Готовый перевод The Prodigal Son Seeks Solitude and Fortune Telling / Наследник-изгой: монах, который гадает на судьбы: Глава 11

Янь Цзю: «...» Этот Шан — поистине куда более бессердечный, холодный и лишённый всяких чувств человек, чем он себе представлял.

И с чего он только взял, что Шан Цзин поможет Лю Цзиньчэну? Поистине сам себе напридумывал.

Шан Цзин, эта несчастливая зараза, взбрыкнул и отказался помогать — теперь это дело и впрямь решить непросто.

***

В то же время на Горе Чжаояо Лю Цзиньчэн преодолел длинные ступени и наконец добрался до горных ворот.

У ворот дежурил средних лет мужчина в спортивном костюме и с мечом за спиной.

Вокруг несколько молодых людей подметали опавшую листву.

Лю Цзиньчэн вежливо поклонился мужчине со сложенными рувами:

— Здравствуйте, даос. Лю Цзиньчэн из города Яньян прибыл с визитом на Чжаояо, хочу отыскать одно лекарственное растение в густом лесу Задних гор Чжаояо.

Мужчина почесал затылок:

— Братец, сам понимаешь, в чащу Чжаояо просто так нельзя. Возвращайся-ка ты домой.

Лю Цзиньчэн не стал спорить. Он просто достал бумажную птичку, которую дал ему Янь Цзю, протянул её мужчине и мягко произвел:

— Прошу даоса пропустить меня.

Мужчина внимательно разглядел бумажную птичку, а затем на его лице отразилось удивление:

— Ого, да это же птичка моего маленького дедушки-наставника Янь Цзю!

Лю Цзиньчэн: «...» До сих пор он никак не мог смириться со старшинством Янь Цзю в иерархии.

Мужчина продолжил расспросы:

— Как поживает мой старый дедушка-наставник?

Лю Цзиньчэн натянул улыбку:

— Хорошо, ег... этот старый человек чувствует себя прекрасно.

Мужчина похлопал Лю Цзиньчэна по плечу:

— Гость маленького дедушки-наставника — наш гость на Чжаояо. Пойдём со мной, я провожу тебя в Задние горы.

***

Задние Горы Чжаояо заросли бескрайней травой и лесами, отыскать там конкретное лекарственное растение было поистине труднейшей задачей.

Лю Цзиньчэн прекрасно понимал, что за один день это не сделать.

Он только собрался поставить в Задних горах палатку, как зазвонил телефон — это был Янь Цзю.

Янь Цзю уже давненько не был так раздражён и нетерпелив:

— Лю Цзиньчэн, как ты вообще заводишь друзей?

Лю Цзиньчэн, продолжая возиться с палаткой, с улыбкой спросил:

— Что случилось? С чего вдруг такая злость?

Янь Цзю не стал вдаваться в долгие предисловия и вкратце пересказал всё, что произошло в Яньяне.

Услышав это, Лю Цзиньчэн вздохнул:

— Наверное, это мой старший брат, он больше не может сидеть сложа руки. Всё, чего он добивается — это место главы семьи Лю.

Янь Цзю в этот момент уже зевал во весь рот:

— На Шан Цзина надежды никакой. Что теперь делать? Вернешься с гор в семью Лю?

В горах ярко сияли ночные звёзды, раздавалось звонкое стрекотание цикад, ветерок трепал пряди на макушке Лю Цзиньчэна, и он неожиданно почувствовал, что на душе у него на редкость легко:

— Мы с Шан Цзином изначально были лишь собутыльниками, он никогда не отличался особой мягкосердечностью. Семья Лю мне безразлична, власть мне тоже не нужна. Я лишь хочу, чтобы мой дед жил в безопасности. Янь Цзю... помоги мне.

Лю Цзиньчэн никогда и не рассчитывал на Шан Цзина; пожалуй, единственным, на кого он действительно мог положиться, был Янь Цзю.

Помолчав долгое время, Янь Цзю наконец лениво отозвался:

— Хорошо.

Талисманы семьи Бай

После того как Лю Цзиньчэн ушёл в горы за лекарством, старик Лю, казалось, заболел ещё сильнее.

Младшее поколение влиятельных семей города Яньян собралось вместе навестить старика, и Шан Цзин был среди них.

Янь Цзю с самого раннего утра поджидал у ворот клана Шан.

Утренний свет мягко падал на него, окутывая лёгкой дымкой и придавая фигуре неземную, почти нереальную лёгкость.

Шан Цзин остановился и бросил на Янь Цзю косой взгляд:

— Хочешь пойти?

Янь Цзю кивнул:

— Хочу посмотреть на мир. Сам знаешь, я с детства ничего слаще морковки не видел.

Шан Цзин остался непреклонен:

— Какая мне выгода брать тебя с собой?

Янь Цзю без малейшего смущения принялся сам сыпать соль на собственные раны:

— Выгоды масса! Например, сегодня туда пойдёт и Бай Сюэчэн. Неужели тебе не хочется посмотреть на первоклассное зрелище из разряда отец и сын убивают друг друга?

Шан Цзин задумался:

— Бай Сюэчэн? Твой так называемый отец?

Янь Цзю:

— Если говорить точно — лишь отец по крови. Ну как? Разве не забавно?

Шан Цзин покачал головой:

— Так себе. — Затем он перевёл взгляд на шею Янь Цзю и с заманчивой улыбкой произнёс:

— Если позволишь мне испить твоей крови, пожалуй, я возьму тебя с собой.

Шан Цзин не испытывал особой тяги к крови, но ему почему-то казалось, что кровь Янь Цзю должна быть особенной — с ароматом, в котором таится лёгкая горчинка.

Предложение Шан Цзина вызвало у Янь Цзю некоторое сопротивление.

Его кровь и вправду была слегка необычной... Да ладно, плевать! В конце концов, в мире существует великий метод прикинуться дурачком.

Стянув воротник и подставив собственную шею, Янь Цзю отбросил всякое сопротивление:

— Давай-давай, пей, пей, пей!

Шан Цзин тоже не стал церемониться: его губы напрямую прильнули к шее Янь Цзю, кожа оказалась на ощупь очень мягкой и нежной.

Шан Цзиню даже показалось, что его сердце сделало один сбитый удар.

Из-за слишком близкого расстояния их тела соприкасались, а голос Янь Цзю прямо у уха звучал невероятно эмоционально:

— Эй, босс, чего ты копаешься? Будешь пить или нет?

Человеческие зубы изначально не слишком приспособлены для того, чтобы протыкать кожу, впрочем, не беда — достаточно лишь приложить усилие.

Шан Цзин изо всех сил впился зубами в шею Янь Цзю.

Лишь после нескольких попыток на кончике языка ощутился вкус крови.

Как бы сильно он ни тянул, много крови выпить не удавалось.

В конце концов, Шан Цзин не был вампиром, и дело это для него было непривычное.

Однако даже крошечной капли крови хватило, чтобы Шан Цзин почувствовал разницу.

В тот же миг в душе воцарилось странное умиротворение, тело неожиданно полностью расслабилось, словно пройдя через очищение.

Кровь Янь Цзю и вправду не отдавала сыростью; в лёгком и тонком аромате чувствовалась приятная горчинка.

Сам же пострадавший, Янь Цзю, мелко дрожал под хваткой Шан Цзина: до чего же, блин, больно!

Янь Цзю полагал раз уж Шан Цзин целыми днями только и делает, что требует крови, то и управляться с этим должен с закрытыми глазами. А с такой паршивой техникой ещё и смеет выставлять это напоказ.

Шан Цзин разжал зубы и опустил взгляд на Янь Цзю.

На шее Янь Цзю алели пятна багрянца — весьма двусмысленные следы, которые почему-то выглядели чертовски соблазнительно.

Ресницы Янь Цзю затрепетали:

— Можно идти?

Шан Цзин равнодушно бросил:

— Пошли.

Как ни странно, за всю дорогу Шан Цзин больше не доставил Янь Цзю никаких хлопот.

http://bllate.org/book/36033/4466128