Готовый перевод The Zombie King is Obsessed with Infrastructure / Король зомби оказался безумным строителем: Глава 18

Пэй Наньсинь опешил. Что значит — не успеем?

— Кто это? — спросил он в пустоту. — Почему они идут сюда? Что значит «не успеем»?

Ответа не последовало.

— Сынок? — Пэй Наньсинь, не мигая, уставился в небо.

Но вышина молчала.

Глаза заслезились от напряжения. Пэй Наньсинь наконец опустил голову и часто замигал, смахивая резь.

Рыжик как раз проходила мимо. Он легонько шлепнул кобылу по спине, смахивая прилипший сухой лист:

— Твой братец явно замышляет какую-то пакость. Слился, даже толком ничего не объяснив.

Лошадь даже не притормозила. Она неторопливо дошла до реки, напилась и так же вальяжно вернулась обратно. Поравнявшись с хозяином, она шумно фыркнула ему прямо в лицо.

Пэй Наньсинь изумленно приподнял брови:

— Погоди. Неужели этот паршивец похитил какого-то невинного полумутанта или эспера? Да ну, быть такого не может!

Рыжик лишь повела ушами и двинулась дальше, напоследок бесцеремонно хлестнув его хвостом по руке.

— Эх, — он стряхнул с ладони пыль. — Дети — сплошное наказание. Что один, что вторая — чистые бунтари.

Он обернулся и посмотрел на свои грядки, где сиротливо пробивались редкие ростки. Снова послышался тяжелый вздох:

— Игры с полным погружением — та еще головная боль.

Подойдя к соседней делянке, он взялся за мотыгу и хорошенько взрыхлил землю. Затем притащил глиняный таз и принялся методично, раз за разом, носить воду из реки, пока почва не превратилась в податливую влажную грязь.

Переведя дух, он бережно срезал четыре созревающих колоска пшеницы, аккуратно вылущил зерна и ссыпал их в полый бамбуковый стебель.

Пэй Наньсинь пару раз встряхнул бамбуковый цилиндр. Зерна глухо застучали по стенкам, едва прикрывая голое дно.

Слишком мало. Горсть, да и только.

«Если бы от каждого вздоха прибавлялось по седому волосу да по новой морщине, я бы уже превратился в импозантного, умудренного жизнью старика».

Вернувшись к щедро политой грядке, он прикинул в уме, сколько места потребуется для посева, и мотыгой прочертил аккуратную борозду, разделив три квадратных метра земли на две неравные части.

Достав питательный раствор для почвы, он щедро плеснул его на большую половину делянки. Он остановился лишь тогда, когда во флаконе осталась примерно треть питательного раствора.

Взяв бамбуковую трубку с семенами, он приставил левую ладонь к ее краю, а правой ловко тряхнул — на ладонь упали три-четыре зернышка.

Благодаря высокому росту и длинным рукам мужчине даже не пришлось наступать на грядку — он легко дотягивался до любого уголка прямо с межи, равномерно распределяя семена по земле. Пшеницы было совсем немного, и, высаживая ее небольшими гнездами по нескольку штук, он управился меньше чем за десять минут.

Отряхнув ладони от налипшей шелухи и земли, он сполоснул бамбуковый цилиндр в речной воде.

Взбаламученный ил уже осел на дно. Река снова текла чистой и прозрачной, а уровень воды вернулся к привычной отметке.

Пэй Наньсинь бросил взгляд на одинокий колосок риса, мерно покачивающийся у самой кромки, затем перевел взор на воду и вновь взял мотыгу:

— Ладно, сначала займемся рассадой.

С оросительным каналом можно немного повременить. Сейчас важнее высадить рис и подготовиться к встрече гостей.

Он перекопал небольшой клочок земли, отведенный под рис, хорошенько его пролил, вылил остатки питательного раствора и точно так же, зернышко к зернышку, распределил семена. Рисовое поле оказалось гораздо меньше пшеничного, так что и работа спорилась быстрее.

Небо затянуло облаками, и следить за солнцем не получалось. Ориентируясь по собственным внутренним часам и прикинув время, потраченное на работу, он решил, что день уже перевалил за полдень. Самое время. До наступления темноты нужно успеть закончить подготовку.

Оставив мотыгу у края пашни, Пэй Наньсинь вооружился топором для заготовки дров и направился в лесную чащу. Настоящий бревенчатый дом он построить еще не успел, и единственным укрытием оставался тесный шалаш-треугольник. Не спать же им вдвоем на таком пятачке.

Подобные шалаши он сооружал уже не раз и прекрасно знал, сколько жердей потребуется для каркаса. И все же, чтобы не вызывать лишних подозрений у будущего гостя, он нарубил веток и брусьев с запасом.

Свалив последнее бревно в общую кучу, Пэй Наньсинь тяжело выдохнул:

— Ну, вроде готово.

Он утер лоб тыльной стороной ладони, размазывая выступивший пот. Нагрузка сегодня вышла знатная.

Утолив жажду и немного переведя дух, он отыскал старую подставку, на которой раньше обжигал глиняную посуду. С появлением еще одного рта кухонной утвари точно не хватит. К тому же, если зарядит дождь, даже заполненные до краев лохани не спасут положение — запасов воды хватит максимум дня на два.

Вырыть и обустроить полноценный резервуар он физически не успевал, оставалось лишь на скорую руку наделать простых лоханей.

Развести огонь, замесить глину, вылепить формы и составить их на обжиг — все эти манипуляции он проделывал уже на автомате, гораздо быстрее и ловче, чем в первый раз.

Когда свежая посуда наконец остыла после обжига, на землю уже опустились густые сумерки.

Пэй Наньсинь закинул в рот спелую пламенную ягоду и выгреб тлеющие угли из-под глиняного каркаса, чтобы уберечь готовую утварь от перекала и трещин.

Он поднялся, с удовольствием потянулся, но, лениво окинув взглядом свои владения, внезапно замер. Его взор приковала первая грядка.

Там, среди темной земли, распустились яркие золотисто-желтые огоньки, напоминавшие застывшие искры наземного фейерверка. Каждое соцветие мерцало мягким, теплым светом, словно упавшая с небес крошечная звезда.

Пэй Наньсинь медленно подошел ближе.

— Надо же... И почему никто не предупредил, что цветки Падающей Звезды умеют светиться?

***

На следующий день установилась ясная погода.

Несмотря на вчерашний изнурительный труд, Пэй Наньсинь проснулся спозаранку, еще до первых лучей солнца. Он потянулся, разминая суставы, — тело не ломило, усталости как не бывало.

Проходя мимо навеса, заменяющего конюшню, он растолкал дрыхнущую кобылу:

— Подъем, соня. Пора подкрепиться — скоро выдвигаемся на поиски.

Убедившись, что Рыжик нехотя поднялась на ноги, он подхватил таз и направился к грядкам. Пшеница и рис в поливе пока не нуждались, а вот скрытые под землей семена на второй делянке требовали постоянной влаги.

Закончив с поливом, он принялся выковыривать семечки из созревших корзинок подсолнухов.

С пяти крупных стеблей удалось собрать от силы сорок штук.

Половину Пэй Наньсинь тут же раскидал по взрыхленной земле, а оставшуюся часть бережно припрятал про запас.

Затем он наполнил бак чистой водой до половины, сорвал спелый арбуз и опустил его туда остужаться. Перенося тяжелую посудину под густую тень деревьев, он тихонько бормотал под нос:

— Урожай как раз вовремя поспел. Будет чем угостить гостя.

Надежно пристроив емкость, он наполнил чистый бамбуковый цилиндр питьевой водой, закрепил его на поясе и свистнул кобыле:

— Ну что, Рыжик, по коням. Пора встречать нашего дорогого гостя.

В работе системы явно произошел какой-то сбой: она по-прежнему упорно хранила молчание. Пэй Наньсинь так и не смог разузнать, когда именно прибудет путник.

Беспокоясь, как бы неопытный человек не угодил в лапы к бродячим зомби, он решил выдвинуться пораньше и занять наблюдательный пост. Пока он рядом, зомби точно не посмеют причинить гостю вред.

Однако, добравшись до пустыря, где обычно бесцельно слонялись толпы зомби, он обнаружил лишь звенящую пустоту. Полчища зомби, ранее напоминавшие копошащийся муравейник, словно испарились — ни единого силуэта на горизонте.

Сердце тревожно екнуло.

«Да ладно, не может быть...»

Он резко натянул поводья:

— Рыжик, давай вперед, разведаем обстановку.

Прищурившись, он вглядывался в дрожащее марево у горизонта, стараясь рассмотреть детали. Преодолев изрядное расстояние, он наконец заметил несколько одиноких, отбившихся от общей массы зомби. Все они медленно, но целеуменно тащились в одну и ту же сторону.

— Рыжик, прибавь ходу!

Стоило ему скомандовать, как кобыла сорвалась на стремительный галоп.

Впереди показалась тонкая темная полоса. По мере приближения она росла и ширилась, пока не превратилась в сплошную, копошащуюся стену из тысяч зомби. Пэй Наньсинь хмуро свел брови.

В этот момент в голове раздался знакомый системный сигнал. Он невольно задрал голову к небу:

— Система?

Ответа не последовало, лишь пискнул очередной входящий сигнал.

Пэй Наньсинь мысленно активировал интерфейс. Перед глазами всплыли три текстовых сообщения.

[Инженер Пэй, сначала уведите толпу зомби на запад. Их слишком много, я не справляюсь с управлением]

[Чэн Ханси находится в двух километрах прямо перед вами]

[Жутко занят, еще увидимся]

Он хоть и удивился подобной фамильярности, медлить не стал. Пэй Наньсинь выслал кобылу вперед, на ходу отдавая ментальные приказы лавине зомби.

Рыжик неслась во весь опор. Чтобы удержаться в седле, ему пришлось прижаться к шее кобылы, но даже так он умудрялся ворчать ей на ухо:

— Что за кашу заварил твой братец? Чэн Ханси ведь брат градоначальника, верно? За каким чертом тащить его в эту глушь? Неужели он умеет выращивать капусту лучше, чем размахивать мечом?

Впрочем, времени на размышления не осталось. Впереди серая волна зомби, повинуясь его воле, тяжело разворачивалась на запад. На этом фоне одинокий всадник, затертый в самой гуще толпы, выглядел чужеродным пятном.

Его конь, судя по всему, был тяжело ранен — животное едва переставляло дрожащие ноги, спотыкаясь на каждом шагу. Сам Чэн Ханси висел в седле без чувств. Он распластался на шее скакуна, его безвольные руки безжизненно свисали вниз, покачиваясь в такт неровному шагу изнуренного животного.

Пэй Наньсинь сосредоточился, и плотные ряды зомби впереди послушно расступились, освобождая широкий коридор.

— Быстрее, Рыжик, давай!

Поравнявшись с раненым конем, кобыла круто осадила назад, вскинув передние ноги, и замерла как вкопанная. Не дожидаясь, пока она полностью успокоится, Пэй Наньсинь бросил поводья и соскочил на землю.

Он едва успел подбежать ближе, чтобы оценить состояние Чэн Ханси, как израненный конь под всадником, исчерпав последние силы, подкосился и рухнул на бок. Парень начал заваливаться вслед за ним.

Реагируя мгновенно, Пэй Наньсинь рванулся вперед и успел перехватить падающего парня за предплечье. С силой дернув его на себя, он увлек обмякшее тело прочь от падающей лошади, приняв весь вес на свою грудь.

Чэн Ханси оставался безмолвным, словно тряпичная кукла. Он не издал ни звука.

Пэй Наньсинь на мгновение растерялся, но тут же приложил ладонь к его груди, прямо напротив сердца.

Тук-тук...

Слабый, едва ощутимый, но ровный ритм. Сердце билось, пусть и слишком медленно.

Он облегченно выдохнул. Мужчина убрал руку, собираясь поудобнее перехватить парня и поднять его, но в глаза бросился яркий багровый след. Разжав пальцы, он оцепенел: ладонь была густо покрыта свежей кровью.

Опустив взгляд и слегка отстранив парня, он с тревогой обнаружил, что его собственная куртка уже успела пропитаться расползающимися алыми пятнами.

http://bllate.org/book/35996/4640182