Готовый перевод My Beautiful Wife is a Siren, World-Ending Start, Instant Reversal / Идеальная ловушка: как вернуть мужа в мире апокалипсиса: Глава 15

Шан Иань кивнул. Он уже собрался следовать за остальными, как вдруг палатка шевельнулась и оттуда вышел прихорашивающийся Ши Мяо.

Его лицо всё ещё хранило следы сна, а сам он выглядел не слишком бодрым.

Шан Иань отпустил Му Цзяньиня, подбежал к нему и потянул за руку:

— Маленький папа, ты мог бы поспать подольше, а я пойду вместе с Иньинь и остальными собирать дикорастущие овощи.

Ши Мяо наклонился и потрепал его по щеке:

— Я уже выспался. Иди, я буду ждать твоего возвращения. Будь осторожен по дороге.

Шан Иань послушно кивнул:

— Хорошо.

Он посмотрел на маленький мешочек с рисом, немного помедлил, а затем поманил Ши Мяо к себе.

Ши Мяо исполнил его просьбу, присел на корточки и подставил ухо. Шан Иань прошептал:

— Что ты хотел сказать?

Мальчик ответил:

— Маленький папа, риса очень мало, хватит только на кашу для нас двоих. Не трать его, пожалуйста, и не пытайся экспериментировать, его всё равно не хватит.

В его голосе не было ни капли насмешки — лишь искреннее беспокойство.

Судя по тому, что он знал о маленьком папе, тот не мог приготовить ни единого блюда даже на кухне со всеми удобствами, а здесь — и подавно.

Лучше не тратить продукты зря.

Иначе ему будет нечем угостить дядю Му.

Щёки Ши Мяо слегка порозовели, он смущенно кашлянул и пробормотал:

— Понял.

Но Шан Иань всё равно смотрел на него с сомнением. Прежний маленький папа никогда бы добровольно не показал свою слабость.

Но нынешний маленький папа…

Он поднял голову и посмотрел в чистые глаза отца, чувствуя, как внутри ворочается недоверие — его собственное недоверие к маленькому папе.

Шан Иань тихо вздохнул, отнёс мешочек с рисом к Му Цзяньиню и с надеждой посмотрел на него:

— Можно?

Му Цзяньинь понял, что тот имеет в виду, и без колебаний кивнул, даже не подумав посоветоваться со своим отцом.

Лишь когда позади раздалась холодная усмешка, он опомнился, поспешно бросился в объятия к отцу и засюсюкал:

— Папа, детям нельзя быть голодными, а дядя Ши не умеет готовить, давай сварим наш рис вместе с их, а?

Му Бай фыркнул:

— Какое мне дело до того, что Ши Мяо не умеет готовить? В конце концов, голодать буду не я.

Перед отцом Му Цзяньинь всегда был ласковым и покладистым ребенком. Зная, что тот просто не хочет признавать поражение, он хихикнул и потерся щекой о его плечо:

— Но Юаньбао не может голодать, сделай это хотя бы ради Юаньбао, ладно?

Му Бай взглянул на Ши Мяо, посмотрел на его немного глуповатую улыбку и отвел взгляд:

— Вечно ты на чужую сторону встаешь.

Му Цзяньинь понял, что отец согласился, и радостно показал Шан Ианю жест окей.

Шан Иань улыбнулся в ответ, повернулся к маленькому папе, который выглядел слегка опечаленным, и похлопал его по руке:

— Ничего страшного, маленький папа, ты на самом деле очень способный.

Ши Мяо и так притворялся, но, получив порцию утешения, тут же просиял:

— Хорошо, спасибо, Юаньбао.

Увидев, как Юаньбао уходит, держась за руки с Му Цзяньинем, он нерешительно подошел к Му Баю.

Заметив, что тот не обращает на него внимания, но и не прогоняет, он с улыбкой сел рядом.

Сначала он хотел предложить помощь, но стоило Му Баю бросить на него взгляд, как он тут же присмирел и замер, сидя смирно, точно прекрасный маленький господин, ожидающий подачи еды.

Му Бая внезапно посетило чувство, что жизнь его невыносимо тяжела. Глядя на сидящего рядом Ши Мяо, он на мгновение ощутил себя измученным слугой.

Однако он ничуть не злился, напротив — в глубине его глаз промелькнуло едва заметное веселье.

Неужели он действительно вернулся?

Дети вернулись довольно быстро. У некоторых в руках была зелень, а у кого-то — простая трава, ведь операторы следили только за их безопасностью.

Му Цзяньинь, сжимая в обеих руках пучки зелени, взволнованно подбежал к Му Баю, подставил грязное лицо и поднял руки вверх:

— Папа, смотри, я нашел съедобную траву!

На лице Му Бая отразилось изумление. Он принял подношение:

— Верно. Ты сам узнал, что это? Какой ты способный!

Му Цзяньинь покачал головой и гордо добавил:

— Нет, это Юаньбао узнал! Он такой молодец, знает целых несколько видов! Только там было две разновидности, которые он не признал, они выглядели довольно симпатично, и мы не рискнули их сорвать.

Шан Иань в это время тоже подошел. У него в руках было два пучка зелени, лицо было испачкано землей, но по сравнению с Му Цзяньинем он выглядел довольно чистым.

Он держал зелень в руках и отказался отдать её Ши Мяо, когда тот потянулся забрать её:

— На ней ещё земля, ты испачкаешь руки. Юаньбао сейчас сходит к воде, помоет овощи, а потом отдаст маленькому папе.

Ши Мяо моргнул, чувствуя удивление.

До сих пор Юаньбао всегда вел себя как маленький взрослый, очень рассудительный, и впервые он использовал такие уменьшительно-ласкательные слова.

Кто устоит перед таким контрастом?

Ах-ах-ах, овощи! Юаньбао скоро будет кушать кашку!

Как мило, что Юаньбао говорит уменьшительно, взрослые замашки ребенка уже не удается скрыть.

Юаньбао, похоже, становится всё спокойнее, видимо, привык к нынешней обстановке.

Среди множества восторженных комментариев о Юаньбао время от времени проскакивали предположения, что причина перемен — Ши Мяо, но они тонули в общем потоке и не привлекали особого внимания.

В кадре Ши Мяо заключил ребенка в объятия, даже не заботясь о том, что испачкает одежду. Он, словно котенок, потерся щекой о лицо Юаньбао.

Юаньбао на мгновение замер, его тело слегка напряглось, но страх уже не был таким явным.

Этот привычный жест Ши Мяо, по-видимому, всколыхнул в нем какие-то воспоминания. Мальчик не ответил на ласку, лишь слегка опустил глаза, и взгляд его потускнел.

Ши Мяо этого не заметил, но он всегда умудрялся случайно задевать какие-то струны.

Он немного отстранился, посмотрел на молчащего Шан Ианя и с улыбкой произнёс:

— Юаньбао тоже может потереться о маленького папу.

Глава 22: Юаньбао заплакал

Ши Мяо не позволил Юаньбао мыть овощи — это была пустяковая работа, не стоило заставлять ребенка делать её самому.

Заодно он отвел обоих детей умыться.

Когда Шан Иань увидел, что он поднимает руку, в его зрачках все еще промелькнула едва заметная реакция.

Он как бы невзначай произнес:

— Маленький папа, сначала помой Иньинь, у меня на лице только немного грязи, я могу умыться сам.

В тоне не было ничего странного, выражение лица оставалось милым и разумным.

Но огонек в глазах Ши Мяо слегка потускнел. Он опустил веки, скрывая любые чувства, и лишь уголки губ по-прежнему были слегка приподняты.

— Хорошо, тогда я сначала помою Иньинь, а если у Юаньбао что-то не получится — зови меня, договорились?

Увидев, что Шан Иань кивнул, Ши Мяо повернулся и начал вытирать лицо Му Цзяньиню.

Му Цзяньинь его не боялся и послушно закрыл глаза, ожидая, пока дядя Ши умоет его.

Пока Ши Мяо протирал лицо, на душе у него словно лежал огромный камень. В тот момент, когда он решил, что убедил Шан Ианя, тот снова начинал чего-то опасаться.

Холодное отчуждение?

Ши Мяо не верил, что способен поднять руку на Юаньбао, но если речь шла об эмоциональном насилии или о том, чтобы бросить человека одного на дороге, то это было перебором.

У них, не считая скрытого напряжения, всё было относительно мирно, однако с другой стороны послышались голоса.

— Ты даже не можешь отличить траву от съедобных овощей? Я же учил тебя раньше, разве нет?

Упрек был не слишком громким, тон — не таким уж суровым, но его услышали все вокруг.

Ши Мяо обернулся и увидел, что Линьлинь стоит перед Сан Чжао, опустив голову и теребя подол своей одежды.

Он молчал, тихо стоя на месте и признавая свою вину.

Сан Чжао слегка нахмурился. Как бы он ни общался с ребенком без свидетелей, на камеру он старался не перегибать палку.

Заметив взгляды остальных, он снова натянул улыбку, присел и взял Линьлиня за плечи:

— Линьлинь, маленький папа вовсе не хочет тебя ругать, просто я же учил тебя, но ты не справился.

Глаза Линьлиня покраснели, казалось, еще немного — и он расплачется.

Не узнал овощи, и что? Реакция Сан Чжао не слишком ли резкая?

Да нет, тон нормальный, очень спокойный, просто ребенок сам понял, что ошибся, вот и выглядит так жалко.

Наш Чжао-Чжао очень хорошо относится к детям, это было видно на предыдущих трансляциях, такое невозможно сыграть. Сказал пару слов, разве теперь ребенка нельзя поучить?

Сан Чжао не хотел наживать себе неприятностей. Его отношение к Ши Мяо и к детям — это две разные вещи, как бы там ни было, нельзя давать повода для сплетен.

Он тихо вздохнул:

— Извини, может, я слишком громко сказал? Я не заметил.

Линьлинь покачал головой:

— Нет, это я виноват. Я думаю, что я немного глупый, маленький папа, прости меня.

Чжо Хуа, стоявший рядом, поспешил сгладить углы:

— Ничего страшного, это же дети, вполне нормально, что они чего-то не запомнили. Наш малыш тоже принес пару кустиков травы.

Цинь Лу перевела взгляд с Сан Чжао на Линьлиня, задумавшись о чем-то своем, но она тоже посмеялась над тем, какой у неё малыш-глупышка.

Только вот всегда что-то было не так.

Ши Мяо посмотрел на них пару секунд и отвел взгляд. В этом шоу он больше всего общался с Му Баем, а тот еще не помирился с ним, так что желания заводить другие знакомства у Ши Мяо не было.

Честно говоря, он не особо любил светские беседы.

К тому же, Сан Чжао вряд ли стал бы жестоко обращаться с ребенком — такая реакция на ошибку, возможно, была общей бедой многих семей.

После завтрака съемочная группа не стала давать заданий, и участникам разрешили свободное время.

Возле моря был мелкий песок, полоса его была неширокой, но играть там было можно.

Ши Мяо помогал Шан Ианю строить замок. Они почти закончили, оставалось лишь поставить верхушку.

В следующую секунду двое резвящихся детей случайно наступили на постройку, и замок рухнул.

По правде говоря, это была пустяковая неприятность, стоило лишь отстроить заново. К тому же теми детьми были Цинь Яо и Янь Лан.

Ши Мяо почти не контактировал с матерью Янь Лана, поэтому между ними не могло возникнуть конфликтов, и никто не делал это намеренно.

Тем более, Юаньбао был очень рассудительным, и никто не думал, что это вызовет какую-то бурную реакцию.

http://bllate.org/book/36038/4466817