глаза, и даже голос его, казалось, мог сочиться водой: «Скажи, те люди сегодня не придут ко мне приставать?»
Этот вопрос застал Жэнь Сичжоу врасплох: «...А?»
«Мне так страшно». Цзян Чуань протянул руку и ухватился за край его одежды. «Я не смогу с ними справиться».
Эта рука словно сжала ему сердце. Жэнь Сичжоу не мог вымолвить ни слова: «Э-э...»
«Но ничего страшного». Цзян Чуань в этот момент повернул голову и посмотрел в окно. Взгляд его был мягким и отсутствующим. «Мужчина должен учиться быть сильным. Даже если меня побьют, это не страшно. Я больше не буду за тобой ходить».
На мгновение в воздухе повисла тишина. Он уже собирался снова заговорить, но Жэнь Сичжоу опередил его: «Ходи, ходи, чёрт с тобой, ходи!»
С этими словами он широкими шагами влетел в ванную и с грохотом захлопнул за собой дверь.
Цзян Чуань приподнял бровь, и на его губах появилась лёгкая улыбка.
Дрессировка собак — до чего же простое дело.
Жэнь Сичжоу неизвестно чем возился в ванной, вышел оттуда только через полчаса, схватил школьную форму и собрался уходить из общежития, но тут Цзян Чуань медленно поднялся с кровати: «Ты куда?»
«За—» Жэнь Сичжоу по привычке хотел выругаться, но внезапно вспомнил, что перед ним нежный цветочек, и проглотил ругательство: «В интернет-кафе. Тебе-то какое дело?»
«Действительно никакого». Цзян Чуань кивнул. «Я просто хотел напомнить, что сегодня ночью обещали грозу».
Жэнь Сичжоу уже хотел сказать, что не боится промокнуть, как вдруг увидел, что Цзян Чуань опустил голову, на лице появилось унылое выражение, и он жалобным голоском произнёс: «Мне так страшно».
Жэнь Сичжоу: «...»
http://bllate.org/book/36079/4499571
Сказали спасибо 0 читателей