Готовый перевод Fake Couple Business Rules / Правила притворной любви: Сценарий для двоих: Глава 11

Отдельная небольшая вилла внутри и снаружи выглядела очень просторной, каждая комната была оформлена с изысканным вкусом. За участие в шоу полагалось по 250 юаней в день, о еде и жилье беспокоиться не нужно было — условия оказались настолько хорошими, что Хэ Муян едва ли мог в это поверить. Если бы не камеры, Хэ Муян прямо сейчас бросился бы на мягкий диван, чтобы досмотреть утренний сон.

По правилам съёмочной группы, каждый прибывающий гость должен был ждать остальных в гостиной. Чтобы всё выглядело естественно и правдиво, камеры начинали фиксировать каждый шаг и каждое движение участников с самого порога. В дальнейшем процесс записи шлёт точно так же: установленные в доме камеры круглосуточно следили за всем, что делали гости.

Хэ Муян сглотнул волнение, с напускным изяществом отставил багаж в сторону и тихонько опустился на диван. Послав в объектив камеры изящную улыбку, он стал ждать остальных.

Увидев, что Чжоу Цзюнь собирается уходить, едва разобрав вещи, Хэ Муян озадаченно спросил:

— Брат Цзюнь, почему вы не подойдёте сесть?

— В моём возрасте уже не стоит участвовать в шоу знакомств, к тому же я не люблю светиться на экранах, да и лицом не вышел, — смущаться на камеру — такое позорище, — отвечая так, Чжоу Цзюнь махнул рукой и рассмеялся. — Режиссёр велел мне сегодня сначала поработать у входа продавцом цветов, и зарплата такая же, как у тебя.

— Продавцом цветов? — изумился Хэ Муян и недоверчиво переспросил: — Разве когда мы ехали сюда, не говорили, что вы тоже будете мужчиной-гостем?

Чжоу Цзюнь выглядел точно так же растерянно:

— Позже режиссёр сказал, что мужчин-гостей уже достаточно, и перевёл меня в запасные актёры.

Услышав это, Хэ Муян рассвирепел и, выхватив телефон, собрался звонить режиссёру, чтобы во всём разобраться:

— Что за шарашкина контора, совсем не держат слово, как они смеют обманывать людей?

— Малыш Хэ, успокойся, — Чжоу Цзюнь торопливо остановил его и с беспомощным вздохом пояснил: — По-моему, моя работа просто отличная. И платят столько же, сколько тебе: не нужно играть мертвеца и валяться на земле, не надо прикидываться нищим и измазываться в грязи. Разве это не намного лучше тех условий, за которые нам раньше приходилось драться?

— Тоже верно, ещё и кормят, и селят бесплатно, — согласившись, Хэ Муян кивнул. — И еда неплохая, и жить удобно.

Наконец-то уговорив его, Чжоу Цзюнь добавил:

— Ну вот и ладно. Я ведь не рассчитываю прославиться, просто хочу заработать на кусок хлеба, а если по-настоящему показываться по телевизору — я бы сам постеснялся такого позора.

Только они успели оживленно заговорить, как им позвонил режиссёр:

— Расходы на монтаж видео слишком высоки, поэтому просим гостей по возможности избегать разговоров о посторонних вещах.

Хэ Муян тут же испугался делать лишние движения или болтать лишнее, оставалось лишь молча возмущаться про себя. И правда, шарашкина контора она и есть шарашкина контора, размах мышления у них напрочь отсутствует.

Искривив губы и глядя на эту донельзя сомнительную съёмочную группу и режиссёра с презрением, он мысленно ругал их за способность включать избирательную глухоту в любой момент. Когда он собирался выяснить с ними отношения, они ничего не слышали, а стоило перестать искать их — тут же объявились.

Впрочем, беря чужое угощение — кланяешься, беря чужие деньги — гнёшься: в конце концов, оставались те самые щедрые суточные в 250 юаней и шанс засветиться на экранах, так что Хэ Муян решил больше не спорить. Не испытав холода лютой зимы, не вдохнёшь сладкого аромата сливы — он воспринял это как испытание перед будущим успехом, и пока режиссёр платит, он готов говорить всё, что от него потребуют.

Болтать просто так больше было нельзя, и, попрощавшись с Чжоу Цзюнем, Хэ Муян уселся с самым примерным видом. Заняться было абсолютно нечем, поэтому он принимался непрерывно наливать и пить воду. Чашка сменяла чашку, но другие гости всё не шли — присутствовал лишь молчаливый оператор, который всё это время тихо возился со своей аппаратурой. После нескольких безуспешных попыток заговорить с оператором, Хэ Муян был вынужден продолжать развлекать себя сам.

Когда Хэ Муян уже сидел так, что от безделья чуть не лез на стену, дверь гостиной наконец отворилась. Решив, что это новый гость, он тут же выпрямился, одёрнул одежду и радостно приготовился встречать нового коллегу, однако, подняв голову, увидел, что вошедший — это вчерашний Су Чэнь.

Неужели он тоже гость, приглашённый на это паршивое шоу?

Хэ Муян потёр глаза, думая, что ему показалось, и лишь когда Су Чэнь закрыл дверь и прошёл прямо в комнату, убедился, что зрение его не обмануло: Су Чэнь действительно, как и он сам, пришёл на проект в качестве мужчины-гостя.

Сегодня на Су Чэне была надета простая белая футболка, совершенно не похожая на вчерашнюю чёрную толстовку, что придавало ему облик дружелюбного соседского парня. Но выражение его лица оставалось всё тем же — надменным и отчужденным, словно вековой нетающий лед. И хотя они виделись всего лишь вчера, проходя мимо Хэ Муяна, Су Чэнь даже не удостоил его взглядом.

Хэ Муян, уже было собиравшийся проявить инициативу и поприветствовать его, мгновенно захлопнул рот и отбросил эту мысль. Приветливый соседский парень оказался лишь внешней маской, Су Чэнь действительно оставался тем же ледяным, гордым и красивым мужчиной, который ни на кого не смотрит прямо.

Пусть их знакомство ограничивалось всего двумя встречами, Хэ Муян был абсолютно уверен: такой надменный человек, как Су Чэнь, ни за что не станет фамильярно любезничать с ним или заводить разговор первым. Очень скоро они окажутся лицом к лицу в неловком молчании.

Но камеры работали, и оставлять сцену настолько холодной и неловкой было неправильно — в конце концов, им предстояло некоторое время работать вместе. Желая предотвратить нарастание неловкости, Хэ Муян был вынужден взять инициативу на себя: он помахал Су Чэню рукой и тепло поприветствовал его:

— Привет, какая встреча, мы снова увиделись.

Су Чэнь поднял взгляд, и его глаза легко скользнули по Хэ Муяну, словно он смотрел на совершенно незнакомого человека. Его брови едва заметно дрогнули в легком хмуром движении, после чего, проигнорировав слова Хэ Муяна, он направился прямо к прихожей и принялся молча разуваться, переобуваясь в выданные съёмочной группой тапочки.

Тапочки оказались выполнены в характерном для романтических шоу стиле — это были парные модели для двоих. Заметив этот продуманный нюанс, Су Чэнь опустил глаза и едва заметно улыбнулся, как нарочно выбрав в точности ту же пару, что составляла комплект с тапочками Хэ Муяна.

Не дождавшись ответа, Хэ Муян неловко усмехнулся и мысленно выругал себя за то, что сам напросился на неприятности. Атмосфера была настолько неловкой, что даже немногословный старший оператор оторвался от аппаратуры и с любопытством перевёл взгляд на обоих участников.

— Какая отличная аппаратура, — от неловкости у Хэ Муяна даже пальцы на ногах сжались в кулаки, и он тут же ухватился за единственное спасительное средство на площадке — встретился взглядом с оператором, ища поддержки и цепляясь за любую возможность завести разговор. — Старший брат, а в чём заключается твоя работа?

— Разве то, чем я занимаюсь, не очевидно? — бросив на Хэ Муяна взгляд, выражавший чистейшее недоумение, оператор указал на камеру и, не сказав больше ни слова, снова уткнулся в настройку техники. Воздух вокруг вновь замер в тишине. Натянутая улыбка свела Хэ Муяну лицо, но легче не стало — неловкость лишь усилилась.

http://bllate.org/book/35951/4453506