Готовый перевод The Stubborn Puppy Loves Her to Death / Упрямый щенок, влюблённый до безумия: Путь сквозь миры: Глава 6

Сяо Мо не успел произнести и слова, как всё уже было решено за него. Этот Цзи Фосюй казался куда сложнее, чем тот дурачок, но что же послужило поводом для таких перемен?

Не сумев найти ответа, Сяо Мо принялся размышлять, как ему пережить приближающиеся выходные и неизбежный по сюжету поворот.

Цзи Фосюй посмотрел на его макушку, плотно сжав губы:

— Что такое? С ним ты так мило болтал, а со мной и слова сказать не можешь? — С тем дураком он вон как веселился, а с ним почему-то молчит?!

Сяо Мо прервал свои раздумья, опустил голову и беззвучно усмехнулся, после чего медленно покачал головой:

— Ах, нет. С Тин Юнем я болтал вовсе не так уж весело, и с тобой мне не скучно говорить… Просто вдруг показалось, что ты стал чуточку чужим.

Чужим? В смысле чужим? Неужели тот не заметил, что перед ним больше не тот придурок? Цзи Фосюй бросил на Сяо Мо взгляд. Подумав о том, что этот человек даже лицемерную натуру Цзи Тинъюня раскусить не в силах, он решил, что тот, пожалуй, и вправду ничего не понял.

На мгновение в его глазах промелькнула озорная искорка:

— Что? Испугался, что ли? Такой трусишка?

Сяо Мо покачал головой:

— Нет. Пожалуйста, не обижай Тин Юня всё время, он ведь… — *такой мерзавец.*

Цзи Фосюй приподнял бровь. Хорошо еще, что эти слова были сказаны ему: если бы их услышал тот маленький дурачок, то наверняка смертельно обиделся бы. Впрочем, сейчас этот дурачок — он и есть.

— Старый хрыч, как долго ты с ним знаком, что так защищаешь его?!

— Но я знаком с тобой всего один день, как же я могу тебе довериться? — неторопливо произнес Сяо Мо, откинувшись на спинку стула.

Цзи Фосюй посмотрел на его расслабленную позу и с досадой прикусил губу. Этот старый хрыч и впрямь выбирал для разговора лишь то, что меньше всего хотелось слышать тому глупышу, и при этом так настойчиво гнул свое. Просто…

— Верь во что хочешь! Слепой старый хрыч, мы на месте, прощай! — Лучше бы вернуть того дурака обратно: изображать кого-то другого у него отчаянно не получалось, да и дурью он столько маяться не собирался.

Цзи Фосюй принял всю память обратно, и уже в следующую секунду перед ним снова стоял машущий ему рукой человек. Он подбежал ближе:

— Старый хрыч, в выходные я вернусь, обязательно вернусь! Жди меня, держись подальше от Цзи Тинъюня, я привезу тебе подарок!

Знакомое чувство вернулось. Сяо Мо с улыбкой кивнул:

— Ты и правда казался чужим, но теперь всё в порядке. Можешь даже не возвращаться, если не хочешь, просто побудь со своей бабушкой. Я ведь здесь всего на три дня, а не исчезаю навсегда — можешь прийти ко мне в офис.

Сяо Мо потрепал его по голове: волосы были мягкими и вовсе не жесткими!

Цзи Фосюй коснулся собственной макушки и, завороженно глядя на то, как мужчина заходит в лифт, рассеянно помахал ему на прощание. Внезапно опомнившись, он закрыл лицо руками и помчался обратно в общежитие.

Ах, он сошел с ума! Этот старый хрыч его околдовал!

В тот момент, когда он рухнул лицом вниз на кровать, скрывая покрасневшее лицо — казалось, будто сам румянец не успевал за ним, — его дыхание стало постепенно выравниваться.

Стоило ему поднять голову, как он тут же наткнулся на несколько пар любопытных глаз:

— Вы на что пялитесь?

— Старший молодой господин Цзи сегодня соизволил вернуться в общагу. Какая редкая птица.

Сосед шлепнул говорившего по затылку:

— Ближе к делу.

— Ой, старший молодой господин Цзи, чего ты так несся? За тобой что, собаки гнались?

Цзи Фосюй молча одарил его свирепым взглядом.

Раздался еще один, куда более увесистый шлепок:

— Что за чушь ты мелешь?! Дай я!

— Фосюй, а почему это у тебя лицо красное?

Едва стихло эхо этих слов, как лицо Цзи Фосюя вспыхнуло еще сильнее, вызвав дружный хор насмешливых возгласов:

— Ого, неужто встретил какую-то красотку? Нашего старшего молодого господина Цзи аж в краску вогнали, ха-ха-ха-ха-ха!

— Да пошли вы оба! Что за бред несете?! — Какая еще красотка? Был только один слепой и хромой старый хрыч. Кстати, а почему этот старый хрыч хромает? Ему, наверное, жутко неудобно жить в одиночку… Вдруг он в ванной утонет?!

Испугавшись череды собственных мрачных домыслов, Цзи Фосюй вмиг побледнел. Не обращая внимания на подначки соседей, он быстро вскочил на ноги и выбежал из комнаты.

Оставшиеся в спальне трое переглянулись. Долгое время никто не смел нарушить тишину, пока наконец один из них не произнес:

— Вам не кажется, что мы, похоже, попали в точку?

После мгновения мертвой тишины комнату огласил ликующий вопль:

— В нашем полку наконец-то прибыло! Погодите, в следующий раз я обязательно пожалуюсь на этого парня его будущей жене!

————

У опушки мрачного леса, возле глади озера, Цзи Фосюй уселся в крошечной беседке и, глядя на всё еще горящие огоньки, судорожно втянул носом воздух. Он точно свихнулся: старый хрыч столько лет жил один, о чем он вообще думает?! Совсем рехнулся!

Лишь когда огни погасли и всё вокруг погрузилось во тьму, Цзи Фосюй перевел дыхание, поднялся на ноги и зашагал прочь.

По рябью воды скользили причудливые тени деревьев, отражавшиеся в лунном свете словно призрачные силуэты. И среди них фигура идущего человека разом приковала к себе все взгляды Сяо Мо: с чего это парень притащился сюда посреди ночи? Что-то случилось?

Сяо Мо недоумевал.

Что же до завтрашней сцены, где тот влюбится в него с первого взгляда и разом лишится рассудка, Сяо Мо всерьез задумался: что хуже — суровое наказание от Небесного Пути за серьезный OOC или риск снова покатиться по накатанной дорожке оригинального сюжета после повторного признания?

Когда Система уходила в спящий режим, она особо предупреждала его не допускать OOC, а значит, кара Небесного Пути за его нарушение грозила оказаться куда страшнее.

Луна неспешно плыла по небосводу, ночь таяла, уступая место рассвету. Солнце выпрыгнуло из-за горизонта, озарив всё вокруг ярким, но мягким, лишенным летнего зноя светом.

Сяо Мо посмотрел на ожидавших его двоих. Они стояли молча: один смотрел налево, другой — направо. Зрелище до боли напоминало парочку младшеклассников, которые только что поссорились и теперь демонстративно игнорируют друг друга.

Заметив его, Цзи Тинъюнь тут же подбежал ближе:

— Господин, позвольте мне проводить Вас на завтрак.

Отставший на шаг Цзи Фосюй плелся позади. Он ничего не говорил, просто шел следом — не торопясь, но и не отставая.

— Старый хрыч, запомни всё, что я тебе говорил. Вернусь — привезу подарок. — Сегодня Цзи Фосюй, казалось, был в на редкость хорошем расположении духа.

Сяо Мо кивнул.

Проводив Цзи Фосюя взглядом, Сяо Мо перевел внимание на Цзи Тинъюня.

Необъяснимая враждебность между этими двумя братьями затянула в водоворот и его самого. Будем надеяться, что решение не отвергать их помощь было верным.

Признаться, в знании университетской территории Цзи Тинъюнь давал сто очков вперед Цзи Фосюю. В этот день он сводил Сяо Мо в ботанический и зоологический сады, и когда пара крупных гусей с криками принялась гонять испуганных студентов, Сяо Мо не удержался от смеха.

— Вообще-то этих гусей завел сам ректор для красоты, но однажды кто-то поймал их и приготовил на ужин. Ректор обнаружил пропажу, но вместо того, чтобы прекратить это безобразие, всё стало только хуже: теперь некоторые студенты загодя подкармливают птиц, а когда захотят полакомиться мясом, просто ловят их на месте.

Выражение глубочайшей осведомленности на лице Сяо Мо польстило Цзи Тинъюню, однако почему-то его не покидало странное ощущение, будто этот человек и впрямь воспринимает его исключительно как гида.

День клонился к вечеру. Когда Сяо Мо вернулся в свою комнату и затворил за собой дверь, на его лице застыло выражение беспомощного смирения: оказывается, всё произойдет завтра…

На следующий день Цзи Тинъюнь, показывая ему окрестные пейзажи, под мягкими намеками Сяо Мо вновь принялся заводить разговор о похождениях Цзи Фосюя.

Наконец они вышли на пешеходный мостик у самого озера. Вокруг зеленели густые деревья, на мосту то и дело прогуливались люди.

То ли рассказ был слишком увлекательным, то ли оба так погрузились в беседу, что никто из них не заметил спешившего им навстречу человека, который бежал вперед, отчаянно призывая всех расступиться.

И когда из-за потерявшего управление электроскутера они оба рухнули прямо в воду, Цзи Тинъюнь даже не успел опомниться — лишь когда мощная волна с головой накрыла его, он в ужасе завопил:

— На помощь! Тонем! Кто-нибудь, спасите!

Мостик вмиг огласился криками и суматохой, как вдруг какая-то тень стрелой промелькнула в воздухе и бросилась в ледяную воду!

Ощутив, как вода неумолимо поглощает его, Сяо Мо попытался барахтаться, но все его слабые попытки оказались совершенно бесполезны!

Внезапно чьи-то мягкие губы коснулись его губ, и Сяо Мо жадно глотнул спасительного воздуха.

— Старый хрыч, только попробуй умереть! — сквозь пелену угасающего сознания послышался чей-то тихий шепот.

Раскрыв глаза, Сяо Мо уставился на промокшего насквозь Цзи Тинъюня. Во взгляде мужчины смешались сложные чувства и неподдельная благодарность:

— Тин Юнь… это ты меня спас?

— Да, я.

Глава 6. Маленькая «капризная» женушка инвалида (6)

Хотя осеннее солнце все еще грело, вода в озере уже успела остыть, и пронизывающий до костей холод грозил заморозить саму душу.

Сознание Сяо Мо снова поплыло, и он успел лишь из последних сил вцепиться в руку Цзи Тинъюня:

— Позвони… позвони моему личному врачу. Тело этого старика до обидного слабое…

Цзи Тинъюнь перехватил его безвольно обвисшую руку, притянув мужчину к себе. Личный врач? Шаря по карманам, Цзи Тинъюнь нащупал его телефон — тот был еще включен.

К этому моменту Цзи Фосюй уже уладил конфликт с толпой зевак и разогнал перепуганного парнишку. Тот, оказывается, просто гонялся за сбежавшим питомцем профессора и от испуга потерял управление, а когда заметил людей на мосту, было уже поздно.

Обменявшись контактами, Цзи Фосюй тут же бросился сюда.

— Ты почему до сих пор не вызвал скорую?! Тебе что, не говорили? Чего ты тут столбом стоишь?! — подбежав ближе, Цзи Фосюй выхватил телефон и уставился на бледного как полотно Сяо Мо на руках у соперника.

— По идее, он уже должен прийти в себя. В чем дело? Искусственное дыхание сделал плохо, что ли? — бормотал себе под нос озадаченный Цзи Фосюй.

Цзи Тинъюнь резко вырвал телефон обратно:

— Господин только что очнулся и велел позвать его личного врача. Главный вопрос — куда нам его везти? Может, ко мне? Отец как раз купил мне квартиру неподалеку.

Цзи Фосюй на секунду замер, бросив взгляд на мертвенно-бледное лицо старика в чужих руках. Впервые в жизни он не стал препираться с Цзи Тинъюнем и осторожно перехватил мужчину, прижав к своей груди:

— Звони быстрее и показывай дорогу! Я сам его понесу.

Цзи Тинъюнь стиснул зубы, но спорить не посмел: инвестор пострадал прямо рядом с ним, и избежать ответственности ему в любом случае не удастся.

Сбросив вызов, Цзи Тинъюнь ускорил шаг.

— Быстрее, у него жар! — ощущая, как температура тела мужчины растет, а сам он начинает биться в ознобе, Цзи Фосюй плотнее запахнул на нем верхнюю одежду, но толку от этого не было никакого.

Магнитная карта, замок щелкнул, дверь распахнулась. Осторожно уложив Сяо Мо на диван, Цзи Фосюй скомандовал:

— Найди чистую пижаму и принеси мокрое полотенце!

Цзи Тинъюнь спорить не стал — в конце концов, он тоже не желал Сяо Мо гибели.

Осторожно, одну за другой, Цзи Фосюй стянул с Сяо Мо промокшие вещи. Когда жар заставил бледную, скрытую от солнца кожу покрыться розоватым румянцем, Цзи Фосюй отвел взгляд, чувствуя, как у него самого невольно пылают мочки ушей.

Взяв принесенную Цзи Тинъюнем пижаму, он бережно одел мужчину. И лишь когда ему пришлось приподнять ноги Сяо Мо, Цзи Фосюй с удивлением осознал, насколько же худым был этот старый хрыч, который вечно улыбался и казался таким трогательным.

http://bllate.org/book/36004/4461027